Чтение онлайн

Лёхша обвёл взглядом товарищей. Некоторые из них успели встать на ноги, другие так и остались сидеть на полу в самых неудобных позах. Лина, высоко вскинув голову и закусив губу, кажется, пыталась сплести заклинание. На лбу у неё выступили капельки пота, в глазах начинало проявляться отчаяние. Афи, похоже, тоже пыталась что-то сделать, но, видимо, с тем же результатом. Ни Серхио, ни Сами, ни Вольдемар, ни Стеф даже не пробовали ничего предпринять. Впрочем, по поводу Стефа он ошибся. Тот изобразил самую глупую и наивную физиономию из своей коллекции и уже достал из кармана игломёт. Лёхша, встретив его взгляд, чуть качнул головой, давая понять, что это оружие будет бессильно против доспехов и армейских излучателей. Да и господин маг наверняка постарался не только заблокировать попытки магического удара с их стороны, но и приготовил магическую защиту для своих хозяев. Стеф хлюпнул носом от обиды, но послушался и сунул игломёт в какую-то щель.

— Долго ждать? — с милой улыбкой поинтересовался сэр Стил и повёл своим стволом в сторону ребят.

Лёхша осторожно, без резких движений стал снимать со спины контейнер с Короной.

— Соображаешь, когда захочешь, — засмеялся ему в лицо соперник. — Открой ящик и сделай два шага назад!

Лёхша помедлил, и ствол бластера снова повернулся в сторону друзей.

— Я полагаю, — вдруг заговорил Серхио, — что в данной ситуации самым правильным будет сотрудничество.

— Я тоже придерживаюсь такого мнения, — тут же откликнулся сын посла.

Лёхша скрипнул зубами, открыл замки, откинул крышку и боковые стенки контейнера, медленно отступил назад. Маг, стараясь не смотреть ему в глаза, подошёл к контейнеру и коснулся рукой прозрачного футляра. На Лёхшу повеяло огромной магической силой, но совсем не той, что он ожидал. Стало жутко обидно, что все эти долгие недели он таскал на себе фальшивку. И ещё стало страшно от того, что сейчас произойдёт, едва подмена обнаружится.

— Всё в порядке, — обернулся маг к своему хозяину. — Это она!

Лёхша не смог скрыть своего удивления, мгновенно превратившегося в радость, — советник Успенский и тут сумел всё рассчитать на много ходов вперёд. Фальшивка, несомненно, была мощным артефактом и, пока обнаружится подмена… будет время, чтобы всё исправить. Не у него, конечно, это ему тоже было понятно. Стало невыносимо горько, потому что ему уже не доведётся узнать, чем вся эта история закончится.

Маг закрыл контейнер и, как величайшую драгоценность, понёс на вытянутых руках к выходу.

— Эй, любезный! — остановил его Стил. — Один момент! Не могли бы вы превратить этого юнца в крысу или жабу?

— Э-э-э… вряд ли это целесообразно… — не догадавшись о скрытой сути вопроса, попытался дать уклончивый ответ маг.

— Ну раз вы так считаете… Жаль, искренне жаль, — сын посла поднял ствол своего оружия и выстрелил Лёхше в левую половину груди. Лёхша упал на колени, левой рукой зажал рану, а правой дотянулся до своего клинка. И рухнул. Сначала на бок, потом на спину.

— Хотела тебя остановить, но ты же всё равно бы не послушался, — засмеялась женщина.

— Только один раз! Только одно непослушание! Господин маг, а не стоит ли нам прихватить его оружие? — сын посла кивнул на шпагу Лёхши.

— Если вас интересует металлолом, то извольте! — ответил маг, которого в данную секунду не интересовало ничто, кроме сильнейшего и самого загадочного артефакта, который, как он считал, находится в его собственных руках.

— Вот как? — вскинул брови Стил. — А мне показалось, что это не простое оружие. Ну да доверимся специалисту. Уходим!

— Все на выход, — отдал команду один из солдат.

Афи шагнула мимо него к лежащему на полу Лёхше, опустилась на колени. Солдат не посмел ей запретить. Афина скрестила Лёхше руки на груди, поправила зажатый в кулаке эфес шпаги, потом сам клинок, чтобы тот лежал вдоль тела, и случайно задела пальцем остриё. Алая капелька коснулась металла. И тут принцесса левой рукой, что было силы, сжала лезвие, порезав ладонь. И стояла так, пока боль не утихла. Наконец разжала пальцы, поднесла их к глазам и с удивлением увидела, что на ладони нет крови, а порезы затягиваются сами собой.

— Это, конечно, трогательно, — сказала женщина, — но не заставляйте нас ждать слишком долго, Ваше Величество.

Афина поднялась и первой вышла наружу. Солёный ветер с моря одним дуновением высушил уголки её глаз.

Через два часа приехал Арон. Может, Серёга ему настучал, может, сам посчитал нужным объявиться.

— Привет, поборник чести.

Лёшка сделал вид, что спит. Ему ни с кем не хотелось говорить, даже с Ароном.

— А ну-ка встать, когда с дядей Арой разговариваешь! — рявкнул по-гусарски Арон. — Или хотя бы сядь.

— А я и не разговаривал, я спал, — сказал Лёшка, но сел.

— Оно ещё и шутит! Трам-тара-рам! Слушаем мою команду…

Лёшка попытался перебить Арона, сам не зная, что он хочет сказать, но не тут-то было.

— Отставить! — не дал ему и рта открыть Арон. — Как говорят в моей родной Одессе, перестаньте сказать и делать лимонные морды! Тьфу ты, забыл, о чём сам сказать собирался. Ты не помнишь? Ладно, так и быть, само всплывёт. Нет, эти двое на пару возлегают себе в прострациях и с убитым видом, а дядя Ара носится тудой-сюдой и нянькается с ними. Надо вас с Тёмным в одну кучу, что ли, свезти? Всё легче станет. А, вспомнил. Даю команду сидеть здесь, никуда не уходить! Всё, побежал!

— У меня самолёт утром! — буркнул Лёшка.

— Слушай, ты! Чукотский мальчик! Старших надо, что? Старших надо слушаться! А дядя Ара вам плохого не посоветует. Ежели шибко приспичило, улетишь послезавтра.

Арон убежал и объявился снова часа через два вместе с Валентином. Если в первый приезд Арон явно делал хорошую мину при плохой игре, то сейчас его оптимизм, кажется, имел некоторые основания.

— Нет, я так больше не играю. Четвёртого демарша за день мне не выдержать. У меня сердце так и скачет. Ты коньяк не забыл?

— Ара, пить коньяк при детях антипедагогично, — сказал Валентин, извлекая из кармана фляжку. — Где тут водятся стаканы? Оп-па! Тут даже рюмки и фужеры имеются! Для каких таких целей?

— Так мы сок тут пьём, — неуверенно ответил Серёга. — Из фужеров.

— А из рюмок парное молочко? — вскинул брови Валентин. — Ладно, будем считать, посуда осталась со времён санатория для взрослых. Серёга, а на кой ты четыре рюмки достал? Мы пить с детьми не станем, даже если они попросят им налить. Правильно, Ара?