Чтение онлайн

Маг исчез. Весь зал внимательно смотрел на горящую свечку с надеждой, считая до ста. Стали появляться возгласы радости, удивления, возвещающие о происшедшем чуде, внезапном исцелении, омоложении. Видимо, в эти минуты кто-то прозрел, стал слышать, ходить…

Казалось, волна флюидов из отдаленных уголков космоса пронеслась по залу. Все настолько увлеклись процессом исцеления, что не заметили, как прошло уже пять, десять, пятнадцать минут…

Неожиданно на сцене появилась местная уборщица баба Нюра со шваброй в руке, зажгла свет, не обращая никакого внимания на зал, подошла к столику и погасила свечку… Все в недоумении застыли, не понимая, что происходит.

– Что вы себе позволяете! – первой нарушила тишину седая дама с первого ряда. – Вы мешаете работать великому мастеру!

– Уехал ваш мастер! – равнодушно ответила уборщица. – Еще десять минут назад. Сел в такси и уехал!

– Как уехал?! – недоумевала седая дама, все еще не веря услышанному.

– Как уехал?! – эхом раскатилось по залу. – А как же исцеление?!

На мгновение вся публика замерла, словно находясь в оцепенении. Такого «чуда» явно никто не ожидал. По крайней мере, в Красногорске раньше такого еще не видели. Затем шок прошел, и все ринулись к выходу ловить маэстро. Но маг уже был далеко от своих любимых клиентов. И уже готовил очередное чудо исцеления для новой партии страждущих. А чудо в России всегда было и будет… в цене!

В кабинете главврача городской психбольницы проходит пятиминутка. В центре, за столом, сидит сам главный врач Борис Львович Горкуша. Над ним на стене висит портрет бывшего партийного вождя, рядом – плакат с разложившейся печенью алкоголика. С докладом выступает заведующая отделением Мурашкина-Кочергина.

– Уважаемые коллеги, – обращается она к присутствующим.

– Сегодня мы живем в необычное время, когда разгул гласности и так называемой демократии стал непомерным грузом для здоровья наших пациентов. Поэтому именно сейчас важно, чтобы ни один наш потенциальный пациент, как бы он ни маскировался, не ускользнул бы от зоркого ока психиатра и получил бы, соответственно, заслуженное лечение.

Мурашкина-Кочергина подняла указательный палец кверху и грозно им помахала.

– Мы не позволим психическому нездоровью, – с пафосом произнесла она, – косить ряды наших граждан. Как говорится, ударим по шизофрении, пьянству и алкоголизму.

В кабинете раздались дружные аплодисменты.

– И я вам хочу сказать, уважаемые коллеги, – продолжила Мурашкина-Кочергина, коллектив нашего отделения работал в отчетном периоде не покладая рук. Так, врач нашего отделения Кипятков разработал собственный экспресс-метод по выявлению наших будущих пациентов, маскирующихся под здоровых. А как вы знаете, никто не застрахован от возможности стать нашим больным. Как говорится, все зависит от того, когда и где представится этот случай. Поэтому новаторство доктора Кипяткова значительно улучшило заполняемость нашего отделения.

Мурашкина-Кочергина перевернула страницу и выпила стакан воды.

– Хочу также обратить особое внимание на работу младшего медперсонала. Так, санитары Дядькин и Перебейнос взяли на себя повышенное обязательство – повязать буйных пациентов в отчетном периоде на двадцать процентов больше, чем в предыдущем. А всем нам известный ветеран труда, новатор и наставник молодежи, многоуважаемый санитар Кувалда в совершенстве освоил методику вязания особо буйных пациентов морским узлом и передает свой опыт молодым санитарам Кулькину и Васько.

Мурашкина-Кочергина на мгновение замолчала, словно что-то обдумывая, а затем с волнением произнесла:

– Не могу не обратить также вашего внимания на тот факт, что разгул гласности и демократии и другие катаклизмы необычным образом отразились на картине заболевания наших пациентов. Так, содержание бреда последнее время стало носить почему-то экономический или даже криминальный характер. Судите сами. За минувшую неделю в отделение поступили два магната, три мафиози и один олигарх.

– Постойте, Лариса Петровна, – перебил ее главврач. – А как же депутат? Вы забыли сказать про депутата.

– Депутат? Ничего. Требует отдельную комнату для проведения предвыборной кампании.

– М-да. – Горкуша почесал себе затылок.

– Отдельную комнату мы ему пока предоставить не можем, а вот отдельную койку и смирительную рубашку организуем.

В это время открылась дверь и в кабинет вошла секретарша.

– Борис Львович, к вам целая делегация!

– Кто там? – устало произнес Горкуша.

– Новый русский, миллиардер Онасис, два Рокфеллера и какой-то Герасим. Горкуша на миг задумался.

– Слушайте меня внимательно, – обратился он к секретарше. – Миллиардера Онасиса и двух Рокфеллеров в целях воспитательной работы поместить в шестую палату к Ленину, а Нового Русского – в третью палату к рэкетиру.

– А куда Герасима? – спросила секретарша.

– А в какой палате находится Муму?

– В первой.

– Тогда давайте в первую.

Секретарша вышла. Борис Львович вытащил платок из кармана и вытер лоб.

– Ну и времена настали, – удивленно произнес он, обращаясь к врачам. – Если раньше поступали «космонавты» и «наполеоны», то сейчас все наши пациенты непременно хотят быть «новыми русскими».

– Ничего не поделаешь, Борис Львович, – оживилась Мурашкина-Кочергина. – Веяние времени… К нам недавно в отделение поступил Нефтяной магнат и обещал из нашей медсестры Зиночки сделать звезду шоу-бизнеса – Поющую бензоколонку.

– Поразительно! – изумился Горкуша. – До чего довела демократия наших пациентов.

– Ужасно! – продолжила его мысль Лариса Петровна. – Это при нашей-то зарплате, Борис Львович, с каким контингентом приходится работать. Ведь эти олигархи блохастые – на самом деле бомжи немытые. Раньше как было: все больше поступали писатели, изобретатели, диссиденты разные – в основном люди интеллигентные и чистоплотные. И я вам хочу сказать, вязать их, голубчиков, было одно удовольствие. Одним словом, приятно было работать. А сейчас – одна голытьба немытая. Всяк себя бизнесменом представляет.

– Да, нынче мода на богатых и крутых, – подтвердил Горкуша.

– Не то слово, Борис Львович, – вновь оживилась Мурашкина-Кочергина. – Катастрофа! Мир перевернулся! Короче, шизофрения наступает!

– Это в каком смысле? – испуганно пробормотал Горкуша.

– А я сейчас объясню, – заговорщицким тоном произнесла Лариса Петровна. – Я считаю, что наше общество еще не созрело для демократии. Да! Да! Слишком много вольницы дали. Ведь вы посмотрите, что делается: многих наших пациентов сняли с учета.

И куда они пошли? На завод работать? Нет! Многие из них пошли в шоу-бизнес, стали целителями, магами и колдунами. Людей лечат. Салоны свои пооткрывали! Деньги гребут лопатой. На «мерседесах» ездят! Но позвольте спросить: где же справедливость? Сумасшедшие живут лучше психиатров! Где же такое видано!

– Может, нам переквалифицироваться в сумасшедшие, – пошутил кто-то из врачей. – Мы тоже хотим ездить на «мерседесах»!

– Ничего не получится, – перебил его Горкуша. – Сумасшедшим надо родиться. Тут, знаете, особая фантазия требуется.