Чтение онлайн

В неизменных джинсах и футболке он странно смотрелся рядом с безупречно элегантным Оливером, но тот и не заметил присутствия божества.

— Вы знаете, почему я вас вызвал? — не теряя суровости, спросил ректор.

Я отрицательно замотала головой.

— Неужели? И вам неизвестно, отчего смотритель музея-бестиария разбудил меня телефонным звонком в третьем часу ночи? И кому я обязан счастьем, через полчаса после этого лицезреть под своими окнами ожившее чучело василиска, трех горгулий, давно мумифицированных, но почему-то не утративших способности к передвижению, и не уступающий им в подвижности скелет плотоядной коровы?

Корову я помню. Нравился мне в детстве этот мультфильм про страну невыученных уроков, там еще полтора землекопа были, но я их в книжку не включила, обошлась плотоядной коровой — типа, шутка юмора.

— Хороша шутка, — мрачно выговорил Мэйтин. — От клыков плотоядных коров погибает до ста человек в год.

— Как?! — воскликнула я ошарашено.

— Вы не знаете? — переспросил милорд Райхон. — А я уже знаю об организованном вами вчера девичнике. О выпивке. О том, что вы покидали общежитие после полуночи, что категорически запрещено. А уж магический след на оживленных экспонатах я распознал, не сомневайтесь.

Ничего не помню. Не писала я такого. Пьянка была. И что-то о том, что ректора ждет сюрприз, но что за сюрприз я тогда еще не придумала. А Элси, судя по всему, неплохо повеселилась, потому что в ее памяти и следа о минувшей ночи не осталось.

— Так оно и работает, — пожал плечами Мэйтин. — Ты создала предпосылки к определенному развитию сюжета, и…

— Отмалчиваться — не выход, Элизабет, — сурово сказал ректор. — Вы и прежде не отличались примерным поведением, но эта выходка превзошла все предыдущие. Хотя, следует отдать вам должное, оживляющее заклинание вы сплели идеально. Мне понадобилось полчаса, чтобы деактивировать его. И все это время я вынужден был слушать жуткий рев существ, которых вы прислали к моему дому.

— Это был не рев, — вздохнула я, решив, что наступил удобный момент. — Они пели вам серенаду.

— Подобные шутки только усугубляют ваше положение, мисс Аштон, — нахмурился глава академии.

— Мое положение сложно усугубить, — проронила я с задумчивой грустью. — Что может быть хуже, чем любить вас?

Ректор, собиравшийся продолжить отчитывать Элси, застыл с приоткрытым ртом.

Есть контакт!

— Да, я люблю вас, — продолжала я. — И уже отчаялась привлечь ваше внимание.

Подняла на него глаза. Нижнюю губу закусила. От страсти, ага.

— И давно… кх-кх… вас посещают подобные фантазии? — осведомился мужчина нарочито холодно.

Но я и не ожидала, что он тут же бросится перед Элизабет на колени.

— Вы не верите в мои чувства? Или боитесь их?

— Чувств? — уточнил он бесстрастно. — Ничуть. Меня пугает перспектива снова обзавестись хвостом. Отравиться едким газом, который вы выдаете за ароматизатор помещений. Мертвых горгулий у себя под окнами я с недавних пор опасаюсь. А чувств — нет.

— Вы смеетесь надо мной! — обиделась я.

— А вы надо мной?

— Я призналась вам в самом сокровенном!

— Лучше признайтесь, что вы вчера пили, мисс Аштон.

Крепкий орешек. Но я не сомневалась, что расколю его. Мэйтин говорил, что если в тексте были предпосылки для возникновения какого-либо явления, оно должно возникнуть. А я написала достаточно, чтобы милорд Райхон воспылал к Элси искренней страстью. Лишь его положение и репутация стоят между ними, но это ненадолго. К тому же я — автор, и знаю то, чего не знала Элизабет. Козырь в моем рукаве Оливеру бить будет нечем.

— Вы отталкиваете меня, потому что боитесь признаться, что тоже неравнодушны ко мне, — сказала я прямо.

Милорд Райхон сел там же, где и стоял.

Правда, стоял он рядом с креслом, и сел в него же. Откинулся на спинку и забросил ногу на ногу.

— Что-то новенькое, — произнес он, избегая встречаться со мной взглядом. — Позвольте узнать, что заставило вас так думать?

— Я вижу это в ваших глазах, — прошептала я с придыханием. — Чувствую в биении сердца…

— Я далек от поэзии, мисс Аштон. И, наверное, нам лучше закончить этот разговор.

— Гоните меня?

— У меня много дел. Потом поговорим об испорченных вами чучелах.

О, нет, дорогой. Поговорим сейчас.

— Боитесь, что если я останусь, вы не выдержите и признаетесь, что тоже любите меня?

— Да с чего вы взяли!

Ну-ну, отпираться бесполезно, Олли. Да, я буду называть тебя Олли…

— Ваши поступки говорят об этом… милорд…

— Взгляды и биение сердца?

— Не только. Разве вы не ищете повода встретиться со мной?

— Не ищу. Вы регулярно мне этот повод даете, как сегодня, к примеру.

— Вы назначили мне индивидуальные занятия.

— В качестве наказания.

— Разве это наказание — два часа в неделю проводить с вами наедине? — промурлыкала я, силясь поймать его ускользающий взгляд.

Кто бы мог подумать? С виду такой сильный, отважный мужчина, а как дошло до объяснений, засмущался, как институтка… В этом мире есть слово “институтка”?

Словно услышав мои упреки, Оливер решительно встал и приблизился ко мне.

— Элизабет…

Осознав торжественность момента, я поднялась навстречу.

— …мне порой недостает слов…

Отличное начало.

— …и такта. Поэтому я и предпочел бы не продолжать этот разговор. Я не знаток девичьих душ, и не хотел бы что-нибудь там задеть, но… Я не люблю вас. Поэтому, если вы вдруг не шутили, хоть у меня и нет оснований так думать, зная вас, выбросьте эти фантазии из головы.

— Вы мне не верите! — воскликнула я, и по скептическому огоньку в черных глазах поняла, что так и есть. — Опасаетесь, что все это розыгрыш?

— В этом вы сильны, — кивнул ректор.

— Я сказала правду! Я люблю вас. А вы любите меня. Это судьба, понимаете?

Наверное, все-таки стоило подождать положенные пару глав, дать Оливеру свыкнуться с охватившим его чувством, но я твердо вознамерилась объясниться сегодня и сейчас. А потому, недолго думая, выложила свой главный козырь:

— Вы предназначены мне, как и я вам. Я — ваша истинная пара! Вы ведь знаете, что это?

— Нет, — осмелился заявить он.

— У каждого дракона есть его истинная пара, одна единственная, та, кому он отдаст сердце!