Осторожный подход к любви
Шрифт:
Ну, вот и нашлась беда на мою голову! Только этого не хватало! Какого черта я вообще побежала в этот подъезд?
Свистун стоял, привалившись к перилам в каких-то пяти метрах от Зои, спрятав руки в карманы не поддающихся анализу брюк, то ли они домашние, то ли отняты от официального строгого костюма, светлая майка, на первый взгляд казавшаяся серой, открывала вид на бледные в свете фонаря руки. Лица мужчины видно не было, он наверняка умышленно так стал, чтобы тень падала на него, а лишь оранжево-красный уголек сигареты был виден. Вновь пройдясь по слабо освещённой фигуре, Зоя остановила свой взгляд на милейших тапках, представляющих собой мордашки собак с белым и чёрным ухом.
Человек в таких тапках мне ничего плохо сделать не сможет! Он должно быть добрейшей души мужчинка. Вот сейчас он спросит, который час и мы разойдёмся. Клянусь, сразу же побегу домой.
Вопреки всем ожиданиям мужчина продолжал хранить молчание. И лишь его рука медленно поднялась к лицу, скрытому в тени, а затем он выдохнул душащий запах табака, благо окно было открыто и весь этот смрад быстро выветрится.
Подлец! Почему молчишь? Ждёшь, что я закричу? Что ж... ждать осталось не долго.
Шумно вздохнув, Зоя, следя как уголёк в темноте становиться ярче, а затем вновь меркнет, дрогнувшим от всех переполняющих её эмоций голосом, она чуть ли не хрипит:
– Что... что вам нужно?
Мужчина никак не реагировал некоторое время, а затем после очередного выдоха светлого дыма из лёгких, он соизволил лаконично ответить:
– Пока ничего.
Он что там иронизировать вздумал? Играет? Пора уносить ноги подальше от этого проклятого подъезда и иди домой. Чёрт дернул меня обмануть Гошу! Я ведь не хотела вести его к своему дому, именно поэтому, походив немного у соседних домов и увидев единственный подъезд, не имеющий домофона, направилась вместе с парнем сюда. Ха! Из огня да в полымя! Не хотела попасться на глаза отцу, а попалась какому-то неизвестному мужику в тёмном подъезде.
– Я тогда, пожалуй, пойду, - вежливо улыбнувшись, решила по-интеллегентному отчалить я. Не хватает только ножкой пошаркать.
Не дожидаясь ответа я устремилась к ступенькам и плевать, что я их практически не вижу и готова кубарем скатиться вниз, но сейчас главное по-быстрому уйти.
Рука мужчины резко уперлась в стену и тем самым не позволила мне и с места сдвинуться. Я, сделав шаг обратно к своему уже такому родному уголку, сжалась от начинающей зарождаться паники.
– Погоди, - спокойно попросил-приказал мне, а сам прошествовал к подоконнику, на котором стояла старенькая пепельница и затушил сигарету при этом выбросив окурок в окно.
Да уж экология - наше всё, явно не про него.
Что делать? Может укусить его за ладонь и сбежать? А если не сбегу? Вот уж достанется мне тогда за этот укус.
Да чего я его боюсь? От него вроде и не пахнет спиртным, значит не всё потеряно. В такой ситуации - главное не молчать.
А вдруг он наркоман? Вдруг прямо сейчас на моих глазах какую-нибудь траву курил?
Бесполезно спустив пару десятков секунд на аутотренинги, я, борясь со страхом вновь заговорила:
– И всё же, можно я уже пойду?
– неожиданно своим нормальным, уверенным голосом спросила его я. Да уж аутотренинг - вещь великая.
Я даже успела сделать маленький шажок вперёд, по направлению к лестнице, но его голос меня остановил.
– Нет. Твой парень всё ещё стоит под фонарём, - раздалось со стороны окна, у которого он до сих пор стоял.
– Мой кто? Парень? Это Гоша что ли?- страх отошел на задний план, а затем и вовсе скуля и поджав хвост, скрылся в неизвестном направлении.
– Предполагаю, что парень, иначе с кем ещё можно целоваться в двенадцатом часу ночи? Не с братом же. А вот имя у него на лбу не написано.
Я, посмелевшая, встав рядом с мужчиной, осторожно выглянула в окно и убедилась в его словах. Гоша, привалившись спиной к фонарному столбу, под которым мы совсем недавно распрощались, стоял и гулял глазами по дому.
– Почему он всё ещё здесь?
– скорее сама у себя спросила я.
Возле моего уха иронично хмыкнули:
– Хочет вычислить твою квартиру.
– Каким это таким образом?
– повернувшись на голос, спросила я. В свете фонаря отражалась лишь часть лица мужчины, да и то не слишком чётко. Единственное что мне в большей мере удалось разглядеть - это тёмные короткие волосы.
– Парочка прощается. Девушка идёт домой, заходит в квартиру и включает свет, а парнишка, который всё это время находился внизу, видит, в какой квартире включили свет. Как видишь, всё элементарно, Ватсон.
– Но зачем ему это?
– свела брови к переносице я.
– Чтобы наведаться в гости?
– предположил он и усмехнулся, а потом и вовсе всем телом повернулся в мою сторону, опершись локтем о высокий подоконник.
Я вновь перевела взгляд с Гоши на мужчину и... не удивлюсь, если у меня открылся рот от удивления.
Это лицо я видела лишь один-единственный раз, но как же прочно оно засело в моей голове. Эти черты лица.
– Я вас знаю, - прошептала я, не веря в происходящее.
Мужчина если и удивился, то никак не выдал свои истинные эмоции.
– Откуда же?
– иронично ухмыльнувшись, судя по всему из чистой вежливости, спросил он.
Мне казалось, что я сошла с ума или из-за только что пережитого нервного напряжения мой мозг меня обманывает и вводит в заблуждение.
– Видела на фотографии, - не знаю, как мне удавалось отвечать на его вопросы, и, одновременно с жадностью всматривалась в каждую черточку лица этого мужчины.
Вот только теперь брови мужчины приподнялись. Он явно не ожидал такого развития событий.
– На какой фотографии? Я уже лет сто не фотографировался.
Он всё это время разговаривал со мной иронично-шутливым тоном, но сейчас в его интонации мне удалось уловить что-то граничащее с настороженностью.
– А это и была старая фотография.
Теперь он нахмурился. Казалось, что он весь напрягся.
– Насколько старой она была?
Занервничал что ли? Почему? Неужели я ему что-то всё-таки напомнила?
– Десятилетней давности, - улыбнулась я, следя за мимикой его лица.
– Она была сделана в Одессе.