Чтение онлайн

– Он уже завязывает, - оправдывалась моя дорогая мама.

Почему она от него не уйдёт, спросите вы. Я сама ещё с пятилетнего возраста задаюсь этим вопросом. Она хочет, чтобы я скорее окончила школу, поступила в высшее учебное заведение и не повторила её судьбу, а сама уедет работать подальше отсюда. Это так странно, знать, что нашей 'семье' осталось существовать какие-то девять месяцев. А ещё, более ужасно осознавать, что тебе абсолютно всё равно.

– Ну, да-да, - скептически кивнула собеседница.

– Давайте танцевать!
– заголосила подвыпившая гостья.

– Нет, давайте петь!
– вторила ей другая.

– Давайте танцевать и петь!
– вмешалась именинница.

Всеобщее внимание было привлечено, а старухино отвлечено, что позволило вздохнуть спокойно. Женщины стояли полукругом около телевизора, DVD и держащей в руке микрофон Олесей.

Ох, уж эти женщины, думала я, философски перекатывая искрящуюся жидкость в конусообразном бокале. Откуда у них этот воистину природой заложенный инстинкт - если выпил, тогда спой.

Установка караоке шла полным ходом, слышались сплошные 'раз, раз, раз' в качестве проверки микрофона.

– Зоя, ты больше понимаешь в этой технике, помоги нам с установкой, - попросила меня мама.

Я с тяжким вздохом поднялась с облюбованного места и медленным шагом поплелась к расступившейся кучке представительниц прекрасного пола. Как истинный рыцарь став на одно колено я начала искать глазами причину их задержки установки. Таковой обнаружено не было.

– И? В чем проблема?
– обернулась я на женщин, глядящих с интересом то на меня, то на мои руки (будто они вдруг золотыми стали).

– Не включается, хотя всё в розетку подключено, - раздалось совсем рядом со мной, я сразу же начала прощупывать подключены ли все провода от DVD к телевизору.
– Он сломался, да?
– пессимистично поинтересовалась Олеся.

Я, глубоко и шумно вздохнув, обсмотрев все розетки, пришла к выводу, что женщинам лучше вообще не пить. Вот прям сухой закон им нужно соблюдать. Конечно, всё, что нужно для этого 'наиувлекательнейшего' развлечения было подключено к удлинителю и по идее должно работать, вот только вилка от удлинителя валялась на полу.

– Так у вас удлинитель не подключен, - взмахнув в его сторону рукой и наконец-то встав с колена, бросив осуждающий взгляд в столпотворение женщин, направилась к нему.

Подключив столь заветный предмет к электрической сети и увидев загоревшийся, синим цветом экран, который тем самым свидетельствовал о готовности аппарата к работе, я же вернулась на своё место под сплошные 'вот мы дуры старые' и 'спасибо'.

Оказалось, что одна из гостей прихватила с собой из дому диск с караоке-песнями. Вот ведь хозяюшка! А женщины начали спорить какой из двух дисков они включат.

Через какое-то время всё утихло. Я словно вскользь бросила взгляд на настенные часы и с ужасом поняла, что наше застолье длиться всего лишь каких-то жалких пятьдесят пять минут.

Послышалась музыка, уж слишком, можно даже сказать до боли, знакомая, на мой взгляд, но это точно не последние новинки сезона.

О, с первых слов мне всё стало понятно.

– 'В старом парке пахнет хвойной тишиной,

И качаются на ветках облака.

Сколько времени не виделись с тобой,

Может год, а может целые века?'

Почему-то песню пела самая басовитая женщина из всей компании. Это не день Рождения, а шоу талантов каких-то. Хотя почему каких-то? Весьма ужасных, кстати. О, мои ушки, пришло время припева и его пропели все хором, даже Тонька, которая до сих пор сидела за столом по соседству со мной, уплетала салаты за обе щеки и не имела микрофона под рукой.

– 'Натали утоли мои печали, Натали!

Натали я прошёл пустынью грусти полземли!

Натали я вернулся, чтоб сказать тебе прости

Натали от судьбы и от тебя мне не уйти!

Утоли мои печали, Натали!'

Так мне пора домой! Я больше не хочу это слушать.

Подойдя к маме, выдернула за руку её из этого хора.

– Что такое? Случилось чего?- спросила она.

– Случилось. Я домой ухожу. Скучно мне, - ворчливо ответила я, обводя гостей хмурым взглядом.

– Посиди ещё, покушай, - в этот момент она подергала меня за правую щеку (можно подумать я только и делаю, что ем да сплю), - Потом вместе и пойдём домой.

– Ты, как хочешь, а я пойду, - не отступалась от своей цели я.

– До чего же ты упрямая у меня. Ладно, раз уж тебе так невмоготу, - сжалились надо мной, я уже было разогналась к выходу, как меня потянули за локоть обратно в комнату.
– Попрощайся с Олесей, а потом уже иди домой. Не веди себя как невоспитанная хамка.

– Хорошо, - слишком радостно это прозвучало, ну да ладно.

В толпе народных певиц заветного человечка не оказалось. За столом её тоже не было. Всё это меня несколько озадачило. Где же она? Может, вышла куда-нибудь? Вот только куда? Я пошла, бродить по квартире, и после недолгих скитаний нашла именинницу на кухне, почему-то курящую. Она сидела без света, опершись правой рукой о подоконник, опустив голову вниз, упершись лбом о оконное стекло, плечи её были неестественно низко опущены и мне даже на долю секунды показалось, что они подрагивали, словно она плачет. Вся её прежде столь статная фигура превратилась в какой-то маленький сжавшийся подрагивающий комочек. И, лишь оранжево-красный уголек светился в темноте, издавая и распространяя по всей комнате всем знакомый запах табака. Никогда не доводилось видеть, чтобы она курила. Может она из разряда тех людей, который трезвые не курят, а в не самом адекватном состоянии способны попробовать всё что угодно?

Постучала костяшками по деревянной двери, именно таким образом мне захотелось привлечь её внимание. Хотелось, чтобы она подумала, что я только что пришла и вовсе не видела её в таком подавленном состоянии.

Олеся не сразу обернулась на мой стук, а лишь спустя несколько долгих секунд. Потушила сигарету о пепельницу совершенно не свойственными ей резкими движениями и медленно повернулась ко мне.

– Я уже домой ухожу. Вот зашла попрощаться, - робея отчего-то, промямлила я. Мне на секунду показалась, что я перепутала Олесю с какой-нибудь дамочкой из пришедших гостей.

– Пока, - кивнула она головой, сложив руки под грудью, а ладонями обняла локти.
– Спасибо, что помогла нам сегодня. Без тебя мы бы не справились.

Этот жест всё расставил по своим местам в моей трусливой душе. Это Олеся, а не кто-нибудь другой, как мне сначала показалось. Просто она в каком-то странном настроении пребывает.

– Ну, конечно!
– скептически прищурилась я.
– Я и не сделала ничего. Вы сами всё устроили.

– Сервировка тоже времени требует. К тому же ты была нашей моральной поддержкой, - поправив длинные волосы, а именно отправив эту роскошь себе за спину, она направилась ко мне.