Чтение онлайн

Молчание затягивалось, и в тот самый момент, когда Зоя собиралась его нарушить, Анисимова заговорила:

– Это произошло в июле, - теперь её ладони напряжённо лежали поверх перил.
– У меня был любимый парень, - вновь наступило молчание, но оно было кратковременным.
– Нет, не парень. Это был взрослый мужчина. Он был вдвое старше меня.

Ей было тяжело говорить, Зоя это и понимала и видела. И, признаться, была не особо-то и рада, что ей вот так вот наивно доверились и не кто-то, а сама Анисимова. Конечно, она считала себя человеком, который умеет хранить тайны, но почему-то именно эту ей знать отчаянно не хотелось. Интуиция, наверное...

– Родители об этом не знали ничего... Наши отношения длились чуть больше полугода. А потом...

Её руки дрожали, да так сильно, что Зое становилось страшно за одноклассницу. С ней творилось что-то необъяснимое, тогда почему бы не прекратить всё это? Наташа же наоборот упорно продолжала свою историю.

– Шестнадцатого июля. Всё произошло в этот проклятый день. Это был день его рождения.

Наташины ладони, мирно лежащие поверх перил, вдруг резко напряглись, а пальцы выбивающие дробь, впились в древесину.

– Мы все вместе, одной шумной компанией отмечали праздник в загородном доме. Он ужасно напился тогда...
– постепенно всё более и более отчётливо слышались всхлипы, и Зое стало ясно, что вся эта дрожь была вызвана отнюдь не ознобом и холодом осеннего вечера.
– Посреди ночи пришёл в мою комнату... я не хотела... а он оказался сильнее, - и только сейчас до Леоновой дошло, что Наташа не просто всхлипывала, это была приближающаяся истерика.

Зоя не могла больше всего этого выносить, и буквально подлетев к однокласснице, развернула её к себе и обняла. Совсем недавно вот точно так же её обнимал Влад, когда у Зои случилось очередное несчастье в виде двойки по физике, одно она знала точно - он всегда умел успокаивать. А теперь всё то тепло, которое она получила от этого мужчины, ей вдруг захотелось поделить и сколько только возможно дать и Наташе, которая сейчас явно больше в этом нуждалась.

Пока Зоя её обнимала, гладила по волосам, шептала что-то вроде 'всё будет хорошо', всё это время Наташа продолжала свой рассказ.

Рыдания уже, к счастью, прекратились, но слёзы никак не останавливались, продолжая стекать по её щекам серо-чёрными от туши каплями.

– Я тогда пешком до самого города дошла... дома все спали... в ванной стоя под ледяным душем, я поняла, что не знаю, как посмотрю в глаза родителей... решение быстро нашлось...

Хоть теперь Наташины слёзы потихоньку прекратились, но тело её продолжало подрагивать в надёжных руках Зои.

– Лезвие достала из бритвенного станка папы... сняла часы и почему-то запомнила время - пять часов утра... потом... мне было совсем не больно, поначалу даже казалось, что просто содрала кожу... но потом полилась кровь... и этот запах железа...

На такие подробности Зоя и не рассчитывала, поэтому мысленно представила себе весь этот ужас того злополучного утра. Её плечи передернулись, словно от холода.

И неожиданно её посетило воспоминание - ведь и Зоя тогда не спала. Она упорно, всю ночь напролёт, готовилась к своим последним экзаменам, прежде чем смогла бы стать полноправной владелицей прав по вождению мотоцикла.

– На всё оставшееся лето меня упекли в частную клинику, или психушку, короче говоря. Родители пытались выяснить кто это со мной сделал, а я не говорила и никому никогда не скажу.

Наташа отстранилась от Зои, и тут же начала кончиками пальцев вытирать мокрые щёки.

– Почему?
– осмелилась спросить Зоя, увидев, что Анисимова вроде как уже успокоилась.

Теперь плечи, плакавшей совсем недавно, девушки передёрнулись.

– Он женат. У него на тот момент была дочка, и вот-вот должен был родиться сын.
– Наташа закрыла ладонями лицо.
– Я мечтала о мести, но не хотела портить жизнь ни в чём не виноватым детям.

Такой поворот событий Зоя не ожидала. Откровенно говоря ей трудно было понять Наташино решение, ведь если бы подобное случилось с ней, то она бы точно никого не жалела, ослеплённая своей вендеттой. Даже дети её не остановили бы...

– Я не хотела жить, но в тоже время я не хотела и умирать.

Наташа, убрав руки от лица, серьёзно посмотрев Зое в глаза, сказала:

– Об этом никто не знает, кроме родителей и тебя.

– Думаешь, расскажу кому-нибудь?
– спросила она и тут же ответила на свой вопрос: - Нет. А даже если и так, всё равно никто не поверил бы. Почему же тогда доверилась мне?

– Сама не знаю, - Анисимова немного приподняла правый уголок губ.

Поддавшись порыву, Зоя дотронулась до плеча Наташи:

– Не расскажу.
– Это прозвучало как обещание. По крайней мере, так подумали обе в тот момент.

– Спасибо, - теперь одноклассница немного робко, но всё же улыбнулась в ответ.

Наташины ладони нырнули в карманы домашней кофты-балахона и вытащили оттуда пачку сигарет и зажигалку.

– Я поеду домой, ладно?

– Почему?
– прикрывая огонь ладошкой, только и спросила Анисимова. Что-то в её голосе промелькнуло и Зоя, сама того от себя не ожидая, начала оправдываться.

– Не подумай ничего, просто уже стемнело, а мне ехать на мотоцикле обратно.

– Оставь его здесь, завтра скажу водителю, он твоего железного коня под самый подъезд привезёт.

В ответ Зоя лишь с полуулыбкой покачала головой:

– Не стоит. Я пойду, - Зоя тут же без всяких лишних прощаний развернулась, чтобы уйти, но тут...

– И всё-таки я была права - нравиться он тебе, - тихо сказала Наташа, а вот Зое показалось, словно она эти слова прокричала в рупор, да ещё и ей на ухо. Она так и замерла у порога, не решаясь уйти.

Обернувшись, Зоя улыбнулась, немного театрально приподнимая брови в удивлении. Да уж такой выдержке можно только позавидовать.

– Кто?
– разыгрывая беззаботность, спросила она.

– Полежаев, - просто ответила та.
– А ему нравиться эта твоя подружка - Малышева. Любовный треугольник выходит.
– На последних словах, она преспокойно выдохнула дым.

А у Зои сердце переворачивалось. Как же так? Причём здесь Настя?

– Настя?
– переспросила Зоя, выдав своей заинтересованностью свои чувства с головой. И, если Наташа поначалу и не была уверена на все сто процентов в своих догадках, то теперь они подтвердились.

– Ну да, - пожала плечами.
– Он по ней ещё с девятого класса сохнул.
– Наташа развернулась лицом к Зое.

– С чего ты так решила?
– застыв каменным изваянием самой себе, Зоя отчаянно не хотела верить этим словам.

– Об этом все узнали, когда застукали его с валентинкой в руках, - Анисимова вдруг весело подмигнула замершей Зое.
– Догадываешься, кому она предназначалась?

О, да! Зоя догадывалась. Как бы ей хотелось, чтобы Анисимова сейчас сказала, что всё это простая шутка. Зоя бы от души посмеялась. Но время шло, а Анисимова всё молчала.