Острие лезвия, ветер и любовь
Шрифт:
— Это не важно.
Эту ночь они провели вместе.
***
Лежа на плече Леголаса, Сули слушала его тихие мечтательные речи, пытаясь собраться с мыслями. Она должна начать этот разговор, должна сказать эту неприглядную правду. Обязана.
Царевич размышлял о том, какой будет их жизнь здесь в Гондоре. Как они восстановят Итилиэн, и как прекрасна станет эта страна.
— Мы будем счастливы здесь. Так счастливы как не были никогда прежде.
Не в силах больше удерживать слёзы, Сули дала им волю, крепче прижавшись к плечу своего соулмейта. Так крепко, будто боясь, что потеряет стоит отпустить. А отпустить было нужно, как бы больно не было…
— Чего же ты плачешь, любовь моя? — Леголас прижал к себе девушку, а после коротко поцеловав в висок. Но Сули не ответила на его вопрос. Не сказала, что всего этого не будет. Не смогла. Не нашла сил. Не решилась.
— Прости меня, мой принц…
Поутру Леголас проснулся один.
Пройдясь рукой по пустующей половине кровати, где ещё вчера ночью засыпала рядом с ним оборотень, царевич приподнялся и сонно окинул комнату взглядом. На полу лежало платье Сулмендис, которое Леголас вчера сам снял с девушки, на своих местах лежали немногочисленные вещи.
— Сули, — окликнул возлюбленную лихолесец. Никто не ответил. Тогда принц обнаружил на подушке девушки куклу в зелёном платье. Старая игрушка, явно эльфийской работы, была неумело сшита посередине толстыми стежками. — Сули?
Царевич оделся и направился в залу где вчера пировали до самого расцвета. Он надеялся найти там своего соулмета и шёл быстро, сжимая в руке куклу.
— Леголас, — окликнул эльфа Гимли. — Не ищи Сули.
— Что? Почему?
— Она ушла. Все оборотни ушли, — печально произнёс гном, опустив голову. — Сули попросила передать тебе, что она не могла оставить свой народ. Её место рядом с ними, а твоё здесь. Попросила не искать её, — подойдя к царевицу, Гимли два раза хлопнул того по локтю. — Мне жаль, друг. Она ушла навсегда.
Леголас остался один.
***
Вечерело.
Темноволосая девушка стояла на пороге старой деревянной хижины, оперевшись на перила и подперев голову кулаком. Её смотровая площадка располагалась достаточно высоко, представляя взору земли в которые лежал путь. Долина простиралась на многие лиги.
— Сули? — рядом с девушкой остановилась Дейкил, прижимающая к груди маленькую дочь. — Ты идёшь? Уже все переправились, одна ты осталась.
— И то верно.
Тряхнув головой, темноволосая ловко перескочила через перила и приземлилась на мощённую камнем тропу, по которой только что прошли тысячи оборотней, вернувшихся домой, в родное королевство. Их поход в Средиземье был не долог, но изменил многое, как в мире, так и в них самих.
— Что надумала? Будешь выставлять свою кандидатуру?
— А стоит ли? Меня тут знает горстка оборотней. Только народ смешить.
— Я бы не была так уверена, — пожала плечами Дейкил. — Со многими я уже успела переговорить и, скажу начистоту, большая часть из опрошенных были на твоей стороне.
Девушка махнула рукой.
— Я ещё подумаю.
— Ну как знаешь. Как знаешь.
К девушкам подошёл мужчина, высокий и седовласый.
— Всё же ты похожа на свою мать, — окинув взглядом темноволосую, произнёс тот. Это был Ульв. Он усмехнулся. — Отправилась с оборотнями на войну с Сауроном и вернулась в победителях. Для полного сходства осталось только стать королевой.
Дейкил смешно взмахнула рукой, будто бы говоря "и я о том же", а Тейни на её руках по-детски задорно засмеялась.
— Я слышал, что вы остались на перевале проконтролировать, чтобы все оборотни пересекли границы, но не думал, что решите остаться здесь ночевать, — Ульв улыбнулся. — Идёмте же, скоро солнце совсем зайдёт за горизонт.
— Мы скоро придём, — кивнула Дейкил и оборотень, согласившись с этим, ушёл. — Не жалеешь, что покинула своего остроухого? Сули?
Девушка неопределенно вздохнула и отвернулась, упрямо смотря на заходящее солнце, последние лучи которого освещали оставшееся за спиной Средиземье.
— Дейкил, — нахмурившись, позвала подругу темноволосая. — У меня к тебе одна просьба. Не называй меня больше Сули. Я хочу зваться Йорун.
Девушка с ребёнком на руках радостно засмеялась.
— А я-то всё гадала, как скоро ты возьмёшь себе это имя насовсем. Оборотни бы вряд ли на ура приняли королеву с эльфийским именем.
— Да не королева я ещё!
— Ещё!
В руке темноволосой возник магический кинжал, алый от заходящего солнца отразившегося в нём.
— Я оставила в Средиземье всё, что у меня было. Рангар хорошее место для нового начала, как думаешь?
Дейкил медленно кивнула и, решив позволить подруге побыть наедине со своими мыслями, ушла. Ладонь темноволосой нырнула в карман чёрной зачарованной куртки, коснувшись гладкой поверхности кольца.
Это было кольцо Ралиса, сведшее того с ума.
А рядом с ним теперь покоилось ещё одно. Серебряное.
Сули вернула кинжал на место, вновь посмотрела на предзакатное небо и обернулась волчицей. Лишь тогда, повернувшись спиной к Средиземью она тихо прошептала:
— Осталось лишь острие лезвия, ветер… и любовь.
***
Далеко-далеко на востоке, где нет людей, эльфов или гномов, скрыто тайное королевство. Королевство изгнанников.
Нет ничего прекрасней этой страны осенью, когда все деревья покрываются золотом или багрянцем. Зимой, с бесконечными праздниками, которые горожане отмечают семьями или шумными компаниями. Весной — когда всё живое просыпается в лесах и реках: птицы вновь щебечут сутки напролёт, а рыбы плещутся в полноводных реках, на деревьях появляется молодая листва, распускаются цветы.
Если приглядеться, то меж пастбищ и полей, можно увидеть старые землянки. Они как память о былых годах. О времени, когда этот народ только покинул Средиземье — дома первых поселенцев. Побитых. Израненных. Бегущих.
Удивительный народ, скрытый от глаз чужаков. Он чтит традиции сложенные веками, он хранит тайны, что берегли предки. Народ, созданный в неволе, но убежавший от Тьмы, а после и от ненависти.
Где-то далеко на востоке, за хребтом высоких гор, за быстрыми и петляющими реками, густыми лесами, есть королевство. Королевство тех, кому не нашлось место в мире людей, гномов и эльфов.
Королевство оборотней.