Чтение онлайн

Гимли громко засмеялся и хлопнул себя по ноге.

— Так вот о чём ты отцу говорила! «Принцесса и в тоже время нет», — вспомнил гном пересказанные Глоином слова девушки; полог шатра отодвинулся и внутрь вошёл Леголас. Эльф уже не раз слышал о Рангаре и вряд ли мог узнать для себя что-нибудь новое.

— Да, именно так, — улыбнулась оборотень, — в моём народе титулы не наследуются. Король или вождь избирается из сильнейших. Мою тетю Далию выбрали королевой из-за того что народ любит её, да и правитель она хороший, судя по тому что Хелтай рассказывал мне о ней. В былые годы, во времена правления Бодиль, Далия была всеобщей любимицей, так что не удивительно, что королевой стала именно она, — Сули притихла. — Но есть ещё один способ добиться власти. Когда короля или вождя оборотни не могут выбрать сами, желающие могут побороться за этот титул. Так вождём стал Хелтай, — девушка хмыкнула. — Почти каждый член моей семьи правил, а я вот такая вот белая ворона, — она весело усмехнулась, ничуть не печалясь по этому поводу.

Девушка никогда не пыталась доказывать стае — или, тем более, королевству — свою для них значимость. Она давно разуверилась в том, что сможет добиться уважения среди почти что чужого ей народа. Сули просто была: следовала за остальными, выполняла приказы Хелтая (если вдруг такие были). Тут и не удивительно, что отец ею не гордится. Сам он не раз доказывал, что достоин быть вождем, как и её мать, которая и вовсе была королевой, но другого королевства. Королевой Тихого леса.

Воспитанница эльфов продолжала рассказ.

— Об оборотнях знают не многие. Люди позабыли, оставив себе лишь странные и пугающие истории. С гномами мой народ не сильно дружил даже в светлые времена. Слишком уж вы, друг мой, — кивнула она Гимли, — недоверчивы к нам. Ну а эльфы, — Сули неопределенно пожала плечами, — каждый по-разному. О том, что оборотни действительно существуют, знают, как я уже и говорила, только эльфы в Ривенделле да в Лориэне. И все они хранят эту тайну.

— А Лихолесье? — спросил Пин, но оборотень не стала отвечать, нахмурилась и, бросив украдкой быстрый взгляд на эльфийского принца, отвернулась. Хоббит расстроился, посчитав, что сказал, что-то не так и тем самым опечалил подругу. Он подсел поближе к ней, когда остальные завели новую беседу и спросил: — Я обидел тебя?

— Ох, нет, — Сули чуть улыбнулась и взлохматила и без того торчащие волосы полурослика. — Просто… я вспомнила о стае. Давно не видела их. Сына, брата и подругу — хмыкнула. — Ты ведь верно тоже скучаешь по родне?

— Это уж само собой, — кивнул Пин. — Даже по моим сестрам. Но со мной Мерри, он мне ведь тоже почти что как брат. Элронд не хотел отправлять меня в поход, но Гэндальф, — имя волшебника далось ему с невиданной прежде тяжестью. Хоббит вздохнул и улыбнулся. — Гэндальф убедил его, что я должен продолжить путь.

— Выходит если бы не эти двое ни тебя, ни меня здесь и не было бы, — усмехнулась девушка.

— Тебя тоже пускать не хотели?

— Да нет, — она осеклась, — меня-то пускали, дело тут в другом. Элронд вырастил меня, благодаря этому я и оказалась на том Совете. Иначе кто знает, где бы я была.

— Наверное, со своей стаей, — предположил Пин.

— Ага, — кивнула девушка, — или в Рохане.

— А почему в Рохане-то? — не понял Тук, а Сули нахмурила и покачала головой.

— Да, не важно, — и глянула на Арагорна. Тот сидел на своей постели, задумчиво жуя трубку и выпуская дым изо рта. Сули невольно пригляделась к человеку, памятуя о словах Элениэль. Ведь Арагорн тоже не раз пропадал. Не мог же он…. Да нет, не мог.

С момента их с рыжеволосой эльфийкой разговора прошло уже два дня, но девушка так и не рискнула поговорить ни с одним человеком, ни с другим. Правда будет горька в обоих случаях.

***

Халдир вновь вернулся с границ.

— Знаешь, а я ведь, кажется, совершила ещё большую глупость, вступив в Братство. Не по мне это всё, да и приносить им я могла только беды, а пользы никакой. Как и предложил Боромир, я пойду с ним. Это будет лучший из всех вариантов. Как думаешь? — она подняла голову кверху, заглядывая в лицо стража. — Отправимся в Минас Тирит. Он пойдёт в бой со своей армией, а я буду его защищать. Там я куда больше пригожусь.

Эльф, кажется, задумался. Его белые одежды почти что светились, ловя на себе редкие солнечные лучи. Волосы страж собрал в привычную прическу — точно такую же сделала и Сули. Тёмные локоны девушки и вправду отрасли, ведь теперь они ложились на плечи и спускались даже ниже ключиц.

Сегодня оборотень, отличившись от всех прошедших дней, надела платье цвета золотой листвы, точно такой же как та, что горела в кронах деревьев. Когда-то это платье принадлежало Келебриан и от того было ещё дороже сердцу.

— Нет более благородного дела, чем спасение мира от зла, — такими были слова эльфа. — Но куда больший подвиг защищать тех, кого любишь.

Капитан стражей рассказывал подруге о недавней вылазке, а Сули внимательно (почти) слушала его, думая при этом о чём-то своём, пока знакомый звонкий смех не раздался где-то рядом. В последний раз девушка слышала его далеко отсюда — в Ривенделле — эльфийка тогда рассмеялась от радости, ведь её младшая сестра выходила замуж.

Анариэль!

Сули остановилась, остановив и Халдира. Совсем недалеко, по другой тропе им навстречу шли человек и эльфийка. Ани обхватила своими ладошками локоть мужчины и неизменно улыбалась. Так мило и влюблено. А человек говорил, что-то рисуя в воздухе свободной рукой, пока эльфийка вновь не рассмеялась. Оба поглощенные друг другом не замечали эльфа и оборотня, а Сули попятилась назад и, если бы не удерживающий её под руку Халдир, умчалась бы отсюда прочь.

Боромир и Анариэль?!

До девушки доносились обрывки их разговора, кажется гондорец рассказывал одну из тех историй о Белом городе, только теперь голос его звучал тихо, медленно, тягуче, а иногда быстро и смешливо.

— Сули? — окликнул оборотня, встав перед ней, Халдир. Девушка молчала, смотря вперёд с чуть приоткрытым от удивления ртом. Быть такого не может! Ерунда. Чушь. Бред! Но глаза её видели иное: темноволосая эльфийка в легком бирюзовом платье, идущая под руку с гондорцем. С её Боромиром! Тем самым, который не щадил её на тренировках, пронёс на руках почти через весь Ривенделл, и чья борода так нестерпимо, но в то же время так приятно колола руку. Тот самый Боромир, которому читала книги, а он пробирался в её покои через балкон, чтобы подарить цветы. — Что с тобой?

— Всё… — Сули часто заморгала, — хорошо? — отвернулась и пошла назад.

Она шла быстро. Так быстро, как только могла, но (будь проклят этот острый волчий слух!) всё равно слышала звонкий смех Анариэль. Сули злилась и инстинкты её от этого обострялись всё больше. Она слышала биение сердец — эльфийского и человеческого — чувствовала, как бежит кровь по их жилам. А ещё как клыки вырываются наружу. А сдерживать их вовсе не хотелось.

— Сули! — Халдир нагнал девушку, схватил за плечи и повернул к себе, столкнувшись взглядом с жёлтыми зрачками. Она зарычала, отталкивая друга. — Что происходит? — неподдельное волнение в голосе старого друга заставило оборотня смягчиться. Она порывисто обняла эльфа и, кажется, заплакала. Страж гладил оборотня по волосам, пока та не успокоилась и не отстранилась. Клыки исчезли, и своё законное место вновь занял серый цвет глаз. — Ты собираешься рассказать мне, что это было?