Чтение онлайн

— Я вновь напугал, извини, — Боромир опустил голову. Сейчас он не был таким весёлым как вчера, но и не таким пугающим как на площади. — Хотел лишь сказать, что это очень храбро вызваться в такой поход, особенно для юной девушки. С каждым днём ты не устаешь удивлять меня.

— О чём это ты?

— Сегодня — твой смелый поступок, а вчера я, благодаря тебе, познакомился с человеком воспитанным эльфами, — гондорец улыбнулся. — Надо признаться, я очарован.

Сули фыркнула от смеха и махнула рукой, но тут же осеклась, поняв что вокруг них слишком много глаз, чтобы она могла позволять себе такие вольности. Она обхватила одну ладонь другой, выпрямила спину и размеренным шагом направилась дальше. Леди. Главное не забывать об этом.

Резкое изменение, сопровождавшееся широко распахнутыми испуганными глазами, не ускользнуло от человека; он быстро окинул взглядом идущих рядом людей, эльфов и гномов, тихо кашлянул в кулак, чтобы замаскировать смешок, и поравнялся с новой знакомой.

— Я не человек, Боромир, — официально продолжила воспитанница Элронда, — но ты прав, я воспитана эльфами.

— Но кто же ты тогда? — мужчина удерживал на лице маску серьезности.

Он шёл рядом с темноволосой, привычно расправив плечи и держась с подчеркнутой официальностью, чуть хмурился, из-за того что уж больно сильно хотелось улыбнуться. Гондорец понятия не имел, куда именно они идут, но лишних глаз вокруг них становилось меньше.

— Не думаю, что о таком можно рассказывать. Это надо увидеть, — их взгляды пересеклись, и в её глазах он увидел не просто огоньки — там танцевали самые настоящие балроги, хотя сама девушка всё так же была серьезна и холодна.

Сули вдруг пожалела, что надела именно это платье. Мысль пришла в голову сама собой, внезапно и без какой-либо причины. Она вспомнила, что в покоях есть красивое серебристого цвета платье с рукавами-лилиями, подчеркивающее её серые глаза. Или то индиговое, с которым девушка всегда носила легкий тёмно-синий шарф, чтобы прикрывать (как ей казалось) неуместно глубокий вырез. Сегодня темноволосая могла бы надеть даже то красное, открывающее плечи (и немножко метку), а волосы бы украсила рубиновым обручем. Тогда бы гондорец точно решил бы, что она настоящая принцесса, а не просто девушка, которую вырастили эльфы. Но вместо этого воспитанница Элронда надела это «осеннего цвета» платье — оно вовсе не подчеркивало фигуру, не было под цвет глаз, да и вряд ли какая принцесса наденет подобное. Ведь оно даже не эльфийское — Сули привезла его, кажется из того же Гондора, уже много лет назад. Свободные рукава доходили лишь до локтя, простая юбка едва прикрывала щиколотки и открывала взору стопы в мягких тёмных туфлях. Из всех её платьев это было самым любимым.

— Вчера я принял тебя за эльфийку, — человек не лукавил. Увидев темноволосую среди эльфов, мужчина посчитал её одной из их племени. То как девушка улыбалась в ответ на его улыбки и не умело пыталась флиртовать с ним, понравилось гондорцу. Наверное, потому он и последовал за ней в сад, когда остальные направились в Каминную залу.

— А сегодня я уже не так прекрасна, чтобы счесть меня за эльфийку? — в её голосе проскочили озорные нотки, и даже напускное равнодушие не смогло их скрыть.

— Напрашиваешься на комплимент?

Они завернули в очередной коридор и Сули вдруг ухватила человека за руку, сорвалась с места.

— Бежим скорее! — бросила она через плечо, и Боромир не стал задавать лишних вопросов. Они бежали по коридорам, иногда останавливаясь, чтобы девушка могла заглянуть за очередной поворот и убедиться, что там никого нет. Бежали и бежали, пока не оказались на крыше. Сули давно нашла место, где один из балконов почти вплотную примыкал к крыше здания; она часто — как в детстве, так и в более поздние годы — забиралась сюда в поисках тишины и одиночества. Зачем сегодня решила притащить сюда едва знакомого гондорца, оставалось неизвестно даже для неё самой.

— И что это за место? Мне уже можно задавать вопросы?

— Пожалуй, это я тебе разрешу, — бросила воспитанница Элронда, раскинув юбку на ещё не прогретой солнцем черепице. Гондорец сел рядом с ней, уперевшись руками в крышу под ними. — С этого места вид открывается почти на весь город. Мы могли бы забраться на другую крышу — оттуда Ривенделл как на ладони, но это уже в другой раз, когда вместо юбки на мне будут штаны.

— Не забудь меня позвать, — Сули вновь фыркнула и играючи толкнула человека в плечо. — Здесь действительно красиво.

Целый город раскинулся под их ногами. Туда-сюда сновали эльфы. Они не знали, что с этой самой крыши за ними наблюдают две зоркие пары глаз, да и никогда не узнают об этом. Где-то недалеко запели птицы. Девушка пересела чуть ближе к мужчине и положила голову ему на плечо — ей было не совсем удобно, но сделать так уж очень хотелось. Впервые за последние несколько дней ей наконец-то было спокойно.

— Как там в Гондоре?

Рыжеволосый помрачнел и, пусть Сули не видела его лица, но чувствовала, как тот напрягся. Разница была столь велика, что воспитанница Элронда буквально кожей её ощутила и неспешно отстранилась.

— С каждым днём всё хуже, — признался Боромир. Девушка положила ладонь поверх его руки и чуть сжала. — Вчера ты сказала, что бывала в Гондоре. Когда?

— Да, бывала, — она спешно убрала руку и вновь села прямо. — Я не была частым гостем, но иногда появлялась в Минас Тирите.

Сули рассказала о своём последнем визите в Белый город, стараясь не упоминать ничего, что могло помочь мужчине понять, когда именно это было. Ей пока не хотелось пугать нового знакомца своим возрастом. Неожиданно налетел холодный ветер и дернул девушку за волосы, бросив их ей в глаза.

— Погода меняется, — она смахнула упрямые пряди с лица и быстрым движением заправила их за ухо.

— Что тут скажешь, — протянул гондорец, — зима близко.

Птица запела где-то совсем рядом и Сули оглянулась по сторонам, надеясь её увидеть. Та — светло-синяя — сидела через две крыши от них и щебетала, а замолкнув, начинала прыгать с места на место на тонких длинных лапках.

— Хотела спросить, — заговорила девушка, обернувшись к человеку. — Там на Совете один из людей, что-то говорил тебе, — Боромир посмотрел на небо, позволив улыбке расцвести на его лице.

— Он возмутился, что на столь важный для всего мира Совет пустили женщину, — пояснил человек. — Я сказал, что если ему это не нравится, то пусть сам выскажет всё Элронду.

— А делать подобное он не рискнул, — гондорец кивнул и повернулся к Сули.

— Это советник моего отца. Когда один — собственной тени боится. Но если бы высказался я, то он бы стал поддакивать, а так, — мужчина небрежно махнул рукой.

— А ты бы стал говорить подобное?

Сули вглядывалась в лицо Боромира. Ей был важен его ответ. Даже как-то слишком важен.

— Не стал бы, — подумав, выдал гондорский витязь. — Глупо лезть в чужую страну со своими законами. Ты воспитанница Элронда и если он решил, что ты должна присутствовать, я не буду его разубеждать.

Сули улыбнулась.

Они вновь замолчали, а в душе у темноволосой образовался неприятный осадок. Боромир сказал ровно то, что она хотела услышать, но то, КАК он это сказал… Девушка вновь повернулась к мужчине.

— А если бы Совет был в Гондоре, ты бы не пустил меня на него. Верно? — к концу голос её стал совсем тихим. Она наклонила голову в бок, рыжеволосый вздохнул, подтянул колени к груди и сложил на них руки.