Чтение онлайн

– Подстраховать нужно?

– Что-то вроде этого...

– Сколько человек нужно?

– Одного хватит, но толкового, желательно с внушительной ксивой!

– Капитан УБОП подойдет?

– Более чем, а кто он?

– Мой бывший...
– она запнулась, - воздыхатель, короче! Пишите его номер, но переждите чуток: я ему сейчас сама позвоню и мозги вправлю в нужном ключе. Он парень нормальный, хотя и не хватает звезд, и умом не блещет, но в наглости ему не откажешь, а особенно он хорош там, где сила нужна. Записывайте, Никита Сергеевич Суходолов, телефон...

Выждав минут десять, Константин набрал номер.

– Вас слушают!
– такого густого баса Рокотов-младший еще никогда не слышал.

– Это Никита Сергеевич?
– спросил он.

– А это Константин Рокотов?
– вернул долг капитан.
– Чем могу быть полезен?

– У вас есть немного свободного времени?

– Для своих у меня всегда есть время: говорите, куда мне подъехать?

– У вас какая машина?

– "Ауди" устроит?

– Я имел в виду не марку, капитан...

– Уже майор, - солидно поправил Никита.
– Машина без спецсигналов, если вас это волнует!
– сообразил он.

И Константин подумал, что Лолита несколько недооценивает его умственные способности.

– Очень хорошо, тогда подъезжайте на проспект Мира...
– Он продиктовал адрес Ухтомцевой.

– Через восемь минут буду!

Майор был точен и ровно через восемь минут уже входил в квартиру. Когда Константин, не вдаваясь в лишние подробности, сказал, что хочет проверить убежище сатанистов, Никита с присущей ему провинциальной простотой сообщил в ответ:

– Я бы этот притон собственными руками разогнал!
– Он крепко сжал свои пудовые кулаки и убедительно потряс ими перед собой.
– Распустили народ, гласность развели, делай что хочешь, мать твою...
– вдруг он прервался. Извини, Константин, наболело! В чем заключается моя задача? Ничего, если на "ты" перейдем?

– Я - за!
– ответил Константин и принялся излагать свой план майору.

Когда Никита услышал, что ему предстоит делать, он даже обиделся:

– Как же я буду тебя подстраховывать, упустив из поля зрения? Я думал, что с тобой внутрь пойду.

– Понимаешь, Никита, ты местный, а значит, кто-то из сатанистов может тебя узнать, и тогда они совсем по-другому будут общаться со мной. Так что мне кажется, что лучше тебе находиться в машине и не рядом с объектом, а так, чтобы контролировать выход. И если я не появлюсь в течение часа, подключайся на полную: значит, я в опасности!

– Не много ли часа, может, сорока минут хватит?

– Нет, пусть будет час!
– после паузы возразил Константин.
– Пока с какой-то пешкой поговорю, пока свяжутся с так называемым "отцом"... Нет, пусть будет час!

– Как скажешь! Мне кажется, что ты чего-то недоговариваешь или побаиваешься?
– задумчиво проговорил майор.

– У меня всегда бывает мандраж перед серьезной встречей!
– признался Константин.

– Ты особо не играй с огнем-то: как почувствуешь опасность, дай знать!

– Криком, что ли? Не услышишь...

– А ты окно разбей! Стулом, а лучше каким-нибудь сатанистом, - он весело рассмеялся.
– Тут и я подключусь.
– Майор выразительно постучал своим мощным кулаком о ладонь.
– Давно у меня руки чешутся на этих слуг дьявола!

– Надеюсь, до этого не дойдет...

Через пару часов Константин, обвешанный аппаратурой, стоял на крыльце "объекта" и нажимал кнопку звонка. Зеленая "Ауди" Никиты примостилась через дом на другой стороне улицы, и майор внимательно наблюдал за своим временным напарником. Вскоре открылось небольшое окошечко в двери.

– Кто вы и к кому пришли?
– подозрительно спросил мордастый мужчина лет тридцати.

– Константин Рокотов, журналист из Москвы. Пишу статью об омских сектах сатанистов. Хочу побеседовать с вашим руководителем.
– Константин специально допустил неточности в определениях, и охранник немедленно его поправил:

– У нас не секта, а община, и не руководитель, а Отец Антоний.
– Его голос стал несколько более вежливым.
– Сейчас узнаю...
– Окошечко закрылось.

Константин приготовился к терпеливому ожиданию. Но ждать долго не пришлось: минут через пять дверь распахнулась. За ней стоял все тот же охранник, одетый во все черное, а рядом - высокий молодой парень лет двадцати, тоже облаченный в черные брюки и черную куртку, напоминавшую военный китель, застегивающийся под подбородком. Константин с удовлетворением отметил, что он и есть Мишка-жердяй.

– Вы отец Антоний?
– спросил Константин: очень уж тот напоминал парня, которого описал Геннадий Шишкин, - Мишку-жердяя.

– Нет, я его старший сын. Проходите, пожалуйста, Отец Антоний согласился побеседовать с вами!
– писклявым, но торжественным голосом произнес он.
– Я вас провожу...

Небольшой холл был увешан разнообразными изречениями из библии Энтони Ла Вэя, традиционной символикой движения сатанистов и примитивно нарисованными картинами ада. К своему большому удивлению, Константин увидел среди них и несколько копий полотен великого Босха. Обратил внимание и на дверь с надписью: "Дружина общины". От возникшего сквозняка дверь немного приоткрылась, и Константин увидел там нескольких здоровячков, качающих мышцы.

Поднявшись на второй этаж по широкой лестнице, устланной красно-черным ковром, они прошли несколько метров по коридору и вскоре уткнулись в довольно внушительную дверь, украшенную искусной резьбой, представляющей сценки ада. На самом верху этой композиции красовалась все та же пентаграмма, дополненная капающей с нее кровью. Кровь, конечно, была нарисована красной краской, но вид был зловещий.

То ли надписи, то ли вся эта атрибутика, напоминающая картины средневековой жизни, да еще и какой-то странный сладковатый запах, оказали на Константина неприятное воздействие. В какой-то момент ему стало жутковато. Сопровождающий его юноша осторожно постучал в резную дверь.

– Войди ко мне, если веришь в меня!
– прозвучал торжественный голос, усиленный микрофоном, и дверь, под воздействием какого-то механизма медленно распахнулась.

Они вошли оба, но сопровождающий, уловив чуть заметное движение пальца хозяина кабинета, тут же удалился, и дверь за ним затворилась.

Кабинет был весьма просторным. Посредине стоял мощный красного дерева стол, инкрустированный по всему периметру перламутровыми пентаграммами. Весь пол прикрывал пушистый ковер из натуральной шерсти, явно ручной работы, украшенный уже знакомыми сценами адских мук. Подобно двери, все стены были покрыты резьбой, в которой преобладали рогатые козьи головы и летучие мыши, символизирующие, вероятно, птиц-вампиров.