Чтение онлайн

Не отвлекая посетителя от осмотра убранства своей обители, хозяин внимательно следил за гостем. Он был одет в ярко-алый атласный костюм, прикрытый сверху длинным черным плащом, подбитым таким же ярко-алым атласом. С его довольно тонкой шеи свисала толстая витая цепь из золота, на ней болтался золотой массивный круг, внутри которого была заключена все та же пентаграмма. Его волосы были, как говорят в таких случаях, цвета вороньего крыла. Явно набриолиненные, они были тщательно уложены умелой рукой парикмахера в прическу с кокетливым коком, напоминавшую прическу так называемых стиляг шестидесятых годов. Бакенбарды плавно переходили в бородку, а тонкие усики дополняли портрет.

Константин подумал, что предводитель сатанистов был то ли от природы, то ли благодаря искусным рукам гримера очень красив, но красота у него какая-то дьявольская, недобрая.

Было видно, что отразившимся на лице гостя впечатлением хозяин логова сатанистов остался доволен, и обратился к нему вполне дружелюбно:

– Я - Отец Антоний! Приветствую вас в нашей обители!
– Он вещал тоном, каким, вероятно, обращался к своим подданным Юлий Цезарь, и Константину с большим трудом удалось не улыбнуться, но ответил он ему в тон: не удержался.

– Привет и вам!
– Желать сатанисту доброго дня, а тем более здравствовать Константину совсем не хотелось.
– Я - журналист...

– Мне сказали, - мягко прервал Антоний.
– Из Москвы... Из какого издания?

– Из холдинга "Мост-медиа".
– Почему-то Рокотов вообразил, что предводитель сатанистов не станет уточнять, какое конкретно издание он представляет, чтобы не показаться безграмотным мужиком с периферии.

На самом деле все оказалось не так, и Константину еще повезло, что хозяин логова не стал вникать в детали.

– О-о!
– многозначительно кивнул он.
– Я глубоко уважаю господина Лебединского и не раз с ним лично встречался. Наша община с большим пиететом относится к прессе и всячески приветствует контакты членов нашей семьи с различными журналистами, вопреки расхожему мнению, что мы уклоняемся от общения.
– Отец Антоний чуть заметно усмехнулся.
– Нам нечего скрывать, и мы открыты для каждого, кто желает примкнуть к нашему движению.

Он говорил с таким пафосом, словно находился на трибуне перед многотысячной толпой поклонников.

– Присаживайтесь, - царственным жестом указал он на кресло рядом с собой, - и задавайте ваши вопросы.

– Дело в том, господин Антоний, что я достаточно много читал о вашей общине в местной прессе, - нагло солгал Константин, понимая, что ничего нового от своего собеседника он не услышит, а тратить попусту время не хотелось, - и мне было нетрудно прийти к выводу, что вы и ваши сторонники придерживаетесь всех постулатов библии Энтони Ла Вэя, не так ли? Ни-сколько не удивлюсь, что и имя себе вы выбрали созвучное с ним.

– Так вы не собираетесь брать у меня интервью?
– Он был явно разочарован.

– Если у вас не изменились основные постулаты вашего движения, то нет! Все это я заимствую из прошлых ваших интервью. Зачем отнимать ваше драгоценное время?

– Вы правы!
– тут же согласился он, довольный неприкрытой лестью столичного журналиста.
– Так что же вы хотите в таком случае?

– Хочу, если это возможно, осмотреть вашу обитель, пообщаться с кем-нибудь из простых ее членов.
– Константин говорил, стараясь "пожирать его глазами" и демонстрируя восхищение, но одновременно четко придерживался своей задачи и как бы между прочим добавил: - Встретиться с первым попавшимся вашим соратником, как говорится, на кого глаз упадет, если, конечно, вы позволите, - он почтительно склонил голову.

– Никаких проблем!
– самодовольно воскликнул хозяин кабинета.
– Как я уже сказал, у нас нет никаких тайн от прессы! Ходите, смотрите, с кем хотите, с тем и разговаривайте!
– Он нажал кнопку, дверь тут же открылась.

Вошел тот самый юноша, что сопровождал его к предводителю:

– Михаил и проводит вас!
– Хозяин "обители" повернулся к вошедшему. Покажи господину журналисту все наши помещения, и пусть говорит с любым, кто встретится на его пути. Часа вам хватит?
– спросил он Рокотова.

– Думаю, да, - ответил Константин.

– В таком случае через час жду вас в трапезной!

– Постараюсь успеть!.. Спасибо вам за тонкое понимание работы журналиста!
– польстил Константин.

– Мы обязаны помогать друг другу...

Когда дверь за ними закрылась, Михаил спросил:

– Что вас в первую очередь интересует в нашей общине: осмотр помещений или общение с членами?

– Уверен, что главным в жизни является общение!
– многозначительно ответил Константин.
– С него и начнем.

– В таком случае пойдемте в молельную: там как раз все и находятся. Кажется, Михаил был очень рад решению гостя.

В просторной молельной, находившейся тут же на втором этаже, шла служба, но народу было не очень много, и сопровождающий извиняющимся тоном пояснил:

– Час неурочный: многие на работе...

– Ничего, для разговора найдем, - заверил Константин и стал внимательно осматривать присутствующих.

Действо по форме очень напоминало происходящее в церкви. Отличие состояло в том, кому поклонялись: здесь служили мессу Сатане. Он был изображен с фигурой человека и головой козла. Молящиеся в этой общине были одеты в одинаковые черные холщовые балахоны с тремя прорезями для головы и для рук. Все стояли на коленях.

Константина поразили застывшие в благоговении лица. Каждый что-то шептал про себя. Это было видно по движению их губ. Создавалось такое впечатление, что ничто не способно вывести их из этого состояния. Константин уже хотел формально, чтобы не вызвать подозрения, указать на первую попавшуюся фигуру, как его взгляд наткнулся на знакомое лицо. Присмотревшись, он понял, что видит... Леночку Ухтомцеву!!!

С трудом сдержав волнение, он повернулся к сопровождающему:

– Даже и не знаю, на ком остановиться...
– Стараясь говорить как можно равнодушнее, он вздохнул.
– Да ладно, пусть будет вон тот юноша.
– Он показал пальцем в сторону Леночки.

– Это девушка!
– поправил Михаил.

– Ну и пусть! Какая разница?
– отмахнулся Константин.
– Или возникают какие-то сложности, и мне следует вновь побеспокоить вашего Отца?

– Нет-нет, никаких проблем!
– услужливо ответил Михаил.

– Где я могу поговорить с ней наедине, чтобы нам никто не мешал с полчаса?

– У нас есть гостевая комната, вон дверь, - указал Михаил, затем подошел к Леночке, притронулся к ее плечу, и Константин услышал, как Михаил многозначительно сказал ей: - С тобой хочет кое-кто поговорить!