Остров незрячих. Военная киноповесть
Шрифт:
Он с тоской всмотрелся в ночные всполохи. Сведенные скулы командира окончательно вывели его из равновесия:
— Товарищ капитан! Прикажите, вернусь к ним. Если кто выжил, силком уволоку, да и нырнем в темноту. От танков по темноте уйти, делов-то?! А?
Новый взрыв. Еще один загоревшийся танк. Ожесточенные пулеметные очереди.
Арташов, отодвинув Будника, шагнул в сторону боя.
— Капитан? — умоляюще ухватил его за рукав Будник. — От своих смерть принять! Заподло как-то!
Арташов взглядом заставил забывшегося подчиненного отступиться. Ткнул пальцем в темноту.
— В пятистах метрах за нами слепые сироты. Им уйти некуда. Если не уведем танки в сторону, всех перестреляют и подавят гусеницами, — в темноте не различишь, где солдат, где калека. Вот такая вам будет диспозиция.
Не теряя больше времени, Арташов побежал в сторону разрывов. За ним двинулись остальные.
— Судьба-подлянка! — надрывно выкрикнул Будник. — По всякому блефовал. Но чтоб перед Победой, когда все козыри на руках, и под свой же танк, — это перебор!
Матерясь, припустил следом.
Глава 9. Солдаты вермахта
Молчи! Не время, не сейчас
высказывать предположенья
о том, что кончилась война.
Солдату всё един приказ,
он выполнит предназначенье,
душа метаться не вольна.
По Балтийскому морю полз скупо освещенный траулер. На палубе сгрудились сорок фашистских солдат в изумрудных шинелях. Негромко играла губная гармошка. Перевязывал раненого фельдшер.
С капитанского мостика на солдат поглядывал капитан траулера рыжебородый датчанин Торвальдсон. Взгляд его то и дело с беспокойством останавливался на фигуре сидящего офицера, гауптмана Ранке. Прислонившись спиной к борту, тот с закрытыми глазами в такт мелодии мерно постукивал затылком по металлу.
— Versuchen Sie sich den Sch"adel zu zerschmettern? [28] — над Ранке навис лейтенант Вольф.
Ранке поморщился. В надежде, что лейтенант отойдет, он продолжал с закрытыми глазами вслушиваться в гортанный клекот чайки. Непонятливый Вольф не отступался. Ранке неохотно открыл глаза.
28
Приноравливаетесь размозжить башку?
— Bringt dieser scheussliche Jammer Ihnen niemanden in Erinnerung? — буркнул он. — Leibhaftige Oberst Westhuss! [29]
— Es gibt schon keinen Oberst [30] , — напомнил Вольф.
— Ja, — неохотно подтвердил Ранке. — Es gibt schon niemanden. Nie-man-den. Findest du nicht, dass es ein wenig tr"ubsinnig wirkt? [31]
— Ich finde, wir haben tolles Gl"uck gehabt. — Вольф подсел рядом. — Nach drei, vier Stunden kommen wir ans Land in Seeland und alles wird vorbei! Gefangenschaft bei Engl"andern ist nicht die schlimmste M"oglichkeit. Die Hauptsache ist, Ivanen zu entkommen. So an deiner Stelle w"are ich froh [32] .
29
Вам эта противная глотка ничего не напоминает? Вылитый полковник Вестхус!
30
Нет больше полковника
31
Нет. Никого нет. Ни-ко-го. Не находишь, что звучит уныло?
32
Да. Я нахожу, что нам крупно повезло. Через три-четыре часа высадимся на Зеландии, и все будет кончено. Плен у англичан — не самый скверный вариант. Главное — от Иванов ускользнуть. Так что я бы на твоем месте радовался
Он протянул Ранке фляжку.
— Ha ha! — Ранке, пугая собеседника, издал гулкие, издевательские звуки, похожие на клекот чайки. — Das grosse soldatische Gl"uck! Aus einer Gefangenschaft in andere! Was f"ur Srategen! [33]
Он от души приложился к фляжке. С хитрецой ткнул пальцем за спину Вольфа:
— Und nimmst du sie auch mit? [34]
Вольф непонимающе обернулся: за его спиной лишь борт корабля — и плещущееся море.
33
Ха! Ха! Ха! Большая солдатская удача! Тонкий военный маневр. Ушли из одного плена в другой. Каковы стратеги!
34
А их ты тоже с собой возьмешь?
— Unseren Toten! [35] — обозлился на непонятливость приятеля Ранке. — Die sind uber ganz Europa zerstreut. Soll ich sie aufz"ahlen? Ach, wo! Seit langer Zeit habe ich es selbst vergessen [36] .
— Sei ruhig, Karl [37] . — Вольф намекающе кивнул в сторону палубы. Солдаты, из тех, что поближе, принялись прислушиваться к выкрикам своего капитана. — Wir haben "uberlebt und sind nicht schuld daran. Der Gott gab Jedem das Seine [38] .
35
Мертвецов наших!
36
Которые по всей Европе разбросаны. Тебе их перечислить? Хотя где там. За столько-то лет сам перезабыл.
37
Уймись, Карл
38
Мы не виноваты, что выжили. Бог каждому судил свое
— Der Gott! — Ранке взвился. — Er hat sich den Teufel um uns geschert. F"unf Jahren in Graben. Wir morden. Man mordet uns. Wir — uns! Wir — uns! F"unf Jahre lang! Und bem"uhte sich der Gott daf"ur, Engl"andern, Franz"osen, Deutschen sch"opfend? Um sich das Vergn"ugen einen Aderlass machen? Und, wenn es sich so verh"alt, wozu brauche ich eigentlich einen Gott? Zw"olf Jahre haben wir um des Reichs willen gelebt, haben es unterst"utzt. Und was gibt es heute? Was haben wir "uber? [39]
39
Бог! Плевать ему на нас. Пять лет в окопах. Убиваем мы. Убивают нас. Мы — нас! Мы — нас! Пять лет! Для этого Бог потрудился, создавая англичан, французов, немцев? Чтоб ему на потеху излишек дурной крови выпустить? А если для этого, на кой черт мне такой Бог сдался? Двенадцать лет жили Великим Рейхом. Несли его. И теперь — что в остатке?
Он ткнул в сторону острова Рюген, мимо которого проплывал траулер.
— Wir haben sie ihrem Schicksal "uberlassen! Diesen Ivanen, die dort…
В горле его клокотнуло.
— Wir aber fliehen Hals "uber Kopf. Man m"ochte heulen! [40]
И вдруг, откинувшись, в самом деле завыл по-волчьи.
К офицерам подбежал Торвальдсон:
— Meine Herren! W"urden Sie bitte aufh"oren! Wir befinden uns nur eine Meile von R"ugen entfernt. Am Wasser verst"arkt sich die Schallintensit"at. Wenn Russen etwas aufschnappen… Gott bewahre! Jeder Zufallstreffer… [41]
40
А мы как крысы с корабля. Выть хочется!
41
Господа! Прошу прекратить. Мы всего в миле от Рюгена. Звук на воде усиливается. И не дай Бог, если русские услышат!.. Любое случайное попадание…
— Halt’s Maul! [42] — рявкнул Ранке. — Deine Kiste ist bezahlt. Und du darfst dich nicht ins Gespr"ach der Offiziere von der siegreichen deutschen Armee einmischen! [43]
Торвальдсон посерел. Вольф испуганно схватил приятеля за руку:
— Karl! Besinne dich! [44]
Но Ранке уже не владел собой:
— So weit ist es also mit mir gekommen! Ein beschissener Skandinavier wird mir Verweis erteilen! Mein Land ist daneben. Es ist beschmiert, doch das maine!.. [45]
42
Заткнись!
43
Тебе заплачено за твое корыто. И не сметь встревать в беседу офицеров победоносной германской армии!
44
Карл! Опомнись
45
Дожил! Каждый поганый скандинавишко будет мне указывать! А я возле своей земли. Обгаженной, но своей!..
При виде испуганных лиц собственных солдат Ранке ухмыльнулся:
— Seien Sie nicht feige! Um euch braucht sich kein Mensch zu k"ummern. Russen sind bestimmt schon vor Freude besoffen. Das Deutschland liegt unter ihnen, und spreizt freiwillig die Beine. Und die letzte "uberreste des Reiches gehen in Gefangenschaft — mit Sang und Klang! [46]
Он ненатурально загоготал и вдруг, прервавшись, «сделал стойку». Застыли и Вольф с Торвальдсоном. Повскакали с палубы солдаты.
46
Да не дрейфьте, никому вы не нужны. Русские, поди, перепились от радости, — Германия-то под ними лежит. Да еще и сама ноги раскинула. А последние ошметки рейха в плен драпают — под музычку!