Чтение онлайн

Дом, судя по всему, тоже был болен. И стар. И его тоже никто не хотел чинить. То, что нужно.

Реймер со вздохом подошел к лестнице и осторожно поставил ногу на первую ступеньку. Наверное, она начала разваливаться так давно, что уже частично вросла в землю, и руины стали ее новой формой существования. Не менее надежной, чем прежняя.

Скрип.

Крыльцо органично вписывалось в общий ансамбль упадка. Сырые растрескавшиеся доски. Как в лодке. Только здесь их было больше, и они были повсюду. Из них сделаны дверь и рамы окон. Перила, за которые лучше не браться, если не хочешь получить десяток заноз – Реймер это понял по первому прикосновению, и тут же заключил, что еще не настолько немощен, чтобы не смочь подняться без перил. По трем маленьким ступенькам.

Скрип-скрип.

В голове мгновенно раздался какой-то свой «скрип-скрип», и великий математик замер. Прислушался. Внутри – тишина. Это подозрительно. Тревожно. И крайне неинформативно.

Дощатый пол, на удивление, не продавился. Не сломался от первой же ступни. Да и Реймер весил не так много, чтобы продавить собой хоть какой-нибудь пол. До этапа «анатомическая модель скелета» дело еще не дошло, но может дойти. Если не начать что-то делать.

Дверь. Такая же зеленая и деревянная. Такая же ветхая. Понятный вход в ветхий дом. Ветхому Реймеру – ветхий дом. Все правильно.

Ключ, по словам Лодочника, лежал на оконном отливе. Искать особо не пришлось. Пошарив по ближайшему окну, Реймер услышал, как что-то звякнуло о крыльцо. Ключ замаскировался мокрыми палыми листьями. Спящие деревья не хотят, чтобы в доме оказался кто-то чужой. Но Реймер ведь не чужой. Реймер свой. До того свой, что об этом даже грустно думать.

Он открыл дверь. Обычно в случае с пожилыми зданиями приходится долго возиться – замок непременно заедает – но здесь все обошлось. Гостеприимство, однако.

Шаг внутрь.

В доме было еще темнее, чем на улице. Из недр единственной комнаты на Реймера обрушилось дыхание последнего убежища. Дому открыли рот, и он наконец-то сможет дышать. Зловонной старческой пылью.

Электричества не было. Кто ж его сюда проведет. Реймер положил рюкзак у двери. Он делал так всегда, куда бы ни пришел. В хостеле, в гостях, на съемной квартире, в ночлежке, в палатке – всегда клади рюкзак у входа. Чтобы можно было легко взять и уйти.

Возраст дома предполагал отделку из экологически чистых материалов. Это одновременно и радовало, и огорчало. Радовало тем, что вот вам соприкосновение с природой, со всем живым и настоящим, что приводит в экстаз городского жителя. Интересный новый опыт в Путешествии. Кочуя по мегаполисам, Реймер успел забыть, каково это – вдыхать хвойный воздух. Ходить босиком по лугу. Складывать вещи в плетеную корзину, а не в пластик…

Но это же и создавало неудобства. Насекомые, непонятные лесные звуки, нежелательные визиты каких-нибудь лесных существ, которых привлек свет. Или запах. Рассохшийся пол, сквозь трещины в котором уже наверняка ползают мыши. Его будет сложно убирать. Вообще сложно поддерживать чистоту в таком самозагрязняющемся пространстве.

Реймер включил фонарик в телефоне. Оглядел обстановку. Потолок увешан паутиной. На кровати – слой пыли. На столе какая-то зеленая неопределенность – кажется, он порос мхом… Прибраться все же надо будет. Но не сейчас.

Он приглушил яркость. Телефон скоро сядет и зарядить его негде. Но сядет, надо надеяться, раньше, чем его обладатель. Как обходиться без связи? Как вообще люди жили без интернета? А как справлялись предыдущие обитатели? Здесь даже почтовых голубей не выдают – голубь, тоже городской житель, быстро подохнет в этом царстве Аида.

Реймер невольно задумался о «предыдущих обитателях», и ему стало не по себе. Его вообще мало что могло напугать, особенно в последнее время, но здесь это «предыдущие» звучало особенно жутко. Он не знал точных цифр, но несколько человек здесь точно побывало. Так ему говорили. И все они… да. У них у всех Путешествие закончилось неудачно.

Но они – не Сэмюэл Реймер. У них было другое.

И они наверняка оставили здесь свои вещи.

Если Лодочник не развандалил.

Внутри дом был сырым и холодным. Воздух – тяжелым и прелым. Проветривать Реймер не решился. Завтра. И генеральную уборку он сделает завтра. А сегодня его хватит только на обогрев и сон.

Единственная комната впала в летаргию. Замшелый деревянный стол стоял под окном у противоположной стены. В окружении трех стульев. Железная кровать, застеленная коричневой тканью – на вид еще более жесткой, чем сама кровать. Полки на стене. Крючки для одежды. В углу – большая цилиндрическая корзина. С истертыми ручками. Одна из ручек оторвана.

Свет фонарика выловил черную пасть камина. Единственное, что здесь было сделано из камня. «Пожароопасная комбинация», – пронеслось в голове.

Камин находился в таком же полуразвалившемся состоянии, как и весь дом. Дров Реймер не нашел. А где их вообще берут? Рубят? Топором? Нет, увы, это не про нас. Мы и на ногах-то с трудом держимся. Физическая деятельность на сегодня закончилась. Но дрова все равно нужны. Где достать?

Он поводил фонариком по комнате. Сонный больной мозг тут же подсказал идею: можно сжечь стул. Тут их все равно три штуки – зачем столько? Реймеру и одного хватит.

Недолго раздумывая, он подошел к массивному деревянному стулу, ухватил за спинку и поволок к камину. Ему было все равно, насколько мебель в этом доме ценна ввиду антикварности. Плевать. Сейчас главное – как можно быстрее согреться с как можно меньшим количеством усилий. И заснуть.

Стул явно не желал служить дровами. Уперся ножками и не пролазил в камин. Реймер попытался их отломать, но быстро понял, что не справится сейчас с чем-либо массивнее спички.

В голове одно за другим всплывали матерные выражения.

Устав бороться со стулом, он присел на него же отдышаться. Пот стекал по шее на спину, скапливался где-то между лопаток и полз ручейком по позвоночнику. Реймеру очень хотелось оказаться сейчас в каком-нибудь гостиничном номере с удобной теплой постелью, собственным душем, горячей водой и электричеством. Он бы даже мог организовать себе гостиницу. Раздобыть денег, украсть, одолжить. Но это не то. Это неправильно. Путешествие предполагает иной маршрут – некомфортный и безрадостный. Гостиничные номера в такой ситуации не работают.

Реймер поерзал на стуле в надежде его расшатать. Бесполезно. Стул был сделан на совесть. Грубый и совсем не эстетичный, но очень крепкий. Как специально для таких нетерпеливых гостей, которые, едва живыми добравшись до острова, захотят побыстрее разжечь огонь и согреться.

Все продумано.

Он поводил фонариком по оставшейся мебели. Стол выглядел еще прочнее стульев. Полки… Реймер встал и подошел ближе к полкам. Глаза уже не «добивали» до противоположной стены.