Чтение онлайн

– Десять лет, – повторила Ирис. – Он обещал вам фантастический процент прибыли, но вы, не веря на слово, потребовали гарантий. Ферье был в безвыходном положении и, вероятно, в отчаянии. Он совершил непоправимую ошибку – рассказал о сокровище. Так вы впервые услышали о Большом Призе. И, побуждаемый жадностью, решили, что доля, обещанная вам, слишком мала. В самом деле, целое яблоко больше половины. Кстати, сколько он вам обещал? Впрочем, это не существенно. Рассудив, что одному эта кость не по зубам, вы поделились секретом с ближайшими друзьями: графом де Сильва и Хуаном де Вальдоро. У одного были приятельские отношения с алькадом, другой неплохо знал Карибское море и даже держал там свой собственный маленький флот. И вот ночью, когда город спал, или же днем, когда он бодрствовал, это не столь важно, в дом Ферье вломились альгвасилы. Он был арестован за пиратство в испанских водах и брошен в тюрьму. На всю оставшуюся жизнь, как рассчитывали вы. А карта досталась вашей, далеко не святой троице. Вот тут-то и выяснилось, что и судьба сыграла с вами злую шутку. Карта оказалась зашифрованной, причем так хитро, что, сколько вы над ней не бились, все напрасно. Я пока нигде не ошиблась?

Перейра потерянно молчал. Ирис кивнула и продолжила:

– Вы добились свидания с заключенным и пообещали ему свободу за ключ от шифра. Но Ферье рассмеялся вам в лицо. Он поверил вам один раз и был жестоко обманут, а этот человек был из тех, кого трудно обмануть, и уж вовсе невозможно обмануть дважды. Ферье сказал, что клад принадлежит только одному человеку – его дочери. И если он не достанется ей – пусть совсем пропадет. Все верно?

Итак, ваш блестящий план потерпел блестящий провал и должен был быть предан забвению, но три миллиона реалов не такая вещь, которая легко забывается. И вы придумали новый план. Ключевым звеном стала юная девушка – Коломба Ферье. Вы, господин Перейра, были слишком стары для забав со стрелами амура, Вальдоро – женат, а вот граф де Сильва только что овдовел. Он без особого труда очаровал юную, доверчивую девушку и привез в свое родовое гнездо как жену. Но и этот план провалился. Дочь ничего не знала о спрятанных сокровищах или же просто умела молчать не хуже отца. В это время случилось событие, которого никто из вас не мог предвидеть – Ферье бежал из тюрьмы и вскоре снова объявился в районе Антильских островов. Его слава гремела, как никогда прежде, а дела сравнивались с делами Монбара-Истребителя, его знаменитого соотечественника. Как вы себя чувствовали тогда, дон Перейра? Вероятно, не слишком хорошо.

Ирис сделала паузу, чтобы осмыслить следующий ход. Пока игра была ее, и каждое слово било точно в центр мишени, как стрела Робин Гуда.

– Думаю, граф де Сильва был смелым человеком, – заговорила она, – ведь это он предложил вывезти Коломбу в район Карибского бассейна, чтобы приманить отца. Впрочем, едва ли вы понимали, на что идете. Ферье не повезло. Крупно не повезло, иначе бы он море под вами поджег. Однако не повезло и вам. Вместо того чтобы передать графу клад в качестве приданого, пират отбил дочь, а вместе с ней и карту. Бедняжка. Она стала костью, из-за которой подрались шакалы. В жарком климате обострилась ее болезнь, и когда Коломба вновь попала в руки графа, она уже не была той юной красавицей, которую он назвал женой. Вы с Вальдоро и раньше-то откровенно брезговали ее обществом, а теперь и вовсе ополчились на женщину, не оправдавшую ваших надежд. Вы требовали ее крови так, словно кровь могла заменить золото, которое вы потеряли. «Пусть умрет», сказали вы, но граф де Сильва рассудил иначе. Он насмерть рассорился с Вальдоро и увез жену в Испанию, навсегда отказавшись от пиратского сокровища. Граф защищал и берег ее, как супруг и настоящий рыцарь, и свято хранил ее тайну, выдумав ей мнимое дворянство. А когда пришло время – отдал за нее жизнь, и этим искупил многие свои грехи.

Ирис наконец замолчала.

– Откуда вам это известно? – потрясенно спросил еврей.

– Кое-что мне рассказала нынешняя графиня де Сильва, кое-что ее муж, а остальное – корсар Джеймс Рик. Это грязная история, дон Луис, и она рисует вас не в лучшем свете. Оставшись без мужа-защитника, несчастная женщина снова попала в ваши руки. Вы опять привезли ее сюда, чтобы сторговаться с Ферье, и этим убили ее так же верно, как пулей или ножом. Я права? – спросила Ирис.

В каюте повисла гнетущая тишина. Беатрис беззвучно плакала. Купец тяжело вздохнул и чуть слышно прошептал:

– И все напрасно. Мы так и не узнали ключа к шифру.

– Что? – глаза Беатрис мгновенно высохли. – Вы не знаете его?

– Нет.

Испанка беспомощно оглянулась на свою «горничную» и встретилась с полным иронии взглядом серых глаз, не подвластных панике.

– Я и не надеялась найти его здесь, – объяснила она. – Да ключ мне и не нужен. Мне нужно нечто совсем другое.

– Что? – спросила Беатрис, уничтожая следы слез на щеках.

– Корабль. Для меня, графа де Сильва, ну и, если хотите, для вашего милого брата, – Ирис рассмеялась. – Ваша семья принесла мне много неприятностей. И если я у вас на глазах найду проклятый клад – это будет красивая месть.

Неожиданно Луис де Перейра вскинул голову:

– Я допускаю, что вы знаете, где карта. Но вы никогда не сможете узнать ключа… Ферье мертв. Мертва и Коломба, и вы не сможете достать их с того света.

– А никто и не предлагает, – отозвалась Ирис. – Ни к чему. Я знаю ключ.

Волк остановился на верхней ступени деревянной лестницы. В трюме пахло сыростью, потом и крепким табаком. Грязные, обросшие испанские гранды, кровные враги до самой смерти, сидели на одной цепи. Она крепилась к массивному кольцу, вверченному в пол, заляпанный какой-то склизкой гадостью. Тяжелые кандалы быстро натерли мозоли и теперь при каждом движении причиняли боль.

Рядом с аристократами расположился атаман разбойников, Хосе Мартинес. Позорное заключение не оставило на нем заметных следов. Старая рубаха и кожаные штаны видали и не такое и не страдали в крепком корабельном трюме. Черные глаза цыгана посматривали вокруг с настоящим, не наигранным безразличием и отрешенностью. Он один мог здесь крепко спать и есть с аппетитом, и с этим Волк ничего поделать не мог. Хосе Мартинес не боялся ни смерти, ни жизни.

– Для чего я вам понадобился? – на ломаном испанском спросил Волк, оглядывая трюм внимательными, все подмечающими глазами.

Отметил он, между прочим, и то, что миски с безвкусной едой, которую приносили по утрам, впервые за четыре дня оказались пусты.

– Поговорить надо, – лениво произнес Карлос де Кастильяно, возвращая пирату такой же острый и проницательный взгляд.

Это заставило Волка присмотреться к аристократу, которого он не принимал всерьез.

– О сумме выкупа, вероятно, – спросил пират, облокотившись на дверь.

– О нашем освобождении, – невозмутимо поправил Карлос, невольно или, скорее, демонстративно трогая глубокую ссадину на лбу. – Полагаю, сейчас самое время. Не хочу показаться невежливым, но нам с шурином слегка осточертело ваше гостеприимство.

Жесткий рот корсара дернулся в довольной усмешке. Смелых врагов он уважал.

– Я могу освободить ваши души с помощью пеньковой веревки прямо сейчас, если угодно.

– Не советую, – улыбнулся Карлос, и эта безмятежная улыбка вновь сказала Волку, что он столкнулся с серьезным противником.

– Вы собираетесь давать мне советы? – поразился Волк.

Карлос так же лениво кивнул:

– Непременно. И если вы умный человек, то прислушаетесь к ним.

Родриго привстал. Он не узнавал зятя. Кастильяно был прекрасным капитаном и любящим мужем для Беатрис, но до этой минуты Родриго и не предполагал, как его родственник опасен.

– Какие козыри вы прячете в рукаве, амиго? – едва заметно Волк подался вперед.

– Говорите по-английски, я пойму, – сказал Карлос. – А козырь один, но это туз, и он бьет любую карту, Волк. Вам знакома игрушка, которую делают из трубки и двух пробок? Она называется «бамбуковая мина».

– Что? – голос подвел пирата.

– Ничего, кроме того, что Хатита спрятала ее здесь, на корабле. Зажженную, разумеется.

Волк побледнел и мгновенно выпрямился:

– Дьявол. Вы блефуете.

Карлос сухо рассмеялся:

– Я даже разубеждать вас не буду, Волк. Даже не попытаюсь. Мне, собственно, без разницы, один я отправлюсь на тот свет или в вашей компании.

С минуту пират смотрел на испанца неподвижным взглядом и вдруг рванулся к выходу. У порога он задержался и крикнул, не оборачиваясь, чтобы не видеть улыбки Карлоса: