Чтение онлайн

Довольные окончанием общения с банковской системой, выходим на свежий воздух.

— Давай сразу здесь через дорогу перейдём, а потом по параллельной улице потопаем, — предлагает хорошо знающий эту часть города Скороходов. — Так короче получится и сквозь толпу продираться не надо.

Согласно киваю, шагаю за другом на проезжую часть — и вдруг краем глаза цепляю резкое движение справа!

Едва успеваю повернуть голову, чтобы за мгновение до столкновения разглядеть автомобиль, бесшумно несущийся прямо на нас.

Глеб рефлекторно реагирует на попытку раскатать нас тонким слоем по мостовой первым: отталкивает меня в сторону, активируя «Сокращение пути».

Уже через мгновение я, раскидывая на своём пути мусорные урны, растягиваюсь на тротуаре. А Скороходов, экспрессивно обещающий соединить выхлопную трубу автомобиля напрямую с организмом водителя, уже мчит следом за ним.

Поднимаюсь, отряхивая одежду.

Вот что надо купить в первую очередь! Для беготни по Изнанке годится, но ещё пара таких падений — и меня даже в ночлежку не пустят в этом наряде.

— Умчал, падла! — Расстроенный Глеб появляется из-за угла с написанной на лице досадой. — На собственные похороны опоздать боялся!

— Думаю, хоронить его не придётся, — наконец-то привожу себя в относительный порядок. — Ты обратил внимание, что он двигался, не издавая ни единого звука? И появился именно в тот момент, когда мы максимально расслабились?

Скороходов задумчиво потирает подбородок.

— Знаешь, теперь, когда ты это сказал… — произносит медленно. — А ведь действительно — ни звука. Даже покрышки не взвизгнули, когда он за угол повернул. Ты хочешь сказать, что это…

Киваю:

— Иллюзия. Такая же, как и сегодня ночью под окном твоей комнаты.

С тревогой оглядываюсь по сторонам, но ничего подозрительного не замечаю.

— И тот, кто её соорудил, может прятаться в любом из домов вдоль этой улицы, — заканчиваю с неудовольствием. — Или, что намного более вероятно, уже спокойно удалился по своим делам.

— Но зачем пытаться напугать нас призрачным гонщиком? — недоумевает напарник. — Надеялись, что у нас сердечко прихватит?

— Скорее хотели увидеть нашу реакцию, — мысль вспыхивает в мозгу, подкидывая складную версию. — И посмотреть на наши способности… Вполне возможно — именно мои: твои-то им известны. А ты вмешался и все карты поганцам спутал.

— И что, теперь отовсюду ждать подвоха? Так никаких нервов не напасёшься! — негодует портальщик. — Хоть в комнате запирайся и никуда не выходи!

— Два раза подряд мы его обломали — справимся и в третий, — максимально убедительно заявляю напарнику. — Прямо сейчас к нам соваться всё равно опасно: фактор внезапности опять потерян. А к ночи мы придумаем, как вывести этого вуайериста на чистую воду.

— Есть одна идея… В общем, двигаем, куда собирались. — Глеб машет рукой в сторону ближайшего перекрёстка. — А то так весь день потеряем.

До магазинчика добираемся минут за десять. Аляповатая вывеска на фасаде гласит: «В. Фикса и Ко. Карманная магия на любой вкус».

— Это что, ломбард, скупающий краденое? — ухмыляюсь, разглядывая творческий порыв владельца заведения.

— Был когда-то, — спокойно отвечает напарник. — А потом его накрыла полиция, и хозяина поставили перед выбором: пожизненная каторга в сибирских лесах или пять лет строгого режима и торговля под надзором.

Присвистываю. Хотя тот же Ордос за подобное наказывал ещё строже.

Глеб с усмешкой продолжает:

— С тех пор хозяин ударился в шпиономанию и продаёт защищённые устройства. Такие, чтобы их нельзя было взломать или уничтожить. «Назло всем вертухаям», как он сам изволит выражаться.

— Сомнительно как-то, — чешу маковку. Не хочется привлекать к себе лишнее внимание стражей порядка. — Уверен, что это хорошая идея?

— Техника у него чистая. Не краденая, в смысле, — правильно понимает мои сомнения напарник. — Зато ассортимента такого ни у кого не найдёшь.

— Что же там такого интересного? — смотрю на вывеску с новым интересом.

— Во-первых, — загибает пальцы портальщик, — у него есть устройства противодействия слежке. То есть, ровно то, что нам сейчас нужно. Во-вторых, нам же нужна неубиваемая техника? Я отчего-то уверен, что обычный мобилет у тебя долго не протянет.

Ну спасибо, друг любезный, за исчерпывающие ответы. Хотя, если хорошо подумать, не так уж ты и не прав.

— Ладно, убедил. Пошли знакомиться с товаром.

Решительно открываю дверь и шагаю через порог. И тут же над головой раздаётся вой сирены. Еле сдерживаюсь, чтобы не оторвать голосящую под потолком коробку при помощи «Жилы».

— Опа, клиенты! Или так, глаза попродавать? — из неприметной дверцы позади прилавка появляется невысокий и совершенно лысый субъект с трёхдневной щетиной на лице. — Как вам наш будильник лагерный? Впечатлил?

— Фикса, ты б ещё песню про омулёвую бочку туда засунул, — ёрничает Глеб, пробегая взглядом по прилавку. — Я слыхал, новая партия «Жуков» пару месяцев назад приехала. Не всех ещё продал?

— Конечно, всех! — оскаливается продавец, сверкая золотым зубом. — Но ты не переживай, малой, есть парочка «Стрекоз», они ещё круче.

— Так они и дороже в разы! — возмущается напарник. Но ясно видно, что оба просто получают удовольствие от возможности поторговаться. — Я ж покупаю, чтоб покой свой хранить, а не о дырявом кошельке волноваться.

— Так покой нынче недёшев, — ухмыляется продавец. — Зато у меня всё в лучшем виде, с гарантией. Сам знаешь — фуфло галимое не толкаю.

— Тогда тащи сюда двух «Стрекозок» и мана-визор, — тычет пальцем на дверь за прилавком Глеб. — Мне через пару дней они на Изнанке ой как пригодятся. А не пригодятся — стану призраком и всю твою хату по кирпичу раскидаю.

— Ох, напугал ежа снятым гульфиком! — в притворном ужасе всплёскивает руками хозяин. — Я на записях с личного «Беркута» потом озолочусь. Новую хату построю, из чистого мрамора!

— Из мрамора «хаты» знаешь где строят? — ехидничает портальщик. — То-то. Не хочешь стать моим соседом по кладбищу — старайся как следует. И прихвати заодно пару своих «Орехов». Друга, да и себя заодно, оснастить хочу.

— Опасного ты друга завёл, — вдруг смотрит в упор на меня Фикса, не оставляя сомнений в том, что узнал меня. — Витька Островский со всем, что у меня купил, от смерти не уберёгся. Тикал бы ты от него подальше.