Чтение онлайн

— Я увидела достаточно, — голосом Матриарха можно забивать сваи в вечную мерзлоту. — Нам с мальчиками не о чем беспокоиться.

— Разве что о лишней дырке в черепе, — напоминает о своём существовании Глеб. — Если, конечно, свои дурацкие тесты не прекратите. Словами через рот объясняться проще.

Детина с пластиной на глазу разворачивает ладони к Скороходову, будто собираясь выпустить заклинание в его сторону.

— Приказываю прекратить использование магических умений и опустить оружие! — пользуюсь свежеприобретённым правом командования. — Сохраните свои силы до тех пор, когда доберёмся до цели!

Глеб немедленно опускает оружие, а щит Надёжи истаивает вместе с шипами, багровой дымкой, впитываясь в кожу его рук.

Один только Верон остаётся в боевой стойке.

— Не смей матушку обижать, ина-а-АПЧХИ!!! — отдачей охотника сажает на задницу.

Он пытается вымолвить хоть слово — но снова чихает, рефлекторно пряча лицо в сгибе локтя.

Что, думал братец твой мне просто подыграть решил по доброте душевной? Не-а, всё по-честному. Придётся теперь самому на практике в змеином могуществе убедиться.

Заодно и специфическое чувство юмора Якова оценишь.

Десять секунд, пока Верон не затихает, отсчитывают, наверное, все присутствующие. Кроме меня и Глеба, ибо мы с выкрутасами якула знакомы достаточно хорошо.

— Полегчало? — интересуюсь у нервно дёргающего глазом охотника. — Или платочек принести?

— Обойдусь, — фыркает он, вставая.

И отправляется поднимать до сих пор сидящего на земле брата.

— Магия крови. Верно, Любовь Егоровна? — обращаюсь к хладнокровно взирающей на происходящее женщине.

Пытаюсь угодить пальцем в небо, если честно.

Уж больно непривычно выглядят их способности. Да и фамилия наводит на некоторые размышления.

В прошлом мире я магов крови никогда не встречал. Только слышал боязливые байки, где крупицы правды тонули в наслоениях вымысла. Но все рассказчики твёрдо сходились в одном: страшнее этих ребят только ударившийся мизинцем о ножку стола Ордос.

— Она самая.

Матриарх задумчиво рассматривает моё лицо, будто ищет там отголоски каких-то эмоций.

Но их там быть просто не может: на чужие источники магической силы мне плевать. Главное, против кого эта магия направлена.

Слепнёва едва слышно хмыкает, кивая своим мыслям.

— Профессор говорит, ты можешь привести нас к мана-призракам, сторожащим какой-то артефакт. Это правда? — наконец переходит к делу она.

— До последнего слова, — киваю в ответ. — Вы согласны помочь разобраться с ними?

— Думаю, вы могли бы справиться и сами, — сухо усмехается женщина, легонько постукивая коготь о коготь. — Но все вместе мы сделаем это намного проще и эффективнее. Не так ли, Вадим?

— Всё так и есть, — Сорокин с озабоченным видом цокает языком, глядя, как один брат помогает другому усесться на лавку у стены дома. — Можно ли как-то помочь парню, Люба? Надо бы, чтобы все зрячими были. Время-то поджимает.

Любовь Егоровна кивает. Протирает пальцами собственные глаза — и Надёжа начинает озираться вокруг, будто выискивая пропажу.

А, увидев наконец, вскакивает на ноги и бегом несётся в мою сторону. Ну не было печали… Опять что ли драться собирается?

Не то чтобы я против, но…

Громила останавливается в шаге, пристально глядя мне в глаза. И вдруг, рассмеявшись, дружески толкает меня в плечо так, что я едва удерживаюсь на ногах.

— Меня так быстро до сих пор только матушка вырубала! — гогочет он, вытирая рукавом слёзы, до сих пор катящиеся из глаз. А после протягивает мне руку. — Надёжа Слепнёв в твоём распоряжении. Мой щит — твой щит до последней капли крови… Спорим, мы с братаном энергии больше вас насобираем?

Витавшие в воздухе едва уловимые отголоски нервного напряжения тут же испаряются. Ведь не столь важно, с каким результатом проходит поединок.

Главное, как к нему отнесутся победитель и проигравший.

— Арбитра звать? Или так договоримся? — ухмыляюсь в ответ и протягиваю ладонь навстречу, пожимая его здоровенную ручищу.

— Давай так, для разнообразия, — тревожно напрягается охотник. Встречаться второй раз с затейником-якулом ему отчего-то не хочется. — Нам говорили, что ты слово всегда держишь. Значит, не сжульничаешь.

Ну надо же. Моя слава идёт впереди меня. Этак для Якова совсем работы не останется.

Что ж, буду поддерживать дух здорового соперничества внутри отряда. Тем более, что проигрывать не собираюсь.

— Замётано, — поворачиваюсь к профессору, с восторгом наблюдающему за нашим диалогом. — Вадим Денисович, давайте инструктаж начнём, чтобы долго не засиживаться.

— Конечно-конечно. Прошу всех сюда. — Сорокин подходит к столу, на котором в рядок разложены компактные рюкзаки. — Всё, в общем-то, просто до безобразия. В эти вещмешки упакованы опустевшие макры. Каждый из вас закидывает себе один такой за спину. Пока будете добираться до цели, они сами будут заряжаться за счёт сильного магического фона безо всяких дополнительных усилий. Так что к моменту встречи с призраками у каждого из вас за спиной будет небольшое состояние.

— Как же здорово, когда поход окупается независимо от достижения основной цели, — Глеб, не раздумывая, напяливает рюкзак первым. — Но ведь только ради этого инструктаж бы не затевался, верно?

— Верно, — отзывается Медянкин. — То, что покажу вам я — новый способ применения технологии магического контура в боевом снаряжении отрядов по исследованию Изнанки. Согласно моим расчётам, выживаемость в экспедициях, благодаря ей, повысится примерно на шестьдесят процентов.

— А если поконкретнее? — Скороходов тянет руку к ближайшему цилиндру, но Медянкин ловко выхватывает его прямо у портальщика из-под носа.

— Сначала инструктаж, потом — практика! — безапеляционно заявляет он. — Вот останетесь без пальцев и будете потом плакать, что сумасшедший учёный не предупредил о последствиях.

Глеб смущённо убирает руку, а Рюрикович возвращается к дальнейшим разъяснениям.

— Образцы экспериментальные, так что используйте осторожно, — элементалист берёт один из цилиндров и зажимает рычаг на боку. — Утопили спуск, выдернули чеку — и швыряете в цель.

Цилиндр, брошенный Сергеем, падает рядом с группой мишеней, выбрасывая голубоватое облако, совсем как снаряд «Катюши». В мгновение ока поражённые цели покрываются толстой ледяной коркой.