Чтение онлайн

Ночью Мэделин долго не могла уснуть. В дреме вспоминались те пугающие искаженные лица Лорен и Эбби, затем встретившийся мужчина, как на него медленно падал свет из окон и плавно освещал снизу-вверх, его глубокий взгляд… Казалось, будто он наступает на листья при шагах, от которых доносится шелест. Но через мгновение юная поняла, что это вовсе не во сне, дрема ее отступила, и слух уловил действительно некий шорох, исходящий неизвестно откуда. На столе догорала свеча, Мэделин привстала и прислушалась. Доносился даже отдаленный скрип и словно шаги, за одной стеной была пустая комната, за другой коридор, за третьей ванная комната. Мэделин встала с постели и направилась в помещение для мытья. Внутри тихо, свет попадал благодаря окну и звездной ночи. Однако шорохи исходили не отсюда. Тогда юная вернулась в комнату и стала прислонять ухо к стене в разных местах. Неподалеку стоял громоздкий комод, вплотную придвинутый к стене. В этом месте слышимость была лучше всего, поэтому Мэделин пыталась понять почему. Присев, смекалистая девушка заглянула под комод и обнаружила в стене виднеющуюся часть решетчатой вытяжки, чего не видела раньше из-за предмета мебели. Она уперлась руками в комод в попытках сдвинуть, вслед прислонилась спиной и помогала ногами. Наконец, он сошел с места, удалось немного отодвинуть от стены и подлезть к вытяжке. Оттуда доносился гул, непонятный шум, будто эхо и какие-то отголоски… Временами пролетал ветерок и проносил неприятный запах, возможно, из-за сырости. Мэделин вышла из спальни для проверки помещения, что соседствует с данной стеной. По лестнице кто-то поднимался, пришлось вновь спрятаться за первый попавшийся косяк. По виду в плохо совещенном холле это была женщина в черной накидке и капюшоне, но разглядеть лица не удалось. Она направилась выше, там проживало большинство жителей и гостей особняка, в том числе скрытная Айрин. Мэдди рискнула выглянуть в след и уловила со спины лишь красные туфли, что выделялись на фоне всего темного, а подошва их была рыжего цвета. Увидела она их, потому что дама приподняла подол для хода по ступеням. «И кто же это столь скрытно бродит по ночам?..» – подумала озадаченная Мэделин и направилась дальше. Путь вел через холл в соседний коридор, однако в нем не располагались жилые комнаты, коридор лишь соединял с соседним крылом.

– Если здесь ничего нет, только стена, а за ней моя спальня… тогда зачем у меня там вытяжка? – тихо рассуждала юная.

Она прислонила ухо и послушала. Показалось, внутри слышны приглушенные шумы вроде того же гула и постукивания.

– Там моя спальня… и там ничего не стучит… – продолжала шептать Мэдди.

Юная прошлась по коридору в поисках знака в квадрате, ощупала каждую нижнюю часть стены, однако здесь ничего не было. У себя она достала план, довела указательным пальцем до изображенной своей спальни, от нее направила левее, где должен быть тот коридор. Вот только на рисунке не совсем понятно… исходя из плана, там слишком большое пространство, что больше похоже на вытянутый холл или даже большой зал… Символ здесь также не нарисован. «Может, помещение не считается коридором?..» – подумала девушка. «Но почему тогда на плане помещение столь просторное, нежели на самом деле?» – продолжала размышлять, пока не потухла единственная свеча.

Новым днем Беатрис постучала к Мэдди и на сей раз разбудила ее.

– Ты меня удивляешь… обычно уже вовсю бодрствуешь, а сегодня еще в постели… – навеселе сказала она, подойдя к окну.

Беатрис раскрыла темные портьеры и увидела сдвинутый комод. На вопрос о нем, прищурившаяся от яркого света Мэделин встала с кровати и ответила:

– Я там случайно обнаружила вытяжку… У тебя тоже есть в комнате?

– Есть, а что в них необычного? Только я велела заделать ее, оттуда воняло сыростью… – поведала Беатрис.

Юная покивала, подумав о пронесшемся вчера внутри запахе.

– Спускайся на завтрак, сегодня ни свет ни заря привезли приглашение для нас от Эмили, – рассказала новость подружка.

В столовой находились Эстер и Сьюзи. Вторую крайне задело, что невестка прислала письмо для девчонок, а свекровь не удосужилась пригласить. Ее нелюбовь к Эмили только росла. Вскоре присоединились Беатрис и Мэделин. Юная присела на противоположной стороне от Сьюзи и подметила ее разные глаза, все тот же несчастный правый глаз тянуло, словно кто-то подцепил крючком и за ниточку дергал.

– Сестра, тебя это доконает, нужно что-то делать… – тревожилась Эстер о глазе. – Нужно пригласить профессора. Дэвид сутками проводит в госпитале, потом у себя в рабочем кабинете, а толку ноль… чем он вообще занимается… – сетовала дама.

Мэделин вспомнила про тот тайный вход через книжный шкаф библиотеки в некий кабинет… Мысли прервал голос подружки.

– Мой отец, в отличие от других, трудится на благо общества… в данный момент он пишет диссертацию, что совсем нелегко… хотя откуда вам знать… – не смолчала Беатрис и высказалась.

– Я бы тебе посоветовала не разговаривать с нами в подобном тоне, – сразу же ответила Эстер, скривив тонкие брови.

– Лучше бы вы давали, вместо пустых советов в своем благотворительном обществе, действительную помощь, которую можно положить в карман, – бросила колкость Беатрис.

Эстер едва сдерживалась, отвела взор в сторону и поджала губы. К ее ладони прикоснулась Сьюзи и тихонько произнесла:

– Не нужно ссор… К тому же у меня уже есть помощник, – намекнула про недуг с глазом, о чем Мэделин толком не поняла.

– Всем прекрасно видно, кто начал ссору… кто вообще всегда начинает портить настроение… – ответила Эстер.

Беатрис не сдавала позиций и вмешалась:

– Неужто… А не вы ли всегда отсчитываете всех вокруг и считаете хуже вас, не видя бревна в своем глазу?..

Глаз Сьюзи дернулся.

– Мои глаза чисты, в моей семье нет места грязным склокам, – заявила Эстер.

– В вашей – это вы имеете в виду себя и своего сына от сапожника? Ибо в семью Бэлфорд входим также я, мой отец и моя матушка…

Первая часть речи о сыне невероятно задела Эстер, ее брови подскочили, а сжатая в кулаке ложка стукнула о стол. Ошеломлённая Сьюзи приложила руку на грудь.

– Как ты смеешь порочить мое и моего сына имена, – сказала возмущенная Эстер, белое ее лицо пошло красными пятнами. – А не позабыла ли ты, откуда родом твоя мать… И где же это нужно было находиться твоему отцу, чтобы встретить дочь пастуха… – нанесла ответный удар дама, защищая любимое чадо.

Беатрис вновь взбунтовалась, гораздо больше, нежели при разговоре о флейте. Она расставила локти, задев сидящую рядом Мэделин, и указала десертный ножом на Эстер. Глаза ее и без того большие, с объемными веками, выпучились, показалось, ее попутал бес, то и дело вот-вот воткнет острие в недруга. Мэдди в очередной раз удивилась обратной стороне ее некогда веселой подружки.

– Моя матушка не была дочерью пастуха, и ты это прекрасно знаешь! – воскликнула девушка, нарочно перейдя на личное обращение. – Он как раз работал на ее семью! А вот как занесло тебя в коморку к башмачнику, знает половина города!.. – атаковала пока словесно она.

Резко опустив нож и дёрнув рукой, Беатрис опрокинула вазу с цветами. Мэделин ахнула от неожиданности и засуетилась.

– Я подниму, – сообщила юная и полезла под скатерть.

Под столом Мэделин взяла вазу и потянулась за букетом; в сидящей позе платье Сьюзи поднялось выше и оголило ступни с надетыми красными туфлями. Одна ее нога в напряжении от ссоры была чуть приподнята и опёрта на каблук, отчего виднелась и подошва рыжего окраса. Заметив идентичность обуви с увиденным вчера, Мэделин от волнения даже стукнулась головой о стол. Наверху издала звон некоторая посуда. Вывести из себя обычно хладнокровную Эстер могли только слова об умершем сыне.

– Не смей говорить о моем сыне, ты ему не чета! – выдала дама, но более сдержанно, чем молодая.

– Хм, ты это уже много раз озвучивала… но теперь это действительно правда, ведь я-то жива… – выдала сильный, как удар в сердце, ответ Беатрис и резко встала.

Право, Мэделин поразилась жестокости подружки, какая бы не велась дискуссия, но атаковать вот так по живому убитой горем матери выглядело крайне беспощадно. Однако и сама миссис Бэлфорд не выбирала слов и очевидно хотела уколоть. Так что, был ли в этой «войне» правый, – сказать вряд ли можно. Мэделин поспешила за Беатрис, которая побежала до конюшни сказать кучеру подать скорее экипаж. Наедине с сестрой Эстер ей высказала:

– Ты видела ее поведение?.. Одинокая великовозрастная девица без рода буйствует от полного отсутствия внимания… она даже слугам не интересна, никто не смотрит на эту уродину… а еще пыталась лезть к моему красавцу сыночку… жаба!

До конюшни и иных хозяйственных строений вели разные тропы от выходов из дома, которых было больше двух, не считая парадного. Вокруг раскинулись деревья и зелень, окружала особняк ограда. По незнанию Мэделин куда-то свернула и случайно оказалась неподалеку от леса. Впереди, за оградой стоял человек. Приглядевшись, юная узнала того старика с дороги в темной накидке, но без капюшона, волос его был седой, в руках, под накидкой он что-то держал, что напоминало сверток с младенцем. Мэделин испугалась, старик посмотрел и повернул в сторону леса, там вдали он опустил то, что держал в руках, и направился вглубь, по пути совершая зазывающие взмахи. Юная не поняла о происходящем, дыхание ее долго не успокаивалось. Раздался голос кучера Беатрис, который резво махал и звал Мэделин. Карету подали, и девушки отправились к Эмили. Сьюзи поехала буквально следом в своем экипаже. По пути озадаченная увиденным Мэделин спросила Беатрис: