Чтение онлайн

— Ой! — вскрикнул Кирк и отпустил меня. Я упала прямо на него. Стив расхохотался, затем к нему присоединились и мы с Кирком. Мы тряслись от смеха еще сильнее, чем от холода. Я чувствовала рядом с собой своих братьев и их тепло, слышала их смех в темноте. Когда мы затихли, Кирк сказал:

— Попробуй еще раз.

Мы поднялись на ноги, нам стало теплее и спокойнее. Кирк снова сцепил руки, я оперлась о них коленом, Стив при этом тоже помогал, подталкивая меня под зад. Мы работали сообща, ведь на этот раз мы знали, что нужно делать. Стив передал мне связку, и я нашла другой ключ, чуть побольше того, который я пробовала в прошлый раз, с острыми углами. Я засунула его в скважину, повернула — и дверца открылась.

— Возьми ключи, — сказала я, передавая их Стиву.

— Оружие там? — спросил Кирк.

Вместе с маузером хранились два брата-пистолета. «Чтобы миссис Маузер было не так скучно, — говорил дед своим курочкам. — Эти пистолеты ни разу не промахивались, черт их дери. Если бы они были у меня в Бирме, то это была бы совсем другая история». Я шарила внутри в поисках оружия. Дед никогда не разрешал нам открывать дверь на лестницу. «Держитесь подальше от моих пистолетов. Если вы прошмыгнете к оружейному шкафу — я вас все равно поймаю, засранцев эдаких, и тогда вам не поздоровится». Я дотронулась до чего-то длинного, холодного и металлического.

— Это маузер? — спросил Кирк.

— Ага, — подтвердила я.

— Достань его, — скомандовал он.

Пока я вытаскивала маузер, что-то твердое посыпалось на пол, градом окатив Кирка и Стива.

— Черт! — выругался Кирк. — Пули.

Маузер в руках казался таким тяжелым. Кирк помог мне спуститься на пол.

— Дед нас убьет, — прошептала я.

— Деда здесь нет, — возразил Кирк. — Соберите пули. А ты отдай мне пистолет.

Мы со Стивом опустились на четвереньки и стали ползать по полу, собирать пули и рассовывать их по карманам.

— Пошли отсюда, — сказал Кирк.

Вслед за Кирком мы выбрались из подвала и прошли в гостиную. От окон волнами накатывал холод. Снаружи было черным-черно. Кирк положил маузер на кофейный столик, и мы сели на полу вокруг него. Никто из нас не знал, как его заряжать или как потом стрелять из него. Дед никогда нам этого не показывал. Он и отцу не разрешал. Мы видели оружие, только когда дед вытаскивал его, чтобы почистить. Дед нянчился с ним так, будто это ребенок, которого он не хочет дать нам подержать.

Мы осторожно трогали спусковой крючок, черную рукоятку и ствол. Кирк поднял пистолет и направил на окно. Он дернул маузером, будто из его дула вылетела пуля.

— Бах! Прости, дядя Ян.

— Попался, дядя Ян, — сказал Стив.

Мы вытащили из карманов пули и стали катать их по столу. Сияющие цилиндрики с острыми кончиками, чтобы протыкать кожу. Маузер притягивал нас к себе и друг к другу, будто он был магнитом, а мы — металлом. Мы еще долго сидели на полу, уперевшись в него ладонями, даже когда нам больше уже не хотелось потрогать маузер. А когда мы слышали какой-то подозрительный звук, мы больше не волновались — ведь у нас был маузер, и мы могли выстрелить в сторону звука и подстрелить того ублюдка, что к нам подкрадывался.

* * *

Первый раз в жизни мы ночевали одни, без деда. Кирк помог мне перетащить матрас в их спальню и разложить его между кроватями. Он положил маузер рядом со мной, рукояткой на мою подушку.

— Миссис Маузер будет спать с тобой, — сказал он.

Я натянула одеяло на себя и на пистолет. Кирк свесил руку с кровати, чтобы касаться оружия даже ночью.

Рано утром, в сероватых сумерках, я открыла глаза и увидела Кирка с пистолетом в руках.

— Я положу его на место, — прошептал он.

— Не забудь взять стул.

* * *

Следующим утром матушка Марджи привезла деда домой в своем «додже».

— Возила его в больницу в Эчуке, — сказала она, когда я вышла их встретить.

— Ты в порядке, дед? — спросила я. У него на лбу виднелся ряд черных стежков.

— Гребаные деньги, — проворчал он.

— Забудь об этом, Роберт, — сказала ему Марджи. — Это была просто пьяная болтовня.

— Дерьмо! Это все Ян начал.

— Остынь. Пусть все успокоится.

— Черт с ним, со спокойствием, — процедил дед.

Матушка Марджи покачала головой и вернулась к «доджу». Она уехала, а дед зашел в дом и скрутил папиросу с «Белым волом».

— Все дело всегда в гребаных деньгах, — проговорил он, поднося спичку к папиросе. Веки у него опухли, и он был бледен. Под рядом из черных стежков запеклась кровь. — Вот так, Джастин. Больше ты к ним не пойдешь. И твои братья тоже. За тем придурком должок. — Он затянулся дымом.

Дед разговаривал со мной так же, как и отец. Вроде бы они обращались ко мне, но говорили при этом сами с собой. Я была не больше чем повод.

* * *

Эта катастрофа произошла два года назад. С тех пор Уорлли и Ли стали врагами, словно на войне, на которой дед был в сороковых годах. «Я и Сэнди против чертовых обезьян. Они были сделаны не из того же теста, бог знает, что у них текло в венах, но точно не кровь». Теперь мне приходилось ходить по Хенли-трейл в одиночку.

5

С одной стороны дороги, ведущей к остановке, шел лес. За ним, за разбухшими от влаги эвкалиптами, сквозь Удавку бежала река. Там же было и мое убежище.

— О, верные Богу,[4] — пела я. Услышав крик какаду, я подняла пистолет. Бах! И птица упала на землю. — Радостно ликуйте!.. — Бах! Бах! Бах! — и вниз попадали дерево, облако и солнце.

Я дошла до камня, который дед положил на дороге, чтобы я знала, где остановиться, и пнула его. Глядя на дорогу, я все засовывала язык в дырку в зубах и высовывала его. В автобусе, скорее всего, уже будут сидеть Уорлли. До катастрофы мы сидели все вместе. Теперь в автобусе Уорлли не обращали на меня внимания, будто я была невидимкой.

На дороге показался автобус, и я подошла ближе к обочине. Он остановился и забуксовал, грязь хлюпала под колесами и разлеталась по сторонам. Когда я шагнула в проход между сиденьями, Уорлли отвели взгляд. Они не знали, дома папа или нет, поэтому безопаснее всего было со мной не связываться. Но они знали о том, что у деда есть маузер, — видели, как он его чистит, и слышали, как дед рассказывал о братьях-пистолетах: и какая у них дальность стрельбы и что для попадания хватило бы одной пули.