Одно неизменно / воля к самим измененьямОн проснулся в своей постели одетым. Помнилптиц, помнил одно –как, войдя в дом, шел по комнатамвозвращая птиц в клетку, первой – зеленую,у которой с лапой было что-то не так, синюю – после,которая, надеялись, будет самцомВ остальном? Ну, Фернан… что-то гнусавил об Ангкор-Ват & Альберсе.Он ушел с вечеринки, не проронив на прощанье ни слова. Не знаю, когда с места он поднялся, накинул пальто.Когда его я увидел, он стоял на пороге, но это не важно;потому что он пробирался уже вдоль стены ночи,исчезая в расщелине каких-то развалин. Должно быть,именно он произнес: «Зимородки!Кого волнуеттеперьих оперенье!»Последнее, что он сказал, было: «Пруд заилило слизью». Вдруг,оборвав разговоры, все уселись вокруг, наблюдая за тем,что как бы от них ускользало, не долетало до уха; они удивлялись,переглядываясь с усмешкой, внимая тому, что он повторял,и опять повторял, не в состоянии прорваться сквозь свою мысль:«Пруд полон перьями зимородков какое же это было богатство почемуэкспорт опять прекращен?»Вот тогда-то он и ушел
2
Я думал о Е на камне, о том, что Мао сказалla lumi`ere”но зимородокde l’ aurore”но зимородок на запад летелest devant nous! [62] ”цвет груди впиталжар закатного солнца!Его свойства: хрупкость лапы(синдактилия четвертого и третьего пальцев),клюв зазубрен, порой отчетливо выражен,широкие, округлые крыльярадужны в переливах, хвостне привлекает внимания.Все же дело не в этом. Не в птицах.Легенды сутьлишь только легенды. Безжизненный,прозябающий в клетке,зимородок не отведет ныне молнию,он отнюдь не примета животворного ветра.И, гнездясь, не уймет на семь днейнаступление вод в приход нового года.Действительно, ему надлежит вить гнездов новогодних истоках, но отнюдь не на водах.Гнездится – в конце тоннеля, прорытого в берегесобственным телом. Где в рыбьих костях, а не в глине холодной,шесть или восемь сияют яиц – в костях пережеванных,которые птицы роняют из клювов.В этих отбросах(по мере своего накопления они образуютчашеподобные формы) птенцы пробиваются к свету.И по мере их роста, кормления, это гнездоиз истлевающей рыбы и экскрементов становитсязловонной, илистой массой.Мао делает вывод:nous devonsnous leveret agir [63] !
62
свет / зари / перед нами (франц.) – строки относятся к речи Мао Цзэдуна на съезде китайской коммунистической партии в 1948 году, за год до образования КНР. Здесь и далее в данном тексте – примечания А. Т. Драгомощенко.
63
мы должны подняться / и действовать (франц.).
3
Когда смещается фокус внимания / вторгаютсяджунглидаже если расколоты камни –они разрываютЛибовторгаетсяэтот другой – завоеватель,и в нем мы легко себя узнаемОднако Евырубленное на довременном камнезвучало не такслышалось по-иному,подобно тому, как в другую пору распоряжались сокровищами(и позже, много позднее, острый слух выдумал алый покров)«в зелени перьев лапы клювы глазачистого золота«подобно животнымсходным с улитками,«огромное колесо, золотое,в фигурках неведомых четвероногихукрашенное пучками листвывесом в 3800 унций.«И вот, две птицы, из оперенья и пряжи, стволыперьев из золота, лапыиз золота, две птицы опускаются на тростникзолотой, – тростник растет из двух курганов –один расшит желтымбелым – другой.«И с каждого тростникасемь оперенных свисают кистей.Жрецы в этот миг(в холщовых и черных от грязи хитонах,от крови заскорузлые волосыдико разметаны по плечам)ринулись в толпы,призывая людей к защите их же боговА сейчас здесь повсюду война,где прежде цвел мир,царило нежное братствов возделывании плодородных полей
4
Не одна смерть, но многоне собирать, но изменять, чему доказательствомобратная связь – этозакон.Никто не войдет дважды в ту же самую реку.Когда умирает огонь, умирает и воздухНикому не остаться, вокруг никогоВ поле зрения. Только общая матрица, мы поднимаемсямножеством. Как же быть по-иномуесли мы остаемся теми женаходя сейчас наслаждение там,где его не нашли до сих пор? Любяпротивоположные вещи? восторгаясь и/или отыскивая изъяны?Используя другие слова, живя другими страстямибез очертаний, облика, места, плотитакие же?Не претерпевая изменений в других состояниях –отнюдь не возможностьНо будем точны. Факторы заключаютсяв животном и/или в машинном, факторы – это коммуникацияи/или контроль, оба включают в себя сообщение.Но что означает само сообщение? Сообщение естьдискретность или же непрерывность рядовраспределения событий во времени, обладающих меройесть рождение воздуха, естьрождение воды, естьсостояние между началоми концом, междурождением и смрадным истокомдругого гнездаесть изменение, оно предъявляетне более, чем себя.А слишком цепкое понимание,когда оно вжато в другое, слитно,упускает все этоТы и есть эта вещь.
II
Умерших они погребали сидящими,камыш змея лезвие солнечный лучИ, причитая, детскую голову она окропила водой«Чиоа-коатль! Чиоа-коатль!»с лицом, обращенным на ЗападТам, где были найдены кости и в каждой грудесреди всего, что было достоянием каждого,всегда находили монгольскую вошь.Свет – с востока. Да. И мыдолжны подняться и действовать.Однако на западе, вопреки явным сумеркам(всепокрывающая белизна), если взглянешь,если вынести сможешь, если сможешьдостаточнодолго, сколько нужно ему, моему вожатому глядеть в желтизну неисчерпаемой розытак и тебе надлежит открыто смотреть сквозь белизну в это лицо,и, беря во внимание сухость данного места,долгое отсутствие истинной расы(из двух, что пришли первыми, каждый конквистадор,один исцеленный, другойповергал восточных кумиров, ровнялс землей храмы, которые (оправдания)почернели от засохшей сукровицы)слушайслушай, где говор запекшейся кровидревнего зова оброкla piu saporita et migloireche si possa truovar al mondo [64]где таится онасмотри в глаза, как пробегает онаплотью / меломно в тени лепестковв пустотена свет смотри, созерцайцветокоткуда возроскаким насилием участие купитькакого жеста стоит справедливостьчто вкривь и вкось в семейном правечто затаилаэта тишинапейорократии препоной добродетель?!как сон и дружество и трепет могут гнитьчто там плодится если грязь закономчто пресмыкаетсявнизу поклоном
64
Вкуснейшее и лучшее из того, что можно найти на земле (итал.) – цитата из Марко Поло.
III
Не грек я, нема у нас преимуществ.И никакой не римлянин:тот мог не рисковать ничем значительным,а красотой тем паче.Но я веду родство, хотя бы потому(как говорил мне брат по крови), что обязал себя –беря в расчет свободу, – а поступи иначе,стал бы хамом. И это истина.Все так и происходит, пусть потери.Я предлагаю в пояснение цитату:si j’ai du go^ut, ce n’est gu`eresque pour la terre et les pierres [65]И вопреки несходству (дерзость океан эпоха)Все та же истина: и если вкус мне данто по причине только любопытствак растерзанным на солнцеТебе же возвращаю твой вопрос:найдешь ли мед / где черви обитают?охочусь я среди камней1949 Аркадий Драгомощенко
65
Начало стихотворения А. Рембо «Голод» из книги «Лето в Аду». Дословно: «если и есть у меня вкус / так это к земле и камням». В переводе Н. Яковлевой (Рембо А. Стихи. М.: Наука, 1982. С. 171): «уж если что я приемлю / Так это камни и землю».
Проективный стих
(проецирующий (перкуссивный (разомкнутый в будущее
в противовес
НЕпроективному
(или тому, который французский критик называет «закрытым», тому, что порожден печатным станком, растиражирован в английском и американском языке сверх всякой меры и продолжает тиражироваться, несмотря на работу Паунда и Уильяма К. Уильямса:
который еще в XIX столетии вынудил Китса смотреть на него (и у Мильтона, и у Вордсворта) сквозь призму «эгоистически возвышенного»; тому самому, что и поныне, как говорится, излиянья-одинокой-души-всему-свету-разнести-поспеши)
Сегодня, в 1950-м, поэзия, если она хочет двигаться дальше, если она хочет быть насущно необходимой, должна, я считаю, подхватить и вобрать в себя определенные закономерности и возможности дыхания – дыхания того, кто пишет, равно как и того, во что он вслушивается. (Революция слуха в 1910 году, хореический порыв, требует этого от молодых поэтов.)
Я намерен решить две задачи: во-первых, попытаться показать, что такое проективный, или ОТКРЫТЫЙ, стих, из чего он, по ходу сочинения, слагается и каким образом, в отличие от закрытого, обретает завершенность; во-вторых, высказать ряд соображений о том, какая установка по отношению к реальности порождает такого рода поэзию и как эта установка воздействует и на поэта, и на его читателя. (Она, например, вызывает изменения, выходящие за пределы технико-формальных, и изменения значительные, способные, судя по всему, привести к новой поэтике и новым идеям, из которых может возникнуть, скажем, новый вид драмы или, возможно, эпоса.)
I
Для начала – некоторые простые положения, которые усваивает тот, кто работает ПО ВСЕМУ ПОЛЮ, иначе говоря, МЕТОДОМ ПРОСТРАНСТВЕННОЙ КОМПОЗИЦИИ, в противовес унаследованной строке, строфе, жестко заданной форме, тому, что является «старинной» основой закрытого стиха.
(1) кинетика вещи. Стихотворение – это энергия, передаваемая оттуда, где поэт ее получил (и на то есть немало причин), путем самого же стихотворения, на всем его протяжении, читателю. Хорошо. Тогда само стихотворение, в любой своей точке, должно быть зарядом высокой энергии и, в любой точке, ее разрядом. Но каким образом поэт претворяет эту энергию, каков тот процесс, посредством которого он распределяет ее по всем точкам – по крайней мере, эквивалент той энергии, что послужила ему первоначальным толчком, и вместе с тем энергии, присущей одному лишь стиху и, безусловно, отличающейся от той, которую, поскольку он здесь третий элемент, воспримет читатель?
Такова проблема, с которой в первую очередь сталкивается любой поэт, отступающий от закрытой формы. И она влечет за собой целый ряд следствий. С того момента, как поэт отваживается выйти в открытую – задействует МЕТОД ПРОСТРАНСТВЕННОЙ КОМПОЗИЦИИ, – ему не остается иных путей, кроме тех, что диктует само же стихотворение. Соответственно, он должен держать ухо востро и, шаг за шагом, распознавать наличие сил, к исследованию которых мы только-только приступаем. (Этот посыл гораздо важнее, чем, например, тот, с которого так мудро призывал начинать Паунд: «музыкальная фраза», следуйте ей, а не метроному.)
(2) принцип, закон, очевидно довлеющий такому сочинению и, когда его соблюдают, выступающий основанием для создания проективного стихотворения. Звучит он так: ФОРМА ЕСТЬ НЕ БОЛЕЕ ЧЕМ ПРОДОЛЖЕНИЕ СОДЕРЖАНИЯ. (Такова формулировка Роберта Крили, и она меня вполне устраивает, с тем возможным дополнением, что правильная форма, в любом стихотворении, есть единственно возможное продолжение имеющегося под рукой содержания.) Вот он, братцы, принцип; только и ждет, чтобы его ПРИМЕНИТЬ.