Чтение онлайн

ЖАНРЫ

От конспирации к секретности
Шрифт:

Следующее заседание ПБ назначить на 7 января (в 12 часов дня)» [71] . Постановления принятые на закрытых и внеочередных заседаниях Политбюро чаще всего фиксировались в виде приложений к протоколам очередных заседаний в рубрике «решения Политбюро» без указания списков присутствующих на заседаниях» [72] . В 1929 году, к примеру, было проведено три закрытых заседания, на которых рассматривались вопросы обороноспособности страны.

71

РГАСПИ. Ф. 17. Оп. 162. Д. 9. Л. 112.

72

См. О. В. Хлевнюк, А. В. Квашонкин, Л. П. Кошелева, Л. А. Роговая. Сталинское Политбюро в 30-е годы. Сборник документов Л. 176.

В процессе усиления личного влияния И. В. Сталина, когда все больше вопросов решалось непосредственно им, членами Политбюро — его сподвижниками и сторонниками, а также в связи с обострением международной обстановки, особо важные секретные вопросы рассматривались узким кругом доверенных Генеральному секретарю партии, лиц. Для решения таких вопросов постановлением Политбюро от 14 апреля 1937 года были созданы специальные комиссии при Политбюро ЦКВКП(б): «Слушали: 53. О подготовке вопросов для ПБ ЦКВКП(б). Постановили: В целях подготовки для ПБ, а в случае особой срочности — и для разрешения вопросов секретного характера, в том числе и вопросов внешней политики, создать при ПБ ЦК ВКП(б) постоянную комиссию в составе тт. Сталина, Молотова, Ворошилова, Кагановича Л., Ежова.

В целях усиленной подготовки для ПБ срочных текущих вопросов хозяйственного характера создать при ПБ ЦК ВКП(б) постоянную комиссию в составе тт. Молотова, Сталина, Чубаря, Микояна и Кагановича Л.» [73] . Эти комиссии просуществовали и до Великой Отечественной войны.

Информационному обеспечению работы центральных органов партии, ЦК придавал особо важное значение. В структуре Центрального комитета с самого начала существовало подразделение обеспечивавшее сбор, систематизацию и направление информационного материала заинтересованным инстанциям ЦК и на места. Данная информация, в форме информационных и статистических отчетов, носила как открытый, в определенных рамках для членов партии, так и закрытый характер. Секретная (закрытая) информация предназначалась для строго определенного круга пользователей. Образовались и определенные специфические виды и целые комплексы секретных документов. Наиболее известные из них, так называемые «закрытые» или «политические» письма и «Особые папки». Система информационного обеспечения через закрытые письма сложилась в начале 1920-х годов. Первое упоминание о них в протоколах Оргбюро секретариата ЦК встречается в 1922 году. Так, в разъяснении циркуляра ЦК РКП(б) № 31, направленным всем обкомам, национальным ЦК и облбюро ЦК РКП(б), подтверждается, что наряду с открытыми информационными и статистическими отчетами: «…один экземпляр политического письма секретарей организаций высылается в областной комитет или областное бюро ЦК или в свой национальный ЦК, а другой в ЦК РКП(б). ЦК РКП(б) предлагает всем областным бюро ЦК, обкомам и национальным ЦК, наблюдать за точным выполнением указанного циркуляра местным организациям… В политписьмах секретарей обкомов, национальных ЦК и облбюро должны даваться согласно предложенного плана, общие обзоры о положении всей области с краткой оценкой и характеристикой состояния и работы парторганизаций, входящих в данное объединение» [74] .

73

РГАСПИ. Ф. 17. Оп. 3. Д. 986. Л. 16–17.

74

РГАСПИ. Ф. 17. Оп. 112. Д. 356. Л. 73.

По материалам закрытых писем секретарей, Орготделом ЦК ежемесячно составлялись письменные сводки для Секретариата ЦК. Следует отметить и состав сведений, который должен был освещаться в закрытых письмах. Так, например, в политическом докладе Харьковского губкома в ЦК, за май — август 1922, были освещены вопросы экономического и политического состояния губернии; состояние партийной организации; рост партийной организации и ее состав; работа на производстве; работа среди беспартийных, женщин, молодежи, профсоюзах; работа в милиции, военных ячейках; работа в селе, шефство над селом; агитработа [75] . Для чего это делалось? Так, на заседании Секретариата, 27 сентября 1922 года, на котором рассматривался вопрос о закрытых письмах, постановили: «Поручить Орготделу в конце каждого месяца составлять письменные сводки о состоянии и работе партийных организаций о политическом настроении населения и о важнейших явлениях экономической жизни, пользуясь материалами закрытых писем секретарей, полученных за данный месяц. 2. В случае необходимости немедленного принятия мер по тому или иному закрытому письму, предложить Орготделу вносить практические предложения на Секретариат» [76] . В ноябре 1923 года Бюро Секретариата составило сводку для Секретариата ЦК по закрытым письмам за июль — сентябрь и первую половину ноября 1923 года. В сводке отмечались такие направления деятельности, как практические и общие вопросы, выдвигаемые секретарями; предложения об улучшении в той или иной области; положительные мероприятия; отрицательные явления внутрипартийного характера; наиболее яркие факты из жизни РКСМ; деятельность антисоветских партий [77] .

75

См. РГАСПИ. Ф. 17. Оп. 84 Д. 362. Л. 9.

76

Там же. Ф. 17. Оп. 112. Д. 374. Л. З.

77

См. Там же. Ф. 17. Оп. 84 Д. 492. Л. 139–142.

Как видно, информация, заключенная в «закрытых» письмах, служила не только источником, содержащим информацию для сведения, но и давала возможность высшим органам партии принимать практические действия для решения тех или иных вопросов. Но, все же, информация, получаемая Орготделом от секретарей парторганизаций, не всегда удовлетворяла Центральный комитет. Поэтому ЦК направлял на места секретные указания по поводу составления закрытых писем. Так в конце 1922 года всем секретарям облбюро ЦК, национальных ЦК, обкомов и губкомов, заведующим Орготделом ЦК было направлено секретное письмо с разъяснениями, в каком виде и какую информацию предоставлять в ЦК. В письме указывалось: «В циркуляре об отчетности ЦК были даны общие указания о характере содержания закрытых писем секретарей партийных комитетов. Не смотря на это, полученные письма в большинстве страдают отсутствием плана и конкретизации сообщений, бледны по своему внутреннему содержанию и, почти не освещают жизнь партии ее работу среди рабочих и крестьянских масс. Поэтому ЦК, в дополнение к уже изданным циркулярам о закрытых письмах, считает необходимым сделать следующие указания: Оставляя прежний план изложения закрытых писем (цирк. № 31), необходимо главное внимание в них сосредоточить на состоянии и работе парторганизаций: выявление отрицательных и положительных процессов в них и на работу партии среди беспартийных масс. Эти сообщения необходимо подкреплять больше цифрами, фактами и иллюстрациями. 2. При освещении политического и хозяйственного положения данной области или губернии необходимо избегать повторений в сообщениях, а также отказаться от загромождения писем административно-хозяйственными вопросами, которые могут быть и должны решаться в советском порядке. 3. Необходимо больше внимания уделять процессам социального и политического характера, происходящим в деревне, как то: рост политической активности кулачества, факты классовой борьбы в деревне и т. п. Наравне с этим необходимо освещать в письмах формы и содержания движения среди интеллигенции и духовенства. 4.При составлении закрытых писем необходимо руководствоваться уже ранее сделанными указаниями о размерах последних, составлять их по возможности короче, но и конкретнее. Вместо общих рассуждений и общих фраз при оценке тех или иных событий, в роде, — «настроение удовлетворительное» или «не удовлетворительное», «промышленность развивается», «духовенство благополучно раскалывается», «профессура под видом науки проводит буржуазную идеологию» и т. п., необходимо так сгруппировать наличный конкретный материал и снабдить его иллюстрациями, наиболее яркими и характерными фактами и цифрами, чтобы оценка сама вытекала из приводимых данных [78] . Как видно, ЦК подробнейшим образом инструктировал партийные комитеты как готовить закрытые письма.

78

РГАСПИ. Ф. 17. Оп. 112. Д. 395. Л. 57.

В 1923 году в аппарате ЦК был установлен порядок работы с «закрытыми» письмами секретарей обкомов. Разработка данных писем поручалась Орготделу и Бюро Секретариата: «1) Разработка вопросов по партийной линии сосредотачивается в Орготделе. 2) Разработка вопросов по хозяйственной и советской линии сосредотачивается в Бюро Секретариата. 3) Бюро Секретариата и Орготдел взаимно осведомляют друг друга путем обмена копиями переписки по закрытым письмам. 4) Закрытые письма прорабатываются в недельный срок» [79] .

79

Там же. Ф. 17. Оп. 112. Д. 480. Л. 15.

Но установленный таким образом порядок не отменял рассылку материалов по «закрытым» письмам и протоколам губкомов и обкомов и самих «закрытых» писем, осуществляемую Инфрормотделом в отделы ЦК. Надо отметить, что секретная информация, исходящая из информационного отдела, должна была быть за подписью или с визой одного из Секретарей ЦК.

Количество и категории должностных лиц, имеющих право знакомиться с содержанием «закрытых» писем, было строго ограничено. Так, 8 марта 1923 года на заседании Политбюро был утвержден список должностных лиц, получающих и имеющих право знакомиться с содержанием «закрытых» писем: «Приложение: к п.17 пр. ПБ № 54 от 8. 3. 23 г.

Вместе с тем указывалось, что секретарь губкома имеет право знакомить с содержанием письма секретарей укомов, приезжающих в губком и что секретарь губкома или член Бюро губкома может, в необходимых случаях, делать на собраниях партактива инструктирующий доклад, используя материал и выводы письма. В мае 1923 года на заседании Оргбюро, видимо по просьбе политуправлений, было принято решение осуществлять посылку закрытых писем политуправлениям фронтов, округов, армий и флотов. Данный вопрос был вынесен на утверждение Политбюро. Состав получателей «закрытых писем» постоянно менялся в зависимости от политической обстановки и принципа целесообразности. Как видно, право получать и знакомиться с данной информацией, имел лишь высший партийно-государственный аппарат [80] . Пересылка секретной информации осуществлялась только через секретное делопроизводство.

80

РГАСПИ. Ф. 17. Оп. З..Д. 340. Л. 7–8.

Получают закрытые письма и знакомятся с его содержанием следующие товарищи:

Весь, поступавший в ЦК, информационный материал концентрировался в Информационном отделе ЦК. Необходимо было обобщить собираемую информацию, разработать и предоставить материал высшему руководству для принятия соответствующего решения. Особенно это важно было в период усиления внутрипартийной борьбы, связанной с трудностями экономического развития, восстановлением хозяйства после Гражданской войны, неурожаями, безработицей, усилением классовой борьбы в деревне. В свою очередь, Информотдел готовил и рассылал закрытые письма ЦК секретарям парткомов на места и выносил в ЦК вопросы по вопросы по улучшению и совершенствованию информационной работы Необходимо было обобщать собираемую информацию, разрабатывать и предоставлять материал высшему партийному руководству для принятия соответствующих решений. Информотдел ЦК поднимал вопросы, касающиеся информационного обеспечения перед высшими партийными инстанциями. В июле 1924 года отдел подготовил доклад для Оргбюро, где затронул весь комплекс вопросов, связанных с сосредоточением, собиранием и разработкой информации, в том числе и по закрытым письмам.

7 июля 1924 года Оргбюро подготовило проект, а затем утвердило Постановление по докладу Информотдела ЦК. В постановлении обращалось внимание Информотдела на собирании информации о внутрипартийной жизни, о процессах, происходящих в рабочем классе и в деревне, связанных с уровнем зарплаты, безработицей, неурожаями, торговлей и кооперацией. Предлагалось освещать работу Пленумов, Политбюро, Секретариата, в «Правде» и через «Роста», рассылать губкомам, обкомам и укомам ежемесячные обзоры о внутрипартийной жизни и работе ЦК в виде писем. Оргбюро поручало Информотделу, совместно с Орграспредотделом, Агитпропом, Женотделом и отделом Печати, разработать вопрос о концентрации всей информации в Информотделе, приступить к переработке существующей схемы отчетности местных комитетов с тем, чтобы отчетность отражала наиболее важные моменты в текущей жизни партии.

По поводу закрытых писем отмечалось, что: «В целях более полного осведомления губкомов и обкомов о политическом положении и более полного освещения деятельности ЦК признать необходимым наряду с рассылкой протоколов Пленумов и Политбюро рассылку закрытых писем секретарям раз в 3 месяца, при чем материал для них должен подготовляться Информотделом.

6. Отмечая это большое значение, которое имеет регулярная рассылка губкомами и обкомами закрытых писем для оглашения и обсуждения на собраниях ячеек предложить Информотделу разработать имеющийся опыт и подготовить предложение, сводящееся к тому, чтобы в ближайшее время добиться рассылки таких писем всем ГК и ОК для своих ячеек….Регулярно обращать внимание ГК и ОК на вопросы, которые требуют особого внимания со стороны секретарей ГК и ОК при составлении закрытых писем и отчетов» [81] . Как видно, в данном постановлении намечались основные направления по собиранию, концентрации, разработке и направлении информации как в ЦК, так и на места. Намечалось более шире знакомить членов партии с материалами закрытых писем, вынося их обсуждение на собрания ячеек, т. е. широких партийных масс, смягчая тем самым режим секретности. Особо важно было то, что в своих письмах руководители парторганизаций обязаны были отмечать и негативные моменты. Так, в присланном в Бюро Секретариата ЦК закрытом письме Псковского губкома за май — июнь 1924 года, при анализе состояния парторганизации, политического настроения населения, интеллигенции и крестьянства, в частности, отмечалось, что наряду с ростом организации за счет рабочих от станка, имело место недовольство крестьянами советской властью. Крестьяне были недовольны большим процентом ссуды, медленным темпом землеустроительных работ, взяточничеством лесничих. В письме секретарь также отмечал, что большим вопросом является принятие решения о расформировании ЧОН. Секретарь отмечал в своем письме, что, несмотря на то, что губерния пограничная, сил у советской власти мало, а бандитизм высок [82] .

81

См. РГАСПИ. Ф. 17. Оп. 112. Д. 578. Л. 7–8.

82

См. там же. Ф. 17. Оп. 84. Д. 733. Л. 39–44.

Поделиться с друзьями: