Чтение онлайн

Увеличение количества партийных документов, находящихся на архивном хранении, привело к созданию Центрального партийного архива Института Маркса-Энгельса-Ленина при ЦК ВКП(б), с ограниченным доступом в архив и допуском к использованию архивных документов. Для хранения документов Центрального партийного архива в Москве, на Советской площади было построено специальное здание с хранилищами, которое в 1935 году начало функционировать. 14 октября 1935 года было утверждено постановление Оргбюро «О хранении архива Маркса-Энгельса-Ленина и о порядке пользования документами» [114] . В основном, документы архива, включая подлинники Маркса, Энгельса, Ленина, а также их страховые копии, находились на особом хранении. Допуск в помещение архива имели только утвержденные по особому списку сотрудники архива, директор института и его заместители по пропускам. Доступ непосредственно в хранилища подлинных документов Маркса-Энгельса-Ленина имели только директор института, заведующий архивом и их заместители, обязательно в присутствии начальника охраны. В постановлении ЦК, касающегося организации архива, отдельными главами регламентировались прием сотрудников на работу и охрана архива. Охрану архива осуществлял НКВД. Сотрудниками архива могли быть только члены ВКП(б). По особому постановлению Дирекции института предписывалось пересмотреть наличный состав сотрудников архива и представить кандидатуры сотрудников института и допускаемых к пользованию документами архива, на утверждение в ЦК ВКП(б) [115] .

Позже, также отдельным постановлением Секретариата ЦК «О хранении архива Маркса-Энгельса-Ленина и о порядке использования документами», обязывалось в декадный срок представить на утверждение ЦК Положение об охране архива, Список сотрудников архива, Список сотрудников ИМЭЛ, допускаемых к использованию документами архива, а также кандидатуру начальника охраны архива ИМЭЛ [116] .

На местах также были созданы партийные архивы, где хранились документы как исторического плана по истории парторганизации, так и оперативные документы текущего секретного хранения. Секретные документы хранились в оперативно-секретных частях партийных архивов. Режим секретности, хранения и использования регламентировались общими постановлениями ЦК, нормативными документами и местными решениями партийных организаций. В дальнейшем система хранения секретных документов партии вплоть до начала Великой Отечественной войны почти не менялась.

Таким образом, можно констатировать, что система хранения секретных документов партии складывалась и развивалась вместе с системой партийных архивов в целом. Необходимо было определить их место и способы хранения секретных документов. В начале, в основном, в больших отделах ЦК, таких как: Орготдел, Учетно-распределительный, Секретный (Бюро Секретариата) возникали свои архивы оперативных документов, в том числе и секретных. Для документального обслуживания высших органов партии также создавался определенный технический аппарат с архивным хранением документов. Секретные архивы были в Техническом секретариате Политбюро, Оргбюро, Секретариате ЦК и непосредственно в Секретном отделе — Бюро Секретариата. Там откладывались документы секретного делопроизводства, материалы заседаний, протоколы Политбюро, Оргбюро, Секретариата ЦК и др.

В 1924 году архив ЦК расширяется, в нем создается оперативно-секретная часть, осуществлявшая хранение конспиративных документов непосредственно в Кремле. При Секретариате ЦК создавалось два архива: общий Истпарта и секретный Бюро Секретариата. В 1929 году при Институте Ленина создается единый партийный архив и утверждается положение о нем. Архив состоял из двух частей: исторической и оперативной, которые в свою очередь также разделялись на секретную и общую. Партийный архивный фонд в целом делился на несекретные и секретные исторические документы Истпарта и несекретные и секретные оперативные документы действующих органов партии. Все вопросы, касающиеся хранения и использования документов, регламентировались Положением о едином партийном архиве. Параллельно в ЦК имелись секретные архивы Политбюро, Оргбюро, Секретариата, а также текущие архивы отделов. В 1935 году создается Центральный партийный архив Института Маркса-Энгельса-Ленина, в котором сосредотачивались документы исторического плана, бывших архивов Октябрьской революции и Истпарта, подлинники документов Маркса, Энгельса, Ленина, других деятелей революционного движения. В фондах ЦПА (Центральный партийный архив) также имелись документы закрытого, секретного хранения. С 1929 года закрепилось ведомственное закрытое хранение партийных документов, а по постановлению Оргбюро от 2 декабря 1939 года все партийные архивы передавались в ведение местных партийных комитетов и становились частью партийного аппарата. Документы партийных архивов были закрыты для беспартийных, а к секретным документам допускались только члены партии по решению соответствующего партийного комитета. Кремлевские архивы ЦК (Политбюро, Оргбюро, Секретариата) а также архивы Секретного отдела, отделов ЦК всегда оставались закрытыми, допуск к ним был строго ограничен даже для сотрудников ЦК. Данные архивы непосредственно обслуживали высшие органы партии, членов Политбюро и Секретарей ЦК. Нынешний Президентский архив берет свое начало из кремлевских архивов Политбюро, Оргбюро Секретариата ЦК.

Таким образом, можно констатировать, что на рубеже 1918–1919 гг. в партии начала создаваться и затем ко второй половине 1920-х годов сложилась и на протяжении рассматриваемого периода, функционировала система защиты информации в партийных структурах РКП(б) — ВКП(б) со своей структурой, кадрами, документальным обеспечением. Со всеми реорганизациями и изменениями, она просуществовала до Великой Отечественной войны и, по большому счету, до августа 1991 года. Об ее целесообразности, эффективности, направлениям работы и функциональных обязанностях будет описано в следующей главе.

Одной из функций государства является обеспечение защиты секретной информации. Под защитой информации понимается определенный набор методов, средств и мероприятий. Помимо методов, средств и мероприятий должны быть объекты защиты, органы защиты и пользователи защищаемой информацией. Защита информации должна быть системной, а деятельность по защите информации не бесцельной, а носить целенаправленный характер и иметь вид непрерывного процесса. Таким образом, под защитой информации понимается деятельность попредотвращению утраты и утечки секретной информации.

Защита государственных секретов является одной из основных функций государства в целом, практически каждой стране приходится решать вопросы обеспечения секретности и защиты информации. После октября 1917 года, революция положила начало процессу становления новой формы государственности, провозглашенной большевиками, — Советской власти. Разразившаяся Гражданская война сделала вопросы обеспечения секретности и защиты информации необходимостью, тем более речь шла о власти в государстве, находящемся в состоянии войны. Наряду с решением чисто государственных военных и экономических задач, большевикам в период Гражданской войны, а затем и после, приходилось одновременно решать вопросы партийного строительства и защиты партийной информации. Вполне естественно, что эти задачи решались на высшем партийном и государственном уровне. Решения во многих случаях, так и документы по принятым постановлениям, носили конспиративный (термин, долгое время использовавшийся, по старой терминологии нелегальной работы, партийным аппаратом, обозначавший секретность — Г. К.) характер.

Высшее партийное руководство не раз обращало внимание на вопросы соблюдения режима секретности и в партийном аппарате в целом, а также реагировало на случаи несанкционированной утечки партийной и государственной информации за пределы ЦК. Вопросы разглашения секретных сведений были предметом обсуждений на заседаниях высших органов партии. Так, на заседании Политбюро 8 ноября 1919 года, на котором присутствовали В. И. Ленин, И. В. Сталин, Л. Д. Троцкий, Л. Б. Каменев, H. Н. Крестинский, рассматривалось заявление И. В. Сталина о том, что некоторые сведения о заседаниях ЦК, «хотя и в очень извращенном виде, доходили каким-то путем до врагов». Такая постановка вопроса на тот момент была актуальной. Вспомним, к примеру, что в это время по заданию Добровольческой армии И. В. Алексеева — А. И. Деникина в Москве действовал секретный агент А. А. Борман. Так он, пользуясь старыми связями среди «спецов», устроился на работу в центральный аппарат Наркомторгпрома. По долгу службы ему приходилось принимать участие даже в проводимых В. И. Лениным заседаниях Совнаркома в Кремле [117] . Естественно информация, полученная им, переправлялась противникам большевиков. Существовали также многочисленные антисоветские организации, в частности, организованная В. В. Шульгиным «Азбука», имевшая в 1918–1919 гг. в своем составе 26 Политических Центров, а главное — имела своих осведомителей. Так Киевский «…центр, придерживаясь строгой конспирации, занимался разведывательной деятельностью. Его агенты занимали ответственные посты в различных советских административных и военных учреждениях, имели доступ к строго секретным документам и умело саботировали политику Советской власти» [118] .

Противодействуя утечке информации, ЦК принимало, в основном, меры организационного характера. Так, к примеру, 8 ноября 1919 Политбюро постановило: «а) Поручить т. Крестинскому и Стасовой обследовать порядок размножения, хранения в Секретариате ЦК и рассылки членами ЦК протоколов заседаний, особенно Политбюро, и ввести такой порядок, чтобы с протоколами было знакомо минимальное количество товарищей. Поручить тов. Крестинскому сделать в следующем заседании Политбюро доклад о принятых мерах, б) Предложить всем членам ЦК осторожно хранить получаемые ими протоколы, в) Излагать протоколы Политбюро возможно осторожнее и короче, г) Решения по наиболее серьезным вопросам не заносить в официальный протокол, а товарищу Крестинскому отмечать их себе для памяти и личного исполнения» [119] . Как видно, в данном случае были приняты меры превентивного характера по ограничению числа пользователей и сокращению сведений, содержащих в протоколах в письменном виде, т. е. меры по защите партийно-государственной тайны.

Первыми организационными шагами в создании системы защиты информации происходило на государственном уровне. Так, первыми мероприятиями государственного масштаба можно назвать организацию контрразведывательной работы и введение системы паспортного контроля для упорядочения процесса въезда и выезда на территорию Советской республики. В ноябре 1917 года были утверждены «Правила въезда и выезда из России», 24 апреля 1919 года был издан декрет СНК «О порядке выдачи заграничных паспортов», в 1920 году, согласно постановлению СТО от 18 августа 1920 года, НКВД было предоставлено исключительное право определять порядок въезда и выезда в отдельные местности. С 1921 года принимаются попытки упорядочить порядок обработки и хранения документов, содержащих государственную тайну, в основном, военного характера. В связи с этим, Управление военноучебных заведений Западного фронта издало учебное пособие «Военная тайна». Руководствуясь этим пособием, большевики, таким образом, пытались решить проблему защиты военной тайны в действующей Красной армии. 5 мая 1921 года Постановлением Малого Совнаркома создается Спецотдел при ВЧК, который возглавил видный большевик с большим опытом подпольной конспиративной работы, Г. И. Бокия. Именно данный орган, по мнению его организаторов, должен был стать структурой, координирующей все мероприятия по защите государственной тайны в республике. Одним из направлений деятельности данного отдела, было наблюдение за всеми государственными, партийными и общественными организациями по сохранению государственной тайны, а также разработка руководящих и нормативных документов, регламентирующих различные стороны организации защиты государственной тайны в целом по стране. Но, несмотря на принимаемые меры, в начальный период функционирования советского государственного и партийного аппарата, система защиты информации была слабой, как в методическом, так и методологическом отношении. В первую очередь было важно определиться как с методами и принципами организации работы по защите информации, так и провести работу в организационнотехническом плане.

Какие же сведения являлись секретными в советском государстве в начале 1920-х годов, каков критерий оценки секретности? Основным критерием при определении степени секретности считалось содержание в информации государственной тайны, а также сведения политического характера. Секретная переписка по степени важности содержания и ограничительного грифа делилась на: «совершенно секретную», «секретную» и «не подлежащую оглашению». К «совершенно секретным» документам, к примеру, Наркомата почт и телеграфов по государственной линии, относились документы, переписка, содержащие сведения, составляющие государственную, а также военную, политическую и ведомственную тайну. Это такие сведения как: шифры, коды, руководства, наставления к пользованию или вся переписка по вопросу замены, ведения или уничтожения шифров и кодов, ведомственные распоряжения и переписка по вопросам мобилизации: планы выделенных сил и средств связи, порядок их передачи, количественные и графические сведения по этим вопросам и вся переписка, связанная с вопросами подготовки к мобилизации. К «совершенно секретным» также относились распоряжения по вопросам политической цензуры и переписка с правительственными органами по вопросу политической борьбы с контрреволюционными партиями. К «секретной» переписке относились документы, которые по своему содержанию имели косвенное отношение к вопросам «совершенно секретного» характера и по своей важности должны быть известны весьма ограниченному кругу лиц. К «секретным» относились такие сведения, как распоряжения следственного и информационного характера (до суда, по преступлениям должностных лиц), уведомления по перевозке крупных ценностей, сведения о порядке их охраны, и те документы, которые по различным причинам могут быть известны только тем лицам, которые участвуют в решении этих вопросов. К сведениям «не подлежащим оглашению», относилась та информация, которая по своему содержанию заключает сведения по проектам и предварительной разработке тех вопросов, которые не могут считаться «секретными», но в процессе своего развития до окончательного их разрешения, могут быть известны в деталях ограниченному кругу лиц, т. е. тем учреждениям и лицам, которые непосредственно принимают участие в разрешении этих вопросов [120] . В делопроизводстве секретные документы велись и хранились отдельно от несекретных. В общих чертах, но, исходя из специфики ведомств, подобные регламентирующие документы были разработаны во всех ведомствах. Аналогичный документ был издан и в Красной Армии. Приказ РВСР № 2011 определял порядок обращения с совершенно секретной корреспонденцией. В общем, все сведения, содержащие государственную, военную и политическую тайну, считались секретными.