Чтение онлайн

Положение 17-й армии существенно осложнилось: в районе Керчи и на северном участке Крымского фронта, на берегу Сиваша и на Татарском (Турецкому) валу, противник занял удобные позиции, с которых в подходящий момент мог перейти в решающее наступление на позиции 17-й армии в Крыму. В такой ситуации командование армии приняло решение ввести противника в заблуждение относительно своей слабости и контрударами местного значения попытаться ликвидировать вражеские вклинения, но при этом для экономии слабых резервов атаковать только на тех участках фронта, где имелись шансы на успех.

Сначала это произошло на Сивашском фронте, где начиная с 27 ноября румынским и немецким силам постепенно удалось оттеснить на север части противника, прорвавшиеся через Сиваш севернее села Воинка. Однако в ходе продолжавшегося несколько недель ожесточенного сражения наступавшим здесь воинским частям немецкой 336-й пехотной дивизии и румынским соединениям (при эффективной поддержке батарей 86-го легкого зенитного дивизиона) [64] так и не удалось окончательно отбросить противника за Сиваш. Противник по-прежнему удерживал плацдарм на Чонгарском полуострове в 20 километрах севернее села Воинка. Кроме того, несмотря на постоянный беспокоящий огонь немецкой артиллерии и непрекращающиеся воздушные налеты пикирующих бомбардировщиков люфтваффе, советские саперы, работая в течение нескольких недель только по ночам, смогли навести через мелкий Сиваш, ширина которого составляла в этом месте около двух километров, дамбу, пригодную для движения автомобильного транспорта. Этим достижением советских саперных войск нельзя было не восхититься [65] . Длинные осенние ночи, частые туманы и трудные условия для ведения наблюдения на этой равнинной местности, к сожалению, не позволяли эффективно мешать возведению этой дамбы.

К началу декабря 1943 года положение 17-й армии прояснилось настолько, что уже можно было задуматься о планировании новых наступательных операций. Командованию 17-й армии предстояло сделать выбор, что же предпринять в первую очередь: разгромить вражеские позиции на Татарском (Турецком) валу у Армянска, чтобы вернуть себе полный контроль над этим валом; отбить у противника Чонгарский полуостров; атаковать протяженный вражеский плацдарм севернее Керчи, оттеснив противника к морю, или же, наконец, ликвидировать Эльтигенский плацдарм.

При проведении любой из этих наступательных операций для достижения полного успеха 17-й армии пришлось бы задействовать значительную часть своих и без того ограниченных резервов – прежде всего двух ослабленных бригад штурмовых орудий. При этом не стоило рассчитывать на переброску значительных свежих сил морским путем, хотя стоит отметить, что отдельные малочисленные группы пополнения перевозились и по морю. Таким образом, командованию армии оставалось рассчитывать только на свои силы и экономить буквально на всем.

Поскольку при проведении наступательных операций против первых трех целей следовало ожидать затяжных боев с неизбежными большими потерями и поскольку, помимо этого, у 17-й армии не было танковых соединений, необходимых для нанесения мощного контрудара, штаб армии решил атаковать Эльтигенский плацдарм противника.

Что же касается намеченного контрнаступления на Эльтигенский плацдарм, то шансы на успех были здесь самыми большими, а положение противника, который не мог расширить свой плацдарм, самым тяжелым. Противник мог снабжать свой плацдарм лишь через Керченский пролив, ширина которого составляла в этом месте около 15 километров, и только по ночам, да и то это было связано с большими трудностями, так как лишь отдельным десантным баржам и торпедным катерам удавалось прорваться к десантникам. Русские пытались обеспечить своих десантников всем необходимым по воздуху, сбрасывая грузы на парашютах с транспортных самолетов, совершавших полеты в дневное время. Однако вскоре им пришлось отказаться от этого, так как значительная часть таких самолетов была сбита плотным огнем немецкой зенитной артиллерии.

14 декабря [66] после тщательной подготовки и при поддержке артиллерии румынские и немецкие войска атаковали Эльтигенский плацдарм и разгромили значительные силы противника, находившиеся там. Осмотр захваченного вражеского плацдарма подтвердил высокие потери противника в живой силе и военной технике. Среди прочего здесь были обнаружены 80 сожженных десантных катеров, много стрелкового оружия и 15 самолетов, сбитых огнем зенитной артиллерии, а также большое количество убитых красноармейцев [67] .

В ночь перед немецким наступлением на Эльтигенский плацдарм произошел примечательный инцидент [69] ’ [70] .

В то время как мощная наступательная группировка 17-й армии занимала исходные позиции перед южным флангом вражеского плацдарма, чтобы ударом с юга на север смять фронт противника, на северном фланге Эльтигенского плацдарма находились лишь слабые румынские посты боевого охранения. Под покровом ночи и, вероятно, воспользовавшись потерей бдительности находившихся здесь румынских постов охранения, вражеская боевая группа, насчитывавшая несколько сот человек (1500 человек. – Ред.), просочилась сквозь эти посты и, никем не замеченная, устремилась по открытой местности на север.

Западнее поселка Камыш-Бурун советские десантники внезапно натолкнулись на взвод легкой зенитной артиллерии; часовые этого зенитного взвода были захвачены врасплох, а спящие боевые расчеты уничтожены в своих окопах, прикрытых плащ-палатками, так и не успев оказать нападавшим никакого сопротивления. Шум короткого боя смолк так же внезапно, как и возник. Часовые, охранявшие тяжелую зенитную батарею, располагавшуюся поблизости, так ничего и не поняли в кромешной темноте и не смогли найти никакого вразумительного объяснения возникшего шума. Словно ночные призраки, советские десантники растворились в темноте.

На рассвете эта вражеская боевая группа, вооруженная лишь легким стрелковым оружием, добралась до горы Митридат, возвышавшейся над Керчью, захватила врасплох находившиеся здесь наблюдательные пункты [71] , разгромила их и заняла круговую оборону на этой горе.

На подходе к южным предместьям Керчи часть десантников из этой боевой группы повернула на запад и натолкнулась на дислоцированную в этом районе легкую батарею 279-го зенитного артиллерийского дивизиона сухопутных войск, которая немедленно открыла огонь. В завязавшейся перестрелке 14 десантников погибли, а 27 человек, в том числе и женский медико-санитарный персонал, были взяты в плен.

В то время как противник неожиданно захватил вершину горы Митридат, находившуюся в тылу немецких войск, оборонявших Керчь, вплотную к восточным предместьям города, где занимали позиции лишь слабые немецкие посты охранения, приблизились передовые отряды противника с вражеского плацдарма, значительно расширившегося с 17 ноября. Возникло критическое положение, которое могло привести к потере Керчи. К тому же значительные немецкие силы были заняты контрнаступлением на Эльтигенский плацдарм. В течение дня удалось вытеснить противника с горы Митридат. Советские десантники «просочились» в руины предместий Керчи, а затем отошли в направлении порта. Когда стемнело, прорвавшиеся к порту десантные катера противника забрали большую часть оставшихся в живых десантников. Остальные попали в плен [72] .

Это была отчаянно смелая операция противника, мужеству которого следует отдать должное. В то же время для немецкого командования эта внезапная вылазка была поучительной, так как она еще раз продемонстрировала, насколько непредсказуемым может быть поведение коварного противника, хорошо ориентирующегося на местности. Кроме того, это свидетельствовало о том, что следовало проявлять большую бдительность, чем это продемонстрировали румынские и немецкие посты боевого охранения, задействованные в районе Эльтигенского плацдарма.