Чтение онлайн

В феврале 1408 г. ливонцы пять дней осаждали пограничную псковскую крепость Велье. Они делают рейды по всей Псковской земле, вторглись также в Новгородскую землю, дошли до крепости Кошкин городок. Войска магистра громили новгородские и псковские территории больше двух недель. В мае нападение на Велье повторилось, пострадал посад, жителей спасли только быстро пришедшие на помощь войска из другого псковского пригорода — Воронина.[109]

В 1409 г. рейды немецких рыцарей по Новгородчине и Псковщине продолжились. Новгород и Псков опять не смогли договориться о совместном отражении противника. После ряда тяжелых боев с переменным успехом 27 июля 1409 г. в Киримпе был подписан мир с Псковом, магистром и дерптским епископом. В том же году заключен договор Новгорода с ливонскими городами, в котором были сняты торговые конфликты 1406–1409 гг., возвращены товары, отпущены задержанные купцы и т. д.[110] В 1410 г., пользуясь ослаблением ордена после поражения при Грюнвальде, Новгород пытался ввести для ганзейцев фиксированные цены, что было с возмущением воспринято немецким купечеством.[111]

В 1416 г. состоялась бескровная «торговая война» Новгорода и Ливонии. Новгород запретил ливонцам розничную торговлю, в ответ те наложили аналогичный запрет для новгородцев во всех ливонских городах, но были одернуты Ганзой, которая потребовала снять запрещение — оно соблюдает интересы Ливонии, но нарушает интересы других ганзейских городов. Ливония не подчинилась Ганзе, возник конфликт. В 1417 г. на съезде в Ростоке и Любеке Ганза поддержала ливонские города, хотя и осудила их за самоуправство, за несогласование своих действий с остальными членами торгового союза. В том же году Новгород пошел на попятную, подписал с Ливонией новое торговое соглашение, вернувшись на позиции «Нибурова мира» 1392 г., и торговля возобновилась.

В 1417 г. Псков предложил Ливонии перезаключить мирный договор, в который входило бы взаимное обязательство — и для Пскова, и для Ливонии — не оказывать военной поддержки Великому княжеству Литовскому. Однако стороны не смогли согласовать условия договора (в основном по вопросу о том, как действовать ордену в случае конфликта Пскова с Дерптским епископом) и в 1418 г. заключили мир без всяких условий.

В 1420 г. Новгород попытался вывести отношения с Ливонией на принципиально новый уровень. Прибывшие в Ригу, а затем в Венден послы провели переговоры с капитулом. Помимо урегулирования традиционных вопросов о границах и торговле, новгородцы хотели добиться от ордена запрета торговли Ливонии со шведским Выборгом и отказа Ливонии от поддержки Швеции в случае шведско-новгородской войны (не пропускать шведские войска через Ливонию). Новгород также требовал свободного пути для русских купцов через ливонские порты. Последнее требование вызвало возмущение капитула — если русские получат право свободного плавания по Балтийскому морю, рухнет весь складывавшийся веками порядок в балтийском мире. В ограничении торговли с Выборгом, союзе против Швеции и «чистом пути» за море орден категорически отказал. Мир был заключен «по старине», на прежних условиях.

В 1421 г. был подписан Наровский договор Новгорода с Ливонией о границах и правилах торговли. Он был основан на традиции, однако содержал одно важное новшество: орден признал существующую Новгородскую границу. Тем самым он официально отказался от претензий на Водскую пятину. В 1423 г. между Новгородом и Ливонией заключен дополнительный договор, решавший спорные вопросы торговли.

1420–1430-е гг. Н. Казакова определяет как период стабилизации в отношениях между Ливонией и русскими землями.[112] Орден в 1424 и 1425 гг. даже дважды отклонял требования Ганзы запретить торговлю с русскими, ссылаясь на мирные договоры, которые он не хочет нарушать. В 1426 г. орден отказал Витовту, который приглашал рыцарей принять участие в походе на Псков. В 1428 г. мир ордена, Дерптского епископства и Пскова был продлен. В 1431 и 1436 гг. специальными соглашениями подтверждался мир Ливонии с Новгородом. Были торговые конфликты, попытки блокады, задержания купцов с обеих сторон, аресты товаров — но всегда побеждали здравый смысл и коммерческие интересы.

Ренессанс крестовых походов: борьба против «неверных русских» в середине XV в.

Отношения Ливонии с русскими землями испортились в начале 1440-х гг. В 1443–1448 гг. состоялась война Ливонии с Новгородом. Конфликт, возникший из-за убийства в 1438 г. в Ямгороде слуги Герхарда фон Клеве (в Новгородской IV летописи он назван «Итолька Ругодивец»), начал нарастать, привел к арестам новгородских купцов, задержкам товаров, запрету со стороны магистра торговать с Новгородом хлебом, и в 1443 г. — к войне.[113] Она началась с набега людей фон Клеве под крепость Ям. Они сожгли посад. В том же году псковичи под Нейгаузом потравили посевы и повесили семь местных крестьян.[114]

В начале 1444 г. новгородцы перешли Нарову и подвергли набегам окрестности Нарвы и близлежащее побережье Чудского озера. Тогда под Ям явился «с пушками» уже сам магистр, осада длилась пять дней, город, обороной которого командовал князь Василий Юрьевич Суздальский, устоял. Рыцари громили Водскую пятину, Ижорскую землю, берега реки Невы. Князь Иван Владимирович вновь хотел повести новгородцев в поход за Нарову, но планы были сорваны из-за падежа коней.[115] В 1445 г. прошли переговоры. В качестве условия мира магистр потребовал отдать ордену крепость Остров, но получил отказ. Новгородцы столь же безуспешно требовали половину Наровы и остров в ее устье.

В 1447 г. магистр заключил союз со шведским королем Кристофором, направленный против Новгорода. Ливонцы должны были ударить на Копорье, а шведы — через Неву на Орешек. Этот союз сопровождался громкими религиозными декларациями, что дает повод усмотреть в нем влияние религиозных процессов в Центрально-Восточной Европе. Недавно, в 1439 г., состоялся Флорентийский собор, на котором произошло объединение католической и православной церквей. Русские земли, в том числе Новгород, этого решения не признали и тем самым окончательно поставили себя вне пределов европейского «христианского мира».[116] Римский папа Николай V издал буллу, разрешающую ордену тратить на борьбу с русскими «неверными» часть денег, собранных от продажи индульгенций.

В конце войны новгородцев возглавил как военачальник литовский князь Александр Чарторыйский. В июле 1447 г. он разбил ливонцев в сражении у устья Наровы. Видимо, оно частично было морским, потому что, по сообщению псковского летописца, «иных их много на мори в бусах (кораблях. — А. Ф.) погибоша, а инии истопоша в море».[117] Орден ответил очередными походами под Ям и в Водскую пятину, но было ясно, что война не удалась. Ее окончания требовали ливонские города, которые грозили сепаратным миром с Новгородом или вступлением в союз с прусскими городами. Примечательно, что одним из итогов войны стала передача Ганзой ливонским городам всех полномочий по торговым переговорам с русской стороной. В 1448 г. был подписан Наровский мир на 25 лет. Тогда же был заключен псковско-дерптский договор, по которому Псков мог претендовать на Желачку — совр. остров Пириссаар около западного берега Чудского озера, на котором была рыбацкая деревня и споры о котором шли с XIV в.

Последние страницы истории прибалтийского «мира-экономики»

Именно конфликт из-за Желачки стал поводом к войне Пскова с Дерптским епископством в 1458–1463 гг. В 1458 г. Александр Чарторыйский, который теперь стал псковским князем, косил сено на Желачке и поставил там церковь Св. Михаила. Ливонцы церковь сожгли, с ней вместе заживо сгорело девять человек. Псковичи ответили походом и погромом пограничных территорий — пострадали ни в чем не повинные селения эстов, которых тоже жгли заживо, мстя за своих («…. и много чуди мужей и жен и детей пожгоша, и месть мстиша за те головы за неповинные»).[118] Ливонцы захватили псковский корабль на Нарове, сожгли прибрежные деревни. Князь Александр Чарторыйский совершил налет на приграничные деревни «…. и много повоеваша на 70 верст в землю немецькую, и три ночи начеваша и три дни, и много живота плениша, и погостов немецких много пожгоша, и божницу велику выжьгоша, и крест с божницы сняша, и 4 колоколы сняша, и попа немецького поимаша, и немець и чюхнов, мужей и жен и девок много плениша, а все то, живот и скот и головы ко Пскову провадиша».[119]

Эта эскалация насилия была приостановлена перемирием на пять лет, заключенным в 1460 г. Пяти лет стороны не выдержали. Зимой 1461/62 гг. русские стали строить на берегу Чудского озера укрепленный городок, позже названный Кобыльим городищем. 21 марта 1463 г. ливонцы осадили Новый городок под Псковом, стали жечь окрестные села. При приближении подмоги из Пскова они отступили к Колпину и были там настигнуты и разбиты. 18 июля русские осадили Нейгауз, причем подвергли его орудийному обстрелу и взяли бы, если бы пушка главного калибра не треснула при стрельбе.[120] На Нарове хозяйничали псковские корабли, высаживали десанты, перевозили войска: полыхало все чудское побережье и берега Наровы. Псковичи совершили несколько походов на кораблях по реке Эмбах, устроили настоящий погром территории Дерптского епископства.

Ливония запросила мира. В 1463 г. было заключено перемирие Пскова с Дерптом на условиях договора 1448 г. на 10 лет. Дертпский епископ обязывался платить дань и не покушаться на права русского конца в Дерпте. Ливонцы уступили Пскову спорную область Пурнау (округа Опочки), за которую противостояние шло уже много лет.[121] Для закрепления своей победы псковичи сразу же недалеко стали возводить крепость на реке Синей, которую назвали Красногородок. Орден ответил вылазками в районе реки Синей, но переломить ситуацию уже не мог.