От Орлеана до Танжера
Шрифт:
К вечеру в день битвы под Шампиньи [58] , у подножия плато де Вилье, ко мне привели рядового с перевязанной левой рукой, отчаянно бранившегося и перемежавшего ругательства арабскими выражениями, что выглядело странно в устах пехотинца.
— Это опять я, майор, — отрекомендовался он при осмотре руки, искалеченной пулевым ранением. — Они бросили меня в пехоту, потому что не хватает стрелков… Но это не мешает бошам [59] вести прицельный фланговый огонь…
58
Сражение за Решоффен, битва под Шампиньи — события франко-прусской войны 1870–1871 гг., участником которой был Луи Буссенар.
59
Боши — во Франции — бранное прозвище немцев.
Вот этого самого араба, с которым дважды сводила меня военная судьба, и звали Мохаммедом.
В своем передвижном госпитале восьмого сектора мне удалось каким-то чудом сохранить ему руку. Он уехал в момент перемирия, одно время находился в Версальской армии, затем вернулся на сборный пункт своего полка в Алжир с нашивкой сержанта.
Находясь в Константине в 1873 году, я случайно узнал от моего друга, капитана Н., что его туземский каптенармус недавно предан военному суду за присвоение себе с присущей арабам бесцеремонностью части казенных денег.
— Этот прохвост Мохаммед не крал, я убежден, — добавил капитан. — Он хороший солдат, но в третий раз влипает в скверную историю, и, ей-богу, я не намерен покрывать недостачу из собственного кармана.
Хотя имя «Моххамед» очень распространено в Алжире, оно пробудило во мне воспоминание об участнике боев при Решоффене и Шампиньи.
«А если это он?» — преследовала неотвязная мысль. Капитан согласился сопровождать меня в тюрьму, и я не слишком был удивлен, узнав старого плута, изрядно обеспокоенного последствиями своих выходок.
Дважды выручив его из тяжелых ситуаций, я взял на себя роль посредника, чтобы спасти араба и в третий раз. Напомнил своему другу об отличной службе и смелости Мохаммеда; говорил о беззаботном отношении людей этой расы к деньгам, находил смягчающие обстоятельства, короче, удалось добиться, чтобы на его служебные прегрешения закрыли глаза.
Мохаммед отделался потерей сержантской нашивки и вернулся в рядовые, торжественно поклявшись бородой Пророка впредь никогда не допускать такого легкомыслия.
И больше мне не доводилось слышать о нем. Но вот встреча за табльдотом [60] в марокканской корчме.
Не без оснований говорят, что все случается в жизни!
— Значит, — толковал я во время нашей прогулки по центральной улице, — ты дезертировал после какой-то очередной проделки… Но ты же поклялся ничего больше не вытворять!
— А я снова потратиль чужой деньги… Мой льютнант ударил меня дубинкой, потому что я не хотель дать ему ворованный деньги… А я залепил ему пощечина… Льютнант хотель меня схватить, отдать под суд… Плевать мне на суд!.. Тогда я украл мула и убежаль. Цок-цок-цок…
60
Табльдот — общий обеденный стол в пансионатах, курортных столовых и ресторанах.
Мой шалопай после такого самоуправства вполне мог быть приговорен к расстрелу, но ему посчастливилось добраться до Туниса, где он перепробовал все занятия, кроме достойных, разумеется.
— Ну, а теперь? — спросил я, выслушав рассказ, из которого, к большому сожалению, мне приходится опускать самые живописные места.
— Я сталь собственник!
— Как?.. — не поверил я своим ушам.
— Да, собственник! Я работаль… добилься успеха… мне выпаль шанс… получиль наследство… Я начальник дуара [61] … с шатрами, быками, коровами… и еще лошади, верблюды, мехари [62] … Я живу лучше, чем генерал, начальник дивизии… пью вино бордо, заказываю коньяк в кафе и начинаю завтрак с абсента…
61
Дуар — табор бедуинов (кочевых и полукочевых арабов Аравийского полуострова и Северной Африки).
62
Мехари — верховые верблюды.
— Несчастный, сколько же честных людей ты отправил на тот свет, чтобы завоевать такое положение?
— Нет, я не такой глупец! Иначе султан посадил бы меня на громоотвод самой высокой мечети!
— Значит, ты занимаешься контрабандой?
— Нет! Говорю же тебе… я собственник.
— Твой дуар далеко отсюда?
— Восемь дней верхом.
— А есть там дичь, в твоих краях?
— Кабаны в мастиковых [63] лесах, антилопы в пустыне, зайцы и куропатки в альфовых [64] полях… У меня есть соколы… Ты всегда любил охоту, приезжай к нам… Устроим тебе прием, как генеральному инспектору.
63
Мастиковое, или мастичное, дерево — вечнозеленый кустарник или деревце из рода фисташковых.
64
Альфовые, альфа — злаковые растения.
— Черт побери! Все это страшно соблазнительно, трудно устоять…
— Ну так приезжай! Будем считать, что договорились.
— Я не отказываюсь… Но позволь мне еще подумать до завтра.
Наутро я проснулся довольно поздно, следуя своей давней привычке, и, быстро завершив туалет, направился в комнату Мохаммеда, чтобы заявить ему о своем согласии.
Скромный номер был пуст.
— Ах, дьявольщина! — разочарование отрезвило. — Этот бузотер посмеялся надо мной и провел за нос, как новичка.
В плохом настроении я вышел на улицу, привлеченный конским топотом и громкими криками.
Вообразите же мое удивление, когда я увидел Мохаммеда во главе полутора десятков вооруженных до зубов арабов, восседавших на великолепных породистых конях, которые в нетерпении били копытами у дверей гостиницы.
Нагруженные ящиками мулы образовали другую, безмятежную группу, буквально заполонившую все подступы к нашему жилищу.
— А! Вот и ты, — крикнул мне, смеясь, «собственник». — Я не теряль даром времени… Все закуплено, уплачено, упаковано. Ты видишь, мои люди готовы к отъезду… Я купиль для тебя один хороший кобыль и один муль для багажа… Вот они, я их привел…
— Клянусь Богом, ты угадал! — воскликнул я, восхищенный приключением. — Принимаю от всего сердца твой дар, и, если ты не приврал и в твоих местах действительно водится дичь, я развлекусь по-княжески!
Не минуло и четверти часа, как чемоданы были водружены на мула, я занял место в седле, и караван тронулся в путь, на открытие моей первой марокканской охоты.