Чтение онлайн

— От остальных тоже избавишься? — хмыкнула я, пытаясь сообразить, что предпринять. Знать бы еще, что предпримет она!

— Остальные Властелину не интересны. А вот ты…

С этими словами она взмахнула рукой, бросая что-то мне в лицо. Я попыталась закрыться, но миллионы иголочек вонзились в кожу. Чужеродная магия, сильная, мощная, разъедающая!

Закричала, пошатнувшись, жжение нарастало, в глазах туманилось. Мысль «где достать воды?» сгорела под нарастающим жаром и слабостью, так и не родившись. Ноги подкосились, я попыталась схватиться за стену, которая плясала под ладонями, будто в попытках ускакать из крепости. Ну или от одной конкретной невесты.

Откуда-то — так и не поняла откуда — появился Властелин. Я пыталась что-то сказать, но из горла раздавался лишь хрип, грудь выворачивало от удушающего жара. Кажется, рванула платье, задыхаясь. Успела удивиться, где подевалась Идели.

Перед глазами плясали цветные пятна, скрывая все больше реальности. Рывок — Таанар поднял меня на руки и куда-то помчался. Последнее, что я увидела — выбившуюся из прически прядь, которая упала на мое лицо, почему-то овевая неожиданной прохладой горящие щеки.

***

Пробуждение вышло резким и не сказать, что приятным. Из забытья вырвал щелчок и ощущение, будто шею сжимают чьи-то ледяные пальцы. Я схватилась за горло, отчаянно ловя ртом воздух, но нащупала лишь ошейник. В ушах звенела тишина, а взгляд с трудом фокусировался, вырывая из реальности обрывки картин.

Первой бросилась в глаза чужая обстановка, вовсе не похожая на покои невест. Широкая постель без всяких там вычурных ножек и золотых балдахинов, белоснежная шкура на полу у камина, мечи на стене.

Потом навалились воспоминания, я схватилась за лицо, села в кровати. Огляделась, вскочила и бросилась к зеркалу, боясь увидеть жуткие шрамы или еще что-нибудь ужасное. И облегченно выдохнула, обнаружив лишь непривычную красноту кожи.

— Вы очень сильная.

Я вздрогнула, снова не заметив, откуда появился Таанар.

— Что это было?

— Сетирева. Мгновенный яд. Редкость по нынешним временам. Когда-то великий бог Разрушения раздавал его своим приверженцам.

— И почему я не умерла?

— Мне тоже интересно.

— Ваши волосы…

— Что? — недоуменно поднял брови Таанар. Прическа оставалась такой, как обычно. Может, привиделось?

Ответить не успела — в комнату ворвался визирь.

Таанар распрямился, я, не удержавшись, снова повернулась к зеркалу, ощупывая лицо, грудь, и только сейчас обнаружила, что давно уже не в платье, а в нижнем белье. Поспешила обернуться покрывалом.

— Что произошло, ваше Превосходство?

— Сетирева.

— Невозможно. Она жива.

— Я вылечил, — Таанар говорил уверенно, будто не он минуту назад сам недоумевал по этому же поводу. Я решила благоразумно промолчать.

Глаза визиря подозрительно сузились, пронзив пристальным взглядом нас обоих.

— Кто? — только и спросил он.

— Не знаю пока.

— Идели, — вмешалась я.

— Идели… — недовольно повторил гле Дуаз. — Не может быть!

— Почему? — удивилась я.

— Как же неуместно, — скривился визирь.

— И все же я просил бы вас проверить эту версию.

— Проверю, не сомневайтесь. Признаться, я рассчитывал, что она останется до конца.

— А я рассчитываю, что впредь участницы будут избавлены от подобных посягательств, — холодно отчеканил Властелин.

— Но как она могла пронести его через арку? — не удержалась от вопроса я. Вещи-то проверяли! Оба мужчины скрестили на мне такие похожие прожигающие взгляды, что еще сильнее закуталась в покрывало.

— Адепт может призвать Сетиреву, — нехотя ответил визирь. — Тем яд и ценен.

Этого еще не хватало!

— Так она адепт?

— Проверим. Надеюсь, вы не стали бы обвинять никого беспочвенно, — гле Дуаз, взмахнув плащом, резко направился к двери.

— Разве что адепт великого Сетарха может еще и клонов создавать, — пробормотала я.

— Распоряжусь, чтобы вам принесли одежду, — решил покинуть меня и Таанар.

Оставшись одна, я еще раз тщательно обследовала собственное отражение, не до конца веря, что так легко отделалась. Краснота сходила, надеюсь, завтра- послезавтра ее совсем не останется. Если вспомнить легенды, мне достался очень мощный яд, от которого никому не удавалось спастись. Даже боги друг друга им травить пытались.

Идели… На что же она рассчитывала? Ну кроме того, что я никому не смогу рассказать. Вряд ли на то, что визирь с Властелином не узнают Сетиреву. А значит, хотела понаблюдать. Если бы приверженцам Сетарха было по нраву присутствие его черной силы в невестах, она открылась бы. А если нет — подставила бы Минерву, рассказав, как та мне угрожала. И Виттори подтвердила бы.

Надеюсь, Идели вышвырнут раньше, чем она сможет отомстить. Надеюсь, визирь не найдет повода обвинить меня во лжи. И надеюсь, Таанар отправился с ним, чтобы самолично проконтролировать расследование!

Снова придирчиво себя осмотрев, я попыталась заглянуть под колье, не забились ли под него крупицы яда? Провела пальцами по чуть заметной красноте вокруг… Возможно ли, что Таанар действительно его снимал? Не потому ли сюда примчался гле Дуаз? А кольцо, осталось ли у него на пальце кольцо?

За окнами вечерело, я приблизилась, выглянула, на всякий случай продолжая кутаться в покрывало. Окна открывались в незнакомую часть парка, и я никак не могла сообразить, где же находятся мои собственные покои. И где я сейчас. Неужели Таанар отнес меня к себе? Комната традиционно находилась на втором этаже — похоже, все господские и гостевые покои так расположены. Явно жилая, правда, подходит скорее воину, чем монарху. Никакой лишней роскоши, и, что мне особенно понравилось, никаких женских финтифлюшек. Ведь не стал бы он оставлять меня у кого-то из своих командиров? А возможно ли, что сам захватчик Аншерии живет настолько просто?

Пока я предавалась анализу увиденного и выискивала какой-нибудь ящичек, где можно порыться, дверь скрипнула, пропуская незнакомую служанку с подносом.

За неимением стола девушка поставила поднос на кровати, присела в книксене и поинтересовалась, какое платье принести.

— Любое, — пожала я плечами и, решившись, спросила: — Это спальня его Превосходства?

— Его Превосходство приказал проводить вас к себе.

Ответ меня не удовлетворил, но настаивать не стала. Еще влетит служанке за мое любопытство. Хотя, раз уж она вхожа в покои…