Чтение онлайн

В первые мгновения у меня захватило дух. Крепость, во всей ее суровой красе, занимавшая, похоже, огромную вершину горы, отдалялась, утопая в зелени. А я пыталась разглядеть, где находятся известные мне строения, а куда еще, возможно, имело бы смысл заглянуть. Но толком не успела: платформа поднялась не настолько, чтобы стали видны дальние постройки и противоположная стена. И даже пошла чуть вниз.

А внизу уже открывался город. Прохожие, прикладывающие руки ко лбу, указывающие вверх, на самого Властелина со своим гаремом. Кареты, всадники, пахари на полях.

Совершенно точно я никогда раньше не летала. Но память почему-то снова выдавала странные танцы, будто я уже видела и эту картину, и землю внизу вот так. Леса, над самыми верхушками которых мы пролетали, горную реку, низвергающуюся водопадом, и даже то удивительно бирюзовое озеро, что открылось вдали.

Ветер трепал волосы, девушки жались друг к другу, обхватывая себя за плечи, кутались в накидки и косили на жениха — не решит ли кого-нибудь согреть самолично?

Но Таанар так и стоял сзади, расправив плечи, чуть расставив ноги и ни за что не держась, почему-то напоминая капитана — хотя у «штурвала» находился вовсе не он. Из прически вырвались несколько прядей, рубашка полоскалась на ветру, облепляя объемы, а взгляд синих глаз словно выискивал что-то вдали.

На несколько минут я даже залюбовалась, пока не раздался шепот Тили:

— Озеро Миловат…

Словно расслышав, гле Дуаз резко обернулся, полоснул по невестам острым взглядом и не то ответил, не то объявил:

— Озеро Победы.

— Здесь и будет проходить испытание? — с придыханием озвучила Сирена наш общий вопрос.

Визирь неожиданно улыбнулся ей, видимо, сочтя это исчерпывающим ответом.

Озеро казалось чистым, почти прозрачным. Яркие песочные берега, на одном из которых возле кромки леса приютилась деревянная избушка.

Девушки перешептывались о победе — уж не знаю, какую имел в виду визирь, но каждая, естественно, рассчитывала на свою.

Платформа снизилась настолько, что стало можно разглядеть сквозь прозрачную воду линии песка на дне, стайки рыбешек, отражающиеся лучи света.

— Ну что же, миледи, давайте посмотрим… — начал в излюбленной пафосной манере визирь, взмахнул рукой и вдруг вместе с Таанаром и платформой куда-то исчез.

А мы, обалдевшие и ничего не понимающие, полетели в воду, хватая ртом воздух, закашливаясь, кто-то из девиц заверещал — кажется, Тайс гле Фолер, тоже из любимых блондинок визиря.

Платье и накидка тут же намокли. Ну, ясно, вытереться мне не удастся, а купальный костюм был лишним. Гле Дуаз такими деталями не озаботился.

Как ни странно, дно обнаружилось под ногами довольно быстро, хотя некоторые из невест продолжали беспорядочно барахтаться, призывая на помощь. Оглядевшись, я поискала Тили и с удивлением замерла.

Девушка лежала на воде, с какой-то непередаваемой улыбкой, мокрые волосы развивались в струях.

— Тили? — осторожно позвала я, подбираясь ближе.

— Это же озеро Миловат, в нем невозможно утонуть, — отозвалась она. — И вода теплая.

Не знаю насчет теплой, некоторые уже начали дрожать. Впрочем, вода действительно не казалась холодной. Гораздо больше пугала необходимость вылезать мокрыми на берег, в вечернюю прохладу.

— Надеюсь, нас все-таки подберут, — пробормотала я, пытаясь вспомнить, что знала об этом озере.

В голове оказалось как-то совсем туманно, ни единой легенды не мелькнуло. Наверное, никогда не интересовалась. Лишь один ехидный голосок выражал робкую надежду, что нас не только не подберут, а и навсегда исчезнут из нашей жизни.

Вдруг они планировали совсем другое, просто артефакт заартачился? Хорошо бы…

— Что ты знаешь об озере? — спросила у Тили.

— Богиня раньше часто бывала в нашем мире, любила его. А это озеро создала лично. Сюда прибегали молодые, которым не разрешали пожениться, приезжали семейные пары, которые просили детей, больные, молящиеся за здоровье. Со временем, когда богиня перестала приходить, оно начало терять чудесные свойства, но все равно…

— Ты совсем ненормальная? — раздался недовольный голос Сирены. — А если его Превосходство слушает?

Тили осеклась, встала на дно, испуганно огляделась и больше ничего не говорила.

Девушки, некоторые уже откровенно дрожащие, двинулись к ближайшему берегу. Мы с Тили шли молча. Снова богиня… Какое отношение к отбору имеет богиня, которая, говорят, уже несколько столетий не бывала в нашем мире? С тех самых пор, как Сетарх устроил истребительную войну своим сородичам. Или Таанар просто пользуется ее артефактами, как и всех прочих богов? Но что тогда мужчины хотели выяснить, стряхнув нас в воду, будто ненужный балласт?

На берегу, пронизанном косыми вечерними лучами, в мокрой одежде, начало стремительно холодать. Никто не спешил нас забирать. Девушки выжимали юбки и накидки, но вода студила плечи, стекала под грудь и по спине.

— Надо раздеться и все хорошенько отжать, — решительно произнесла я.

Коллеги-соперницы уставились на меня как на ненормальную, я повернулась к

Тили, надеясь на поддержку, но и та испуганно отвела взгляд:

— Я не буду раздеваться.

Пожав плечами, я отошла к ближайшим деревьям, мысленно костеря на чем свет стоит двух развратников, молодого и старого, которые наверняка наблюдают за нами. Стянуть с себя мокрое и отжать — ерунда по сравнению с тем, чтобы натянуть это все обратно. Платье путалось, липло и вдобавок, обдуваемое прохладным ветром, уже не просто холодило, а почти морозило.

— Там есть избушка, — решительно вернулась я к Таанарову гарему, смертельно измучившись с вредной одеждой. — Надеюсь, нас пустят погреться.

— Это домик богини, — отозвалась Тили.

— Ну, богиня нас точно не выгонит, — хмыкнула я. — Ее тут уже сколько веков не было.

— Вы ненормальные? — снова вступила Сирена. — Невестам избранника Сетарха идти на поклон к другой богине? Знаете, что он с вами сделает?

— Выбросит в ее озеро? — ехидно поддержала меня Тили.

Девушки кто хихикнул, кто сердито зыркнул. Подруги-блондинки, Зайтель и Тайс, встали возле Сирены, выражая согласие. А я смотрела на ее ошейник, по которому почему-то пробегали странные красные искорки.

Наскоро окинула взглядом остальных спутниц — у них ничего подобного не наблюдалось, а ее украшение будто подергивалось, готовое сорваться с цепи. Вспомнились неприличные сны, облепляющее платье лишь навевало соответствующие ассоциации. Бедная, а вдруг на ночь нас не заберут, а у нее начнется разврат с ошейником? Хм. Хотела бы я посмотреть, что она станет делать и как отнесутся к ней подружки. Но не настолько, чтобы мерзнуть.

— Какая разница, чей дом. Надо согреться, — пожала я плечами, развернулась к озеру, вглядываясь, с какой стороны он остался.