Чтение онлайн

— Саманта постоянно требовала внимания, нуждалась в эмоциональных встрясках, развлечениях — ничего этого я не мог, да и не хотел, ей обеспечить. Тогда я был слишком наивен, полагая, что брак означает взаимную любовь и верность, слишком чист и верил в клятвы, которые мы давали, вступая в брак... Что до Саманты, она просто смеялась над моей доверчивостью...

Сол смотрел прямо в глаза Пенни, как бы призывая ее вместе с ним вспомнить дни его семейной жизни. Если бы только она могла отыскать добрые слова, успокаивающие, которые бы пролились целительным бальзамом на его незаживающие раны... Пенни чувствовала, что является свидетелем горестной исповеди, и не находила слов, в которых он так нуждался.

Пенни не ожидала, что он станет обнажать перед ней свои чувства с такой откровенностью, делиться с ней своими самыми сокровенными воспоминаниями. Он как бы давал ей шанс отомстить ему, нанести ответный удар, вступившись за его бывшую жену, приняв ее сторону. Странное чувство, будто любое слово, какое бы она сейчас ни произнесла, может ранить его, усугубить его боль, заставляло ее хранить молчание. И она была рада, когда он опустил глаза и выпил остатки бренди.

— К счастью для меня, Саманта допустила оплошность и забеременела. Она поняла это слишком поздно, чтобы можно было что-то предпринять. Мы оба знали с самого начала, что этот ребенок не мог быть моим, и когда он родился, это стало совершенно ясно. После этого развод уже был только формальностью.

Он резко отодвинул стул, легко поднялся на ноги. Слабая улыбка тронула его губы, сметая остатки горестных переживаний, обиды и одиночества, которые Пенни видела минуту назад на его лице, читала в его глазах, проникая в его душу. Он обошел стол и остановился, положив руки на спинку ее стула.

— А теперь, когда я приподнял перед тобой завесу моего прошлого, нам следует подумать о настоящем. Если мы будем оставаться здесь еще дольше, никто не поверит, что это первая ночь нашего медового месяца. Ты согласна?

Пенни послушно позволила ему помочь ей встать из-за стола. Сколько других женщин было у него между хорошенькой и неверной Самантой и ее сестрой Таппи, хотела бы она знать. Она не сомневалась ни секунды — Сол обожал Саманту. Ее измены и ветреность глубоко ранили его, несмотря на твердость, которую он проявил, расторгая их брак. Как это должно быть ужасно: так сильно любить и пережить такое предательство! Что означает любить этого человека и быть им любимой? — размышляла Пенни. Она не могла не восхищаться его сильным красивым телом, от которого веяло мужеством и энергией. Его возможности ранить еебыли ограниченны — ведь она не любила его. Странно, однако, что его мелкие уколы так задевали ее. Пенни надеялась, что скоро ему надоест дразнить ее. В конечном счете, утешала она себя, именно Сол сказал, что интересы Люси требуют, чтобы они научились быть друзьями!

Когда они шли по ресторану, пальцы Сола легко касались ее руки, направляя между столиками уверенно и нежно в расчете на множество глаз, которые следовало убедить, что ее рука всегда будет в его руке.

Сол обнимал ее за плечи, когда они вошли в номер. При свете бра казалось, что кровать занимает большую часть комнаты. Если и раньше Пенни опасалась, что ей придется делить постель с этим замкнутым человеком, то теперь, когда после этого вечера в ресторане, проведенного вместе, появилась какая-то иллюзия их сближения, когда она узнала о его прошлом, она волновалась еще сильнее.

Размышляя о том, как ей переодеться, как вести себя, скованная смущением, она высвободилась из его рук и присела на краешек кровати, пряча свои ноги.

Будто инстинктивно отбрасывая только что возникшее между ними дружеское участие, Сол снова взглянул на нее с циничной усмешкой и, не считаясь с ее присутствием, начал снимать одежду. Она быстро отвела глаза, злясь на свою неловкость и не умея скрыть ее.

— А вот здесь традиционная история заканчивается иначе, — вкрадчиво проговорил Сол, наблюдая, как краска заливает ее лицо.

Пусть онсчитает ее положение смешным, но вопреки его впечатлению о ней Пенни действительно была очень стеснительной и не привыкла делить комнату даже с подругой, не говоря уже о том, чтобы остаться один на один с почти незнакомым мужчиной. А он, несмотря на свои недавние откровенные признания, остался таким, каким был!

Пенни сидела, опустив глаза. В его руках звякнул ключ.

— Боюсь, через несколько минут я должен буду покинуть мою дорогую невесту. Ты помнишь, я говорил тебе о важной встрече.

Она почувствовала облегчение.

— Эта встреча сегодня? — Пенни удивленно подняла брови: уж очень необычное время выбрано для деловой встречи... Радостное чувство избавления от неприятной ситуации вернуло улыбку на ее губы. Она сейчас останется одна и, всего вероятнее, будет спать, когда он вернется.

— Самое лучшее время. — Сол уже снял рубашку и пиджак и теперь, не обращая внимания на ее изумленный взгляд, снял брюки, положил их на кресло, где уже лежала остальная снятая одежда, потом повернулся к шкафу, чтобы извлечь из него пару темных вельветовых джинсов. Ясно было, что встреча не только частная, но и неофициальная. — Кто может заподозрить, что жених свою первую брачную ночь проводит не с красавицей невестой, а на деловой консультации? — Он не ждал ее ответа. — Человек, с которым я встречаюсь, уже живет в этом отеле, ключ от его номера у меня, так что я войду к нему, не поднимая шума.

— Все очень хорошо придумано, — пробормотала Пенни, начиная приходить в себя и предвкушая удовольствие через несколько минут остаться в этой комнате одной. Она просмотрит схему линий парижского метро, познакомится с планом Парижа, немного поучит самые необходимые французские слова. Невольно она перевела взгляд на Сола, который, стоя к ней спиной, продолжал что-то сосредоточенно искать в шкафу. Он уже вторично переодевался в ее присутствии, но только сейчас она решилась рассмотреть его. Ей-Богу, он был красив. Двух мнений не могло быть, она теперь это ясно поняла. Ему не нужны были сверхдорогие костюмы, чтобы скрыть какие-то недостатки фигуры. Недостатков просто не было! Широкие плечи, мускулистая грудь и узкая талия, узкие бедра, длинные сильные ноги... Поистине Сол ван Димен был поразительным образчиком зрелой мужественности в самом ее расцвете. Уж она-то в этом разбиралась: сколько раз на занятиях она делала зарисовки с натуры; она знала, что мужчины, так естественно выставляющие напоказ свое тело, не позируют за несколько фунтов в художественных школах. Их привлекает больше индустрия рекламы...

Пенни всегда нравилось созерцать прекрасное, и сейчас она поймала себя на том, что мысленно рисует эту сильную красивую фигуру, изучает его мускулатуру; тренированный взгляд ее свободно передвигался от лопаток к красиво вылепленным икрам.

Только когда Пенни обнаружила, что объект ее изучения стоит неестественно спокойно, она с ужасом поняла, что Сол наблюдает, как она изучает его тело. Она медленно перевела взгляд на его лицо — худшие опасения подтвердились. С какой-то вымученной улыбкой, вконец смутившись, она смотрела в его серые глаза.

— Что-то не так, Пенни?

Его неожиданно мягкая интонация немного успокоила Пенни.

— Нет, нет! — поспешила она его заверить, стараясь скрыть смущение. — По правде говоря, я сейчас думала, занимаешься ли ты спортом.

Это было довольно близко к правде. Пенни вовсе не была уверена, что человек, только что ставший ее мужем, поймет разницу между художественным и сексуальным восприятием, и ей не хотелось выставлять себя дурочкой. Кроме того, ее и в самом деле заинтересовало, как он добился такого совершенства при его сидячей в основном работе...