Чтение онлайн

Когда они шли от лифта по длинному коридору к их номеру, она почувствовала, как палантин сползает с плеч. Остановившись, чтобы поправить его, она посмотрела вслед Солу, шагающему впереди какой-то скованной, несвойственной ему походкой и вместе с тем такой агрессивной... Он не остановился, и ей пришлось уныло плестись за ним.

И все-таки этот день получился запоминающимся! Он был, как приз за победу в состязании — этот день в Париже с мужчиной, которого она сама выбрала, с ее избранником!

Сколько иронии таилось в этом выражении! Пенни горестно улыбнулась, желая, чтобы Сол почувствовал хоть каплю магии этого волшебного дня, которой наслаждалась она...

— О! — вырвался из ее горла сдавленный крик. И в тот же миг она очутилась на руках Сола. Он ловко поднял ее, как ребенка. Все случилось для Пенни так неожиданно, и она была слишком ошеломлена, чтобы сопротивляться. Сол быстро понес ее по коридору.

Толкнув коленом открытую дверь, Сол внес Пенни в спальню, ногой резко закрыл дверь и, дойдя до кровати, опустил на нее свою ношу.

Ошеломленная и все еще не пришедшая в себя от такого неожиданного рыцарского поступка, Пенни, затаив дыхание, с все возрастающим волнением следила за тем, как Сол, стоя у кровати, снял пиджак, затем рубашку, расстегнув ремень, стал расстегивать брюки. Все это время он не отводил глаз от ее испуганного лица, и эти полускрытые пушистыми ресницами с серебристым блеском глаза гипнотизировали ее, навевали забвение и какой-то странный покой.

Пенни вышла замуж за незнакомого человека. За этот день он стал ей другом. Но теперь он снова был опасным и нежеланным чужаком, одержимым целью, которая воспламеняет его прекрасное тело, побуждает к действию, гасит рассудок. Совсем потерянная, она напрасно искала жалость или сочувствие в его изменившемся взгляде — только желание, страстное желание читала она в его глазах.

Уже раздетый, в одних обтягивающих тело плавках, которые выдавали силу его желания, Сол опустил руки, чтобы снять и их, устранив этот последний барьер. В этот момент страх вывел Пенни из оцепенения.

Вся похолодев, с комком, подступившим к горлу, и мгновенно отяжелевшим, словно налитым свинцом телом, она отодвинулась в дальний конец кровати, думая только о том, как избежать насилия. Хоть он ей и муж, но между ними существует определенное соглашение. Она не хочет его... и она не допустит, чтобы он взял ее силой!

Пенни поняла, что проиграла сражение, в тот момент, когда почувствовала, как одна рука Сола дотронулась до ее затянутого в нейлон колена, в то время как другая, двигаясь по плечу, скользнула в глубокий вырез ее платья. Он распластался на ней всем телом.

Жаркий и неистовый, его рот искал ее губы, настойчиво и властно подчиняя ее своей чувственной силе. Если бы в этот момент она могла соображать, то, вероятно, поняла бы, что, несмотря на страсть и напор, ласки Сола не были лишены какой-то внутренней деликатности. Его язык, который требовал ее ответной ласки, был трепетным; его рука, которая продолжала продвигаться вниз, к груди, чтобы дотронуться до нее, почувствовать ее тепло, касалась тела с нежностью и уважением.

Но Пенни не могла мыслить логически. Ощущение тесной близости бедер Сола, его рук, всего его мускулистого тела, напрягшегося в ожидании, лишило ее всякой способности рассуждать.

Все происходило слишком быстро. Она знала только одно: если не вырвется из его объятий, не сумеет подавить этот яростный всплеск желания, сжигавшего его, уже в следующие минуты Сол силой овладеет ею, не любимой и не любящей.

Ее тело извивалось под тяжестью его тела, пытаясь освободиться. Внезапно до нее дошло, что он может неверно истолковать ее движения.

В отчаянии она чувствовала, как губы Сола, скользнув по ее щекам, стали целовать шею. У нее вырвался крик, в котором смешивались отчаяние, испуг и удовольствие — ее тело отвечало Солу! Ничто в прежней жизни не подготовило ее к такому ответу на пылкий, яростный и нежный натиск Сола.

Сол приподнял голову и немного подвинулся, чтобы посмотреть на нее. В его глазах засветилось мужское удовлетворение: он видел перемену в ней.

— Какая ты красивая, — хрипло прошептал он. — Вижу, что недооценивал тебя...

Она почувствовала, как он дрожит, и эта дрожь передалась ей. Пенни казалось, что она сейчас заплачет, но он снова опустил свою черноволосую голову и стал целовать ее в губы медленными и долгими поцелуями, от которых по всему телу расходилось тепло.

Когда, наконец он оторвал от ее рта свои губы, у нее снова вырвался тревожный вскрик, и она схватила его за волосы, пытаясь оттолкнуть его голову от своего лица, зная, что словами не сможет выразить свое волнение.

— Прекрати... пожалуйста, не надо!

— Что случилось, дорогая? — Было что-то в ее жалобном стоне, что тронуло его затуманенное страстью сознание, вынуждая почувствовать в ее дрожащем голосе, скорее ужас, нежели чувственный экстаз.

— Я не хочу этого! — еле сдерживая рыдания, проговорила она.

— Что же ты тогда хочешь? — В голосе Сола появились нотки удивления, унижения, просьбы. — Скажи мне, Пенни, научи, как ты хочешь, чтобы я любил тебя.

— Я вообще не хочу, чтобы меня любили, а не только, чтобы ты меня любил! Ни сейчас! Никогда!

— Что ты такое говоришь? — Глаза Сола, еще блестевшие от возбуждения, смотрели на нее изумленно — он пытался понять, в чем дело.

Господи, да неужели же ни одна женщина до меня никогда не говорила ему «нет»? Он что, не понимает вообще значения этого слова?

— Нет! — яростно повторила она. — Нет, нет, нет! Вот что я говорю. — У нее перехватило дыхание.

— Но почему? — Скорее удивленный, чем рассерженный, Сол продолжал смотреть на ее раскрасневшееся лицо, на волосы цвета золота осенних листьев, рассыпавшиеся по подушке. — Я не обижу тебя. Я подожду. — На его лице появилась жалкая улыбка, как у мальчика, что-то тщетно выпрашивающего у родителей. — Я не неволю тебя, я обещаю... Я могу подождать тебя... если... если ты поможешь мне... — Прежде чем она успела остановить его, он взял ее руку и прижал к своему телу.

Вырываясь из его нетерпеливых рук, Пенни била кулачками по его голой груди.

— Ты что, не понимаешь по-английски, Сол? Я не хочу тебя, просто не хочу тебя! — Резко повторяя свой приговор, усиливая его смысл своими действиями, она дрожащими пальцами стала натягивать на себя одежду, закрываясь от его жадного взгляда.

Она не смотрела на него, не решалась смотреть. Если он проигнорирует ее протесты, она не будет смиренно ждать своей участи, она даст ему отпор.

Несколько мгновений оба молчали, тяжело дыша. Наконец Сол заговорил: