Отчий дом. Семейная хроника
Шрифт:
Гершуни в свое время устраивал покушение на Победоносцева, но оно не удалось [606] . Азеф помог убить и Плеве, и великого князя, пользуясь жертвенным энтузиазмом молодых людей: Савинкова, Сазонова [607] , Покотилова, Каляева и других.
Взрыв бомбы, разорвавшей в куски великого князя Сергея Александровича, прозвучал новым предостережением близкой революции.
Можно ли было отвратить революцию?
Опоздали…
Оставался один рискованный опыт: самому правительству встать на революционный путь и, быстро прекративши позорную войну, отдать землю народу…
606
Покушение на К. П. Победоносцева было назначено на 5 апреля 1902 г., в день погребения Д. С. Сипягина. Исполнение предполагалось совершить или во время похоронного шествия, или же во время самого обряда погребения. Исполнителями приговора были выбраны два артиллерийских офицера, однако незадолго до покушения они были выданы Азефом охранке и арестованы.
607
СазоновЕгор Сергеевич (1879–1910) — революционер, эсер. С 1903 г. — член Боевой организации. 15 июля 1904 г. убил министра внутренних дел В. К. Плеве. Был приговорен к вечной каторге, покончил с собой в Горном Зерентуе, протестуя против телесных наказаний (Зерентуйская трагедия).
Возможно, что, будь на престоле Александр II, он не остановился бы и перед этим крутым поворотом. Могли слабовольный царь, терзаемый сомнениями и разрываемый противоречивыми советами, пойти на такой шаг?
Неудачи на войне с каждым днем приближали к России революционную волну. Казалось, злой Рок неотвратимо гнал страну в объятия революции…
Пятидневный ожесточенный бой под Мукденом [608] , исключительный по количеству принимавших в нем участие войск бой, на котором строились последние надежды, окончился исключительным позорным поражением, какого еще не знала до сих пор русская армия.
608
Пятидневный ожесточенный бой под Мукденом… — В сражении под Мукденом (город в Северо-Восточном Китае) 19–25 февраля 1905 г. 3-я русская Маньчжурская армия под командованием генерала А. Н. Куропаткина потерпела поражение и отступила на север.
Небывалый в истории позор! Колоссальная кровавая жертва… Во имя чего? В защиту лесных концессий на Ялу, нужных только статс-секретарю Безобразову?
Кто же ответит за этот позор и за реки пролитой народом крови?
Такие вопросы назойливо лезли в голову даже самым спокойным и лояльным жителям Российской империи.
Никто не ответит. Ответить некому!
На всех горизонтах сверкали молнии и ворчали львами громы приближающейся грозы…
В деморализованных войсках, отступающих в беспорядке к Харбину, раздавался злобный ропот: «За что помирать-то? Земли не дают, а ты за их помирай!»
Враги России старались помогать нашей революции, а интеллигенция любовно простирала к ней руки вместе с революционерами, ожидая от нее всяких свобод. Соединившись, они работали, как друзья: в Токио издавалась революционная газета на русском языке [609] для распространения среди наших солдат в плену и на фронте… Ведь социализм — дело интернациональное!..
Деньги давали японцы, а может быть, немцы или англичане, а писали в ней русские революционеры. В госпиталях, в поездах, в обозах наши мужики-солдаты, озлобленные неудачами, полуголодные и измученные, потихоньку читали эту газету, с такими заголовками: «За что мы проливаем кровь?», «Кому нужна эта война?», «Кровавый царь», «Земля и воля народу!». И все было написано так просто и понятно, так убедительно для простого человека, не обремененного никакими познаниями.
609
Не удалось установить, о каком издании идет речь. В 1906–1907 гг. в Японии в городе Нагасаки выходила газета «Воля», редакторами которой были Б. Д. Оржих, Н. К. Руссель-Судзиловский, В. К. Вадецкий. Вышло свыше 100 номеров газеты. Доктор Руссель (1850–1930), президент Гавайских островов, в прошлом русский политический эмигрант, в 1904–1905 гг. в городе Кобе издавал для русских военнопленных еженедельник «Россия и Япония», который первоначально был весьма умеренным, но потом постепенно становился все революционнее. В числе его сотрудников был будущий автор романа «Цусима» А. С. Новиков-Прибой.
Какая благодатная почва для сеятелей смут в умах и душах народа! Какой толчок к революции в спину народа!
Потом все эти читатели вернутся домой, разбредутся по деревням, селам и городкам необъятного царства, вернутся в разоренные или запущенные свои хозяйства и будут повторять ту правду, которую они познали из японской газеты. А слушатели будут — одни поддакивать: «Верно! Правильно», а другие, потерявшие отцов или детей, станут плакать и проклинать. Кого?.. Да всех неведомых, которые затеяли эту войну, непонятную и ненужную миролюбивому народу!
— Будь они прокляты, окаянные!
Бабий вой и причитания о погибших. Каждая слеза бабья невидимо превращается в камень за пазухой народа.
— Погодите: отольются вам наши слезы!
— Землю надо требовать… Может, царь даст после войны-то… Сколько народу погублено: заслужили уж, поди…
— Дожидайся! Царь-то за помещиков стоит. Больше как три аршина не получишь, чтобы аккурат для могилы хватило! — острит вернувшийся с войны инвалидом солдат, почитавший запретную газетку, да еще и матерное словцо бросит…
И никто его не остановит…
Где же недавний «земной бог»?..
Так в деревне, а в городе — злоба и издевательство на улицах, в трактирах и чайных, на постоялых дворах, на фабриках и заводах. Да и культурная публика в таком же настроении. Одно злорадство. После убийства великого князя Сергея Александровича по Москве носились крылатые, нарочито сочиненные по сему случаю анекдоты. Вот один из таких, радостно переходивший из уст в уста: ошарашенная разрывом бомбы уличная публика спрашивает стоящего у кремлевских ворот полицейского:
— Кого это там убили?
— Проходи, проходи! Кого надо, того и убили…
Или вот такая острота: при взрыве бомбы великого князя разнесло в куски во все стороны. Окровавленные сгустки мозга находили на стене ближайших от Кремля домов. И вот по Москве понеслось: «Князь раскинул мозгами!»
По городам происходили беспрерывные банкеты, на которых выносились резолюции с требованиями и угрозами правительству.
Государь начал сомневаться и временами бояться революции. Испугалось вдруг и правительство, и вся «опора трона». Россия кипела под огнем политических страстей, а новые неудачи на войне все подливали масла в этот огонь: 15 мая погибла последняя надежда окончить войну без особенного позора — в Цусимском бою погибла вся эскадра адмирала Рождественского… [610]
610
В сражении близ острова Цусима 14–15 мая 1905 г. японский флот разгромил 2-ю Тихоокеанскую эскадру (погибли 8 эскадренных броненосцев, 1 броненосный крейсер, 1 броненосец береговой обороны, 4 крейсера, 1 вспомогательный крейсер, 5 миноносцев и несколько транспортов; 2 эскадренных броненосца, 2 броненосца береговой обороны и 1 миноносец сдались в плен японцам). По мнению современников, в этот день «пошла ко дну и вся старая Россия» (В. Я. Брюсов). РождественскийЗиновий Петрович (1848–1909) — вице-адмирал (1904). В Русско-японскую войну командовал 2-й Тихоокеанской эскадрой.
— Долой войну и самодержавие! — неслось во всех концах России.
И ничего уже не мог сделать и генерал Трепов [611] , превращенный царем из московского обер-полицмейстера в петербургского генерал-губернатора и товарища министра внутренних дел, а в сущности, полноправного диктатора России…
Царь принял депутацию земских и городских деятелей и терпеливо выслушал их представителя, профессора, князя Трубецкого [612] , который уже прямо заговорил о конституции:
611
ТреповДмитрий Федорович (1855–1906) — генерал-майор, московский обер-полицмейстер (1896–1905), в январе 1905 г. назначен петербургским генерал-губернатором, с апреля — товарищ министра внутренних дел, а также заведующий полицией и командующий корпусом жандармов, с октября 1905 г. — дворцовый комендант.
612
ТрубецкойСергей Николаевич (1862–1905) — философ, историк философии. Сторонник немецкой классической философии, учения славянофилов и Вл. Соловьева, с которым его связывали дружеские отношения. В 1890-е гг. преподавал в Московском университете, защитил докторскую диссертацию, читал лекции по древней философии. В 1900–1905 гг. вместе с Л. М. Лопатиным редактировал журнал «Вопросы философии и психологии», активно участвовал в земском движении, выступал за осуществление гражданских реформ, за автономию университетов. 6 июня 1905 г. Трубецкой в качестве члена делегации земства и городских органов самоуправления произнес речь о необходимости реформ в присутствии императора Николая II.
— Россия ждет от Вашего Величества изменения основных форм государственного порядка, в основу которого ляжет привлечение представителей народа для участия в законодательстве и управления страной…
Правда, и тут царь промолчал, но и то было уже победой, что он не назвал представителей депутации «бессмысленными мечтателями», как было в начале царствования.
Россия была уже побеждена, и президент Американской республики предложил свои услуги для установления перемирия [613] .
613
В 1905 г. Теодор Рузвельт (1858–1919), президент США в 1901–1909 гг., принадлежавший к республиканской партии, взял на себя посредничество в деле заключения мира между Японией и Россией, договор между которыми был подписан в августе 1905 г. в Портсмуте (США). По договору (усилиями С. Ю. Витте было отвергнуто требование Японии о контрибуции) Россия была вынуждена признать Корею сферой влияния Японии, а также передать ей право на аренду Ляодунского полуострова с Порт-Артуром и южную часть острова Сахалин.
Царь вспомнил о «красном министре» Витте, который советовал еще в 1898 году путем широкой реформы в крестьянском вопросе вытянуть почву из-под революции и откровенно предупреждал, что война с Японией может повести к революционным взрывам.
Ему царь поручил заключить мир с Японией, а министру Булыгину [614] заключить наивозможно выгодный для самодержавия мир со своим народом: придумали такой парламент, чтобы выборных представителей правительство выслушивало, а поступало по-своему, не стесняясь этими разговорами…
614
БулыгинАлександр Григорьевич (1851–1919) — государственный деятель, с 1902 г. — помощник московского генерал-губернатора. В 1905 г. — министр внутренних дел. Разработал проект закона об учреждении Думы и Положение о выборах в нее, содержавшее ряд ограничений для рабочих, военных и женщин, которые лишались права голоса.