Чтение онлайн

Ширли, тебе все наши передают привет, особенно Рувик и Ноам. Шмулик тоже сказал, чтобы ты поскорее возвращалась. Мы все тебя ждём очень и очень. И наш маленький Бухи передаёт тебе привет. Мама и папа передают привет тебе и твоим папе с мамой.

Поздравительная открытка Ширли: на фоне синего-синего неба летит облачко в виде крылатого ярко-сиреневого кенгуру с улыбкой на мордочке. Вокруг в виде таких же пушистых облачков танцуют забавные медведь-панда, страус-эму и собака-динго, все с широкими улыбками на мордочках. В лапках — стилизованные под облака флейты и скрипки. В сумке кенгуру — глазастый кенгурёнок, удивительно похожий на близнецов Дорон. На самой сумке написано поздравление, как бы сотканное из шерстинок.

Из письма Ширли:

«Дорогая Ренана! Дорогие Нехама и Бенци! Дорогие Шилат, Ноам и близнецы Шмулик и Рувик! Всех-всех-всех сердечно поздравляю с рождением маленького Дорончика, дорогого и любимого Бухи! (Подарок за мной! А пока поцелуй его от меня крепко-крепко!) …

В этой школе мне очень интересно!..Когда я вернусь в Арцену, то поступлю учиться в ульпену. Хорошо бы получить программу, чтобы подготовиться и — сразу в твой класс…

Мама недовольна, но я надеюсь её уговорить, тем более она сама окончила эту ульпену. Яэль меня в этом поддерживает, она почти уговорила папу, что лучше всего для меня пойти именно туда. Потому что в гимназии Галили чему-то не тому стали учить, если судить по близнецам, по их поведению и разговорам. Да и зачем мне реальная гимназия, если меня больше всего интересует художество — так говорит Йоэль. А что такое художественная студия Дова Бар-Зеэвува в Алеф-Цафон, мои родители знают и не хотят, чтобы я туда шла — в этом мы с ними сошлись.

Правда, жаль, что в ульпене пока что нет компьютерной графики и анимаций, значит, придётся самой изучать, а потом уже в колледже…

Папа получил послание из своей фирмы и очень расстроился. Я слышала, как он говорил маме, что, видно, придётся нам здесь устраиваться, искать работу, покупать домик. Пока они сняли небольшую квартиру недалеко от бабушки и дедушки, папа приобрёл старенькую машину, где-то устроился временно консультантом. А мама взяла несколько учеников, ей нравится с ними заниматься.

Я живу пока что у Яэль. Она мне сказала, что если мы тут останемся, то она хочет, чтобы я у них жила до окончания средней школы. А потом… что захочу. Но я очень соскучилась и уже хочу домой. Хотя мне тут неплохо, но дома лучше!

Близнецы слышать не хотят, чтобы остаться тут. У них вообще на неделе семь пятниц. То они кричат, какая чудная страна Австралия, какие тут крутые интеллектуалы и элитарии, какая тут отличная богема. А то — вдруг: «у нас есть Ад-Малек, Куку Бакбукини и лучший друг Тимми Пительман. Тут мы поняли, в чём наша задача — нести самые прогрессивные идеи в эранийское общество, частично погрязшее в серости и отживших традициях. Особенно теперь, когда мы напитались прогрессивной культурой австралийской богемы!» Неделю назад близнецы получили послание от Тумбеля. Он их порадовал: мол, дома их обоих ждёт по новенькой «стиральной доске ихней бабушки». Это Галь, конечно же, похвастался…»

На это письмо Ренана долго не отвечала, потом ответила странным отчаянным письмом, которое повергло Ширли в недоумение и тревогу.

«Милая Ширли, прости, что долго не писала, прости, что сейчас многого не могу тебе рассказать. Руки дрожат, вообще ничего делать не могу…

Нет, ты ничего плохого не думай: с моими всё в порядке, и мама с папой, и братишки, и Бухи растёт, уже много чего умеет, и такой сладкий!.. И бабушки-дедушки в порядке… Не волнуйся. А вообще, папа отвёз маму с малышами в Неве-Меирию, там маме будет легче во всех отношениях. Оказывается, дедушка давно начал ремонт их дома, перестраивает его на две семьи — их двое и мы все…

А вот мне сейчас очень плохо. Недавно я случайно узнала, что происходит с Ирми, причём уже несколько месяцев… Максим устроился сам, а потом и его устроил подрабатывать в какой-то «русский» клуб в Эрании, называется «Са-мо-вар», или как-то так. Максим и раньше рассказывал, что там собирались парни и девушки, учили историю, традицию, язык… А потом он обмолвился, что после ремонта это стал совсем не тот клуб, что был раньше: какая-то странная группа ульпан-гиюра, а там оказалась какая-то девица, в которую, как я случайно подслушала, Ирми влюбился. Теперь он из-за этого стесняется лишний раз у нас появиться, а когда пару раз заглянул, на меня даже не смотрел, всё глаза отводил… Если бы ты знала, как мне больно… И ничего не поделать — он же ничего мне не обещал…

Только никому не говори. Прости, что больше ни о чём не пишу — не могу, слёзы душат…

Последнее письмо Ширли:

«Дорогая Ренана! Твоих печальных дел в письме не касаюсь, лучше поговорим при встрече. К тому же очень надеюсь, что всё у тебя за это время образовалось, или образуется. Я очень хочу, чтобы у тебя всё было хорошо.

А мы всё-таки возвращаемся. Папа получил ещё какое-то послание, братья тоже что-то получили… Из-за этого дома был скандал, даже дедушка вмешался. Потому что братья кричали, что они едут домой, их зовёт к себе Тим (который Тумбель). А потом сказали, что если папа не вернётся домой, когда его боссы зовут, то всё равно его тут достанут и силой привезут домой. А я, мол, могу тут оставаться, даже лучше будет — чем семью позорить на всю Арцену. Галь пригрозил: мол, если ты тоже возвращаешься, учти — больше твоих фокусов мы терпеть в доме не будем!

Будешь делать, как мы скажем.

Вот тут-то и дедушка им выговор сделал, и особенно Яэль с Йоэлем. Эрез попытался взять с них слово, что они не будут обижать младшую сестру. О чём-то и Яэль, и Эрез говорили с папой и мамой. Я только слышала много раз повторенные наши имена и странную фразу, что меня надо беречь. От чего?

В общем, завтра вылетаем… Как приеду — созвонимся, постараюсь сразу прибежать.

Ты бы знала, как классно мне было в Австралии! Жалко расставаться с Яэль и моими сестрёнками, с девочками из школы, с художественной студией, с заповедниками и парками. Но всё равно дома лучше! И по вас всех соскучилась…

Если бы только братья вели себя по-другому… Жаль, что даже Австралия их не излечила от их дурацкого силуфо-куля…от дружбы с этим ужасным Тумбелем… …

А что у вас? Как мама и маленький Бухи? Ведь он уже ба-альшой кроха? Ужасно хочу вас всех наконец-то увидеть. Поэтому пока что передай всем мой большой привет.

А теперь расскажем о том, что происходило в Эрании, пока семья Блох отдыхала в Австралии.

Привычно погруженные в паутину жизненной текучки, эранийцы словно бы не замечали странной суеты, которая взвихрилась вокруг их любимого Парка. И уж, конечно, понятия не имели, что источник этой суеты — престижная эранийская фирма «Лулиания».

По вечерам, как всегда, живописные аллеи, пляжи, спортивные площадки, кафе, рестораны и концертные Лужайки привлекали посетителей Парка, как эранийцев, так и гостей города. Офелия Тишкер всё так же вела репортажи из любимого места эранийских элитариев, именуемого «Цедефошрия». При этом она не забывала привычно поругивать остальные Лужайки и их посетителей, с особой страстью обрушивая тучи критических стрел на «Цлилей Рина» и на исполняемую там музыку.

Эранийцы поначалу почти не прореагировали на лёгкую зыбь туманных намёков в двух-трёх коротеньких сообщениях в прессе о том, что в Эрании в обозримом будущем грядёт Большой музыкальный Турнир, то есть конкурс между различными музыкальными ансамблями и коллективами, представляющими популярные в Арцене стили, течения и направления. Не сразу и не все поняли, зачем и кому потребовалось это отнюдь не дешёвое мероприятие, в чём его смысл. Разумеется, на все высказанные и невысказанные вопросы, как всегда, давала многословные ответы Офелия Тишкер: