Отдельные люди
Шрифт:
Маша обняла меня и разревелась, я гладила ее по волосам и на автомате бормотала какие-то успокаивающие слова.
– Тебе будет больно?
– отстранившись, и посмотрев мне в глаза спросила она.
– Ну, - да, это будет чертовски больно, создатели постарались сделать все, что бы отказаться от этого вещества было очень трудно.
– Немного.
– Ты такая горячая.
– Да, и при этом мне становится холодно. Первые признаки. Я..., - я поднялась на ноги и чуть улыбнувшись, посмотрела на нее, - я пойду к себе, а ты лучше не заходи, потому что скоро я буду не совсем адекватной. Я могу случайно тебе навредить.
– Ладно, - она растеряно кивнула.
А я вернулась обратно к себе и легла в кровать, укутавшись одеялом с головой.
Я, наверное уснула, и пришла в себя от сильной боли растекающейся по позвоночнику.
На автомате, я встала с кровати и прошла в гардеробную.
Я натянула синие джинсы, черную майку и взяла с полки первые попавшиеся туфли.
Единственная мысль, которая была в моей голове - это остановить боль. И я знала один верный способ как это сделать.
Распахнув дверь, я увидела Машу сидящую на полу в коридоре у моей комнаты.
Она резко вскинула голову и посмотрела на меня.
– Куда ты?
– спросила она нахмурившись.
– Прогуляться, - я улыбнулась, по спине прокатилась новая волна боли и я отвела взгляд от сестры. Она не должна заметить.
– Тебе нельзя уходить, Аня, - Маша поднялась на ноги и ее пальцы сомкнулись на моем запястье. Я смотрела на ее ногти ярко-розового цвета, не моргая несколько секунд, пока мой мозг пытался сообразить что происходит. Но удавалось это, так скажем, плохо.
– Почему?
– спросила я.
– Мне надо уйти.
Она выдохнула и что-то пробормотала, но я не поняла.
– Аня, тебе надо вернуться в комнату и остаться там, - настойчиво повторила она.
– Нет!
– я вырвала свою руку и начала спускаться вниз по лестнице. На середине, я споткнулась и схватилась за перила. Каблуки слишком высокие, почему я надела такие неудобные туфли?
– Стой!
– Маша снова оказалась передо мной.
– Да что тебе нужно?
– во мне поднималась волна гнева.
– Пойми ты наконец - я должна сейчас уйти. Я скоро вернусь.
– Аня, - она сжала мой плечи, - ты никуда не пойдешь. Вернись в комнату. Сейчас же!
Я фыркнула.
– Нет, не сейчас - я чуть оттолкнула ее от себя и спустилась на первый этаж.
Не успела я пройти и несколько шагов, как Маша перегородила мне дорогу.
– Аня, это не ты, это наркотики, ты должна бороться!
– Отвали от меня!
– заорала я, и толкнула ее двумя руками, Маша, взвизгнув, упала на пол.
– Аня, пожалуйста, - в ее голубых глазах появились слезы.
Я резко вздохнула, когда мои руки вдруг свело.
Нет, я не могу остаться.
Мне больно.
Я пошла дальше, входные двери разъехались в разные стороны, и я невольно остановилась, увидев на пороге своего дома Грома и Валета.
– О, у тебя будет компания!
– я обернулась на Машу, все еще сидевшую на полу.
– А я ухожу.
– Нет, - твердо сказал Гром. Похоже, что он злился.
– Но я должна!
– отчаянно воскликнула я.
– Мне больно!
– из глаз покатились слезы.
– Гром, пожалуйста! Мне нужно... Мне очень больно!
– Я знаю, малыш, - он обнял меня за талию, притянув к себе, - но тебе нужно остаться.
– Нет!
– рыдая, крикнула я, - Я не могу, не могу!
– очередная волна боли накрыла уже все мое тело и я повисла в его руках, не в силах остановить крик.
– Помоги мне Гром! Помоги мне, пожалуйста!
Он держал меня крепко, не давая упасть. И когда боль понемногу утихла, я попыталась вырваться, но он только крепче прижал меня к себе.
– Маша, где у вас ванна?
– Наша наверху.
О чем они?
В следующую секунду Гром поднял меня на руки, и понес вверх по лестнице.
Я завопила.
– Я не хочу туда! Маша помоги мне! Маша!
Последнее что я видела, как она покачала головой и закрыла глаза, а Стас обнял ее за плечи. После меня накрыла темнота.
... Холодно. Почему мне так холодно?
И что это за шум?
Я с трудом открыла глаза, и увидела сиреневую плитку и серебряный кран.
Несколько секунд спустя я начала чувствовать свое тело, я сидела на ком-то, и этот кто-то крепко обнимал меня, и на нас текла ледяная вода.
Я приподняла голову, руки, державшие меня, напряглись.
Я отстранилась и встретилась с тревожным взглядом карих глаз.
– Гром, - прошептала я, горло саднило.
Мы сидели лицом к друг другу, мои ноги были скрещены у него за спиной.
– Привет, - его пальцы скользнули по моей щеке.
– Что происходит? Почему мы в ванной? И почему так холодно?
– Холод уменьшает боль, - тихо сказал он.
– А...
– ко мне разом вернулись все воспоминания о сегодняшнем дне. Я дернулась, и он крепче сжал мою талию.
– Тихо-тихо, ты ведь не собираешься снова уйти?
– Нет, нет, не собираюсь, - я напрягла память чтобы вспомнить подробности, но все расплывалось в одно большое мутное пятно.
– Где Маша?
– Она со Стасом, у себя в комнате. Она так плакала, что начала заикаться, Валет увел ее, чтобы она упокоилась немного.
Я кивнула.
– Спасибо. Я ведь ничего не сделала ей? Я не помню...
– Нет.
Я выдохнула и снова положила голову ему на плечо.
– Почему вы тут?
– Маша позвонила. Ей было страшно за тебя, она не знала, что делать.
– Холодно... Ты не должен мерзнуть со мной.
Я почувствовала, как поднялась и опустилась его грудная клетка от тяжелого вздоха.
– Ты удивительно настырная, и пока твое тело не остыло, ты все время пыталась убежать, так легче было тебя удержать.
– Я уже контролирую себя, ты можешь отпустить..., - прошептала я, уткнувшись носом в его шею.
Его ладони соскользнули с моей спины и переместились на бедра.