Чтение онлайн

Но он гораздо менее глубок и скорее смотрит назад, чем вперед. Рад, что книжка до Вас дошла и пригодится.

Храни Вас Господь.

Ваш пр. А. Мень

Дорогая Юлия Николаевна! Спасибо, что Вы, несмотря на все глазные препятствия, все же пишете. Просьбу Вашу я понял, но сейчас у меня нет возможности пока ее выполнить. Однако я верю, что постепенно всё важное об о. С. будет собрано. Рад, что Ваша новорожденная уже вне опасности, если я верно Вас понял. Возвращаясь к вопросу об о. С., я подумал, что все же о нем уже есть много. Достаточно назвать труд Зандера, автобиографические записки и разделы о нем в историях русской философии и богословия. Сейчас готовится новый философский словарь. Там будет статья о нем. Есть о нем и в предыдущих двух словарях. Одним словом, кто будет им глубже заниматься, найдет обильный материал, кроме его собственных многочисленных трудов. Всегда молитвенно помню Вас и Екатерину Николаевну. Дай Бог Вам обеим сил.

Храни Вас Господь. Ваш пр. А. Мень

Дорогая Юлия Николаевна! Христос Воскресе! Простите, что не сразу Вам написал. Множество внешних испытаний и службы этого периода не давали сесть за стол. О некоторых событиях моей жизни Вам, вероятно, рассказал И. Вы размышляете о посте: возможен ли подвиг без него? Думается, что Ваши недуги и обстоятельства вполне вменяются Вам в пост. Вы из-за глаз и так многого лишены. По–прежнему в 9 утра я молитвенно буду с Вами. Я убежден, что все наши усилия содействуют не только нашему возрастанию навстречу благодати, но и служат общему делу Божиему, совершающемуся в мире. Наш долг — стоять твердо перед лицом зла мира: физического и прочего, сохраняя дух. Ведь это то самое, что делает Свет, который «во тьме светит».

Обнимаю Вас. Ваш пр. А. Мень

Низкий поклон Екатерине Николаевне.

Дорогая Юлия Николаевна! Как Вы? Как Ваша самочувствие? Сестра написала мне, за что я ей очень благодарен. Обеих Вас еще и еще раз поздравляю с праздником. Ее теплые строки как бы донесли до меня ее заботу о Вас. Спасибо ей. Как отрадно, что в такой момент рядом с Вами близкий и любящий человек. Впрочем, и издалека мы все с Вами, молимся, помним и желаем скорейшего выздоровления. Какие бы ни были трудности на Вашем пути, Он вас никогда не оставит (подчеркнуто Ю. Н. или Е. Н. Рейтлингер. — В. И.). Как вел, так и будет вести. По дороге, уходящей в бесконечность и свет. Сейчас, как всегда во время болезней, есть возможность продолжать писать самую лучшую свою икону: внутренний образ души, которая продала все свои сокровища, чтобы приобрести один большой драгоценный камень.

Храни Вас Господь.

Ваш пр. А. Мень

Простите за краткость. Все время в пути.

Христос Воскресе! Кончаются дни Пасхи, шлю Вам, дорогая Юлия Николаевна, праздничные приветы от всех и пожелания скорей поправляться. Искушения нередко поражают нас в самое уязвимое место, чтобы мы выстояли там, где труднее всего, — всё отдавая Ему и вручая Ему себя (ничего для себя). И у нас тут есть некоторые испытания, но Господь, надеюсь, не оставит нас [284] . Будем надеяться только на Него. Пусть Ваша болезнь и невозможность работать будет радостью пережить заботу и любовь сестры и временем внутреннего покоя. (Везде подчеркнуто Ю. Н. или Е. Н. Рейтлингер. — В. И.). «Господь просвещение мое и Спаситель мой…» [285]

Всегда Ваш

пр. А. Мень

Дорогая Юлия Николаевна! Пользуюсь случаем передать через Илью Вам низкий поклон, свою любовь, память и молитву. Хотя сейчас для меня время довольно сложное, но я верю в то, что Промысел с нами, и молюсь, чтобы Господь исполнил свою волю в Вашей удивительной, уникальной судьбе. Ежедневно Вас поминаю. Низкий поклон Екатерине Николаевне.

Любящий Вас Александр

Дорогая Юлия Николаевна! Пишу Вам на обычный адрес. Так посоветовал И. Встреча с ним была для меня радостной. Он явно растет. Хотя по–прежнему остается для него опасность погрузиться в сферу магического. Ваш почерк был в последнем письме немного лучше. Да будет воля Божия. Молюсь, чтобы Вам дано было жить в свете. Остро — как свое — переживаю Ваше состояние. Мы все молимся и за сестру Вашу Е. Н., которая так самоотверженно Вам помогает. И Вас я чувствую молодой через покров всех немощей и лет. У нас пока — без особых внешних изменений. Но надежда только на Бога. Времена ненастные.

Храни Вас Господь. Ваш пр. А. Мень

Дорогая Юлия Николаевна! Вижу, как Вам трудно. Будем надеяться, что эта полоса пройдет и всё отрегулируется. X. я, конечно, помню, и помню наш разговор. Несмотря на ее внутреннее ощущение, я, конечно, понимаю, что родственные корни влияют сильно. Но вера выше родства. На этом стояла вера Авраама, покинувшего дом. Авраама, которого и христиане и мусульмане считают своим отцом.

У меня сейчас крутое время. Но надеюсь, что постепенно всё придет в более «разреженный» темп. Поэтому-то и не писал долго. Но все время о Вас помню и молюсь. На днях жду к себе Вашу сестру.

Храни Вас Бог.

Дорогая Юлия Николаевна! Вы постоянно обе в моей мысли и памяти. Хотя не сразу постигаешь пути Промысла, но мы ведь знаем, что Он активно действует, когда мы идем навстречу Ему. С доверием и согласием. Без этого мы ввергаемся в хаос случайностного мира, в котором действуют стихийные силы. В этом разгадка противоречия в словах Христовых: 1) о людях, на которых упала башня, и 2) о том, что волосы на голове сочтены. Дай Бог, чтобы Ваша малютка избежала стихийных сил и наши молитвы оградили ее. Пусть не ослабевает в нас Вера, Надежда и Любовь.

Всегда Ваш пр. А. Мень

Дорогая Юлия Николаевна! Ежедневно вспоминая Вас и сестру, я ощущаю все Ваши трудности, но верю, что дух восторжествует над немощами плоти. Чудесным свидетельством этого является Ваше свежее восприятие Евангелия. Оно, действительно, неисчерпаемое. Я сам не раз переживал это: как будто бы читал, но воспринимается как нечто новое. В этом тайна Слова Божия. У нас всё идет по–прежнему. Малыши растут: внуку моему уже пять месяцев. Дети взрослеют, мы стареем телом, но не духом. Вероятно, Лёва Вам уже давно не пишет. Какие-то внутренние искушения подтачивали его долго и в конце концов фактически увели от Церкви. Но куда? Он написал мне прощальное, довольно сумбурное письмо, в котором заверял, что сохранил веру, но теперь пребывает в единстве с женой. Это намек на ее индийско–оккультные увлечения [286] . Наташа Комарова была у меня недавно. Она работает и выглядит неплохо, хотя ей трудно с детьми. Ее надежды восстановить семью окончательно погасли. Я понемногу работаю, везу воз и благодарю Бога, что есть еще силы выполнять свой долг. Как всегда, печали чередуются с радостями. За всё слава Богу.

Храни Вас обеих Господь.

Всегда молящийся и помнящий Вас

пр. А. Мень

Дорогая Юлия Николаевна! По почерку вижу, как нелегко Вам писать. Поистине затвор Ваш стал, как в пустыне Фиваидской. Всё это ощущается мною как нечто трудное, но знаменательное и важное для Вас. Говоря в католической терминологии, это своего рода чистилище, здесь на земле. Кажется, что Господь хочет вывести Вашу душу через «горнило». Молюсь за Вас и за Ваших близких. Долго не писал Вам, т. к. долго не был дома (мой настоятель был в отпуске), а теперь сам собираюсь уехать. Но и уехав, буду поминать Вас каждый день. Не знаю, смогу ли помочь Вашим друзьям (о которых Вы пишете), но пусть приедут, если смогут. Как движется Брайль? Хоть немного выходит? Что касается медитации, то вопросы, возникающие вокруг них, — это не плохо. Это пища для духа, даже когда нет сразу ответов. Но все же их нужно отсекать, когда сосредотачиваемся на священных словах.

Всегда мысленно с Вами и с Вашей сестрой. Вы мне дорогие и близкие люди. А это стоит над временем, пространством и немощами.

Храни Вас Бог. Ваш

пр. А. Мень

Дорогая Юлия Николаевна! Вернулся из отпуска и нашел Ваше письмо. Рад за М. Хотя самого по себе «батем» во младенчестве недостаточно (без дальнейшего), но все же я верю, что и это «посвящение младенца» облекает его какой-то незримой защитой [287] . Как хорошо Вы сказали: «дел много». Ведь, наверно, это самое главное — успеть здесь выложиться максимально. Всё это каким-то образом идет и «туда».