Чтение онлайн

– У себя. Спала. – голос взлетел на пару тонов и стал писклявым, будто мультяшным. Я прочистила горло и сухо добавила. – Что-то случилось?

Варламов внимательно изучал моё лицо, будто ища признаки лжи, поэтому я постаралась сделать его максимально не проницаемым.

– В доме кто-то был. – холодно выдал он. – Из моего кабинета пропали ценные бумаги. Твою комнату сейчас обыщут.

Я киваю. В голове складывается два плюс два. Черт, я должна ему сказать. В моей комнате вряд ли что-то найдут, но быть может мои слова помогут найти того, кто так беспрепятственно может расхаживать по чужому дому?

– А как он проник внутрь? – я перевожу взгляд на Костю. – Ведь снаружи везде видеонаблюдение и охрана.

– На камерах только свои. – сурово изрекает Варламов.

Я судорожно вздыхаю. И уже набираю в легкие воздуха, чтобы признаться, как на кухню тяжелыми шагами входит еще один мужчина.

Высокий брюнет в строгом черном костюме и белой рубашке. Глаза холодные, будто закаленная сталь. Острые черты лица с первого взгляда вызывают неприязнь, и я тут же опускаю глаза.

На его ботинки.

Сердце подпрыгивает и начинает стучать где-то в районе горла.

От неожиданности я вскакиваю с места и растерянно пялюсь на маленькую царапинку у самой подошвы. Черт! Да это же те самые ботинки! Я верчу головой, переводя взгляд сначала на Варламова, затем на Костю. Те с интересом наблюдают за моими безмолвными нелепыми действиями, ожидая, что я наконец что-то скажу.

В животе что-то кольнуло, и я замерла, нахмурив брови, прислушиваясь к своим ощущениям. Не прошло и секунды, как острая, режущая боль прошлась по всему телу. Я вскрикнула, и схватилась за живот, роняя телефон из рук. От боли из глаз тут же брызнули слезы.

Варламов подлетел ко мне и ухватил за локоть.

– Больно. – давлю я, моё лицо скривилось, а на лбу проступил холодный пот. Что происходит? Что-то с ребенком? Голова начинает отчаянно соображать, и я боюсь даже пошевелиться, чтобы не сделать еще хуже, так и стою, полу согнувшись и обхватив себя руками.

Взгляд падает на телефон, лежащий на белом кафеле. От падения он разблокировался, а по экрану пошла треснувшая паутинка. Но сквозь нее все равно отчетливо видно фото, которое я вчера сделала в кабинете Варламова. Боль отпускает, и я несмело делаю пару глубоких вдохов.

А Евгений Сергеевич переводит внимательный взгляд с моего лица на телефон. Отпускает локоть и берет смартфон в руки.

Молча разглядывает его пару секунд. Поднимает безжалостные глаза на меня.

– Ты была там? – его голос настолько злой, что я искренне желаю обладать способностью телепортироваться и сейчас оказаться как можно дальше от этого мужчины.

– Обыщи ее комнату. Сейчас же. – Варламов отдает амбалу приказ. Тот, сухо кивнув, подрывается с места и тут же отправляется на второй этаж.

Провожаю его взглядом.

Так, главное сохранять спокойствие. Ничего страшного, я сейчас ему все объясню, а то, что в моей комнате нет этих бумаг – лишь подтвердит мои слова. Ну куда бы я их дела?

Но как, черт побери сохранять спокойствие, когда будто весь мир против тебя? Будто сама вселенная хочет выставить меня перед Варламовым идиоткой и предательницей!

Глубоко дышу. Боль потихоньку полностью отпускает, и я медленно выпрямляю спину. Вздергиваю подбородок.

– Была. – произношу я как можно спокойнее и тяну руку за своим телефоном, но Евгений Сергеевич убирает его в карман своих брюк. – Я зашла туда случайно и никаких бумаг не брала.

– Когда? – его беспристрастный тон заставляет мурашки пробежать по спине.

– Сегодня ночью. – я делаю паузу и смотрю ему прямо в глаза. Я не вру. Пусть видит. Нет у меня никаких бумаг. – Клянусь, не брала. Мне незачем. Но я нашла это. – я киваю на телефон в его кармане, имея в виду те бумаги, на которых написано о якобы моей собственности. – И собиралась спросить Вас, что все это значит.

Варламов замолчал. Жёсткий прямой взгляд и играющие от гнева скулы. Он стоял, широко расставив ноги и убрав руки в карманы. Смотрел на меня с высока, словно я безродный щенок, по случайности забредший в дом хозяина. И сейчас он думает, стоит ли приласкать меня или выгнать за порог жестким пинком.

– Ничего нет. – вернувшийся амбал посмотрел на Варламова и пожал плечами.

– Хорошо проверил? – переспросил Евгений Сергеевич, все еще не сводя с меня взгляда.

– Да там и спрятать то особо негде. Из дома она не выходила.

– Я видела кое-что. – голос дожит, и я боюсь взглянуть на брюнета, который пару минут назад вошел на кухню и до сих пор сохранял молчание. Слишком угрожающе он выглядит, и я буквально кожей чувствую исходящую от него опасность.

Евгений Сергеевич вопросительно приподнял бровь. Его выражение лица вовсе не придавало мне смелости. Оно было скорее иронично недоверчивым и, казалось, что бы я сейчас не сказала, в его голове не возникнет и мысли, чтобы поверить.

– Я изучала бумаги, в которых было написано обо мне. – я сглатываю ком в горле, потому что я всех их боюсь черт побери! Я будто бедная овца, оказавшееся в критической близости от стаи голодных волков. Одно неверное слово и с меня три шкуры спустят. Но выхода нет и выкладываю все начистоту. – Я услышала шаги. Это было в начале четвертого. Я помню, потому что в три я еще была на кухне. Я ела. А затем я пошла… осмотреться. И случайно забрела в Вашу спальню. И кабинет.

– Господи, что ты видела? – резко перебивает меня Варламов, не выдерживая.

– Его! – я оборачиваюсь на брюнета. В кухне повисает молчание. – Я услышала, что кто-то зашел в спальню и спряталась под стол. В кабинет вошел мужчина, он что-то взял со стола.

Варламов нахмурил брови, переводя колючий взгляд то на меня, то на брюнета, который уже собирался что-то ответить, но Евгений Сергеевич остановил его жестом, приказывая молчать.

– Как ты могла его видеть, если сидела под столом?

– Я видела его ботинки. – на выдохе произнесла я. Да, теперь я вижу, как глупо это звучит, но, черт, я уверена!

– Ботинки? – все-таки встрял в наш диалог брюнет. Его голос такой же неприятный, как и лицо.

– Ботинки. – обреченно повторила я. – У меня фотографическая память. На его ботинках царапина возле подошвы. А еще они дорогие, но грязные. Я точно знаю, что видела их.

Кажется, внимание всех присутствующих в этот момент было тут же устремлено на ботинки брюнета. Четыре пары глаз усердно искали царапину возле подошвы.

– Ты что несешь, курица? – усмехается брюнет, но тут же натыкается на каменное лицо Варламова. – Евгений Сергеевич, Вы же знаете, я бы никогда.