Отец моего бывшего парня. Наследник Империи
Шрифт:
В помещении повисает неловкое молчание. Делаю большой глоток сока.
– Я хотела сказать, Костя не виноват в том, что случилось… – я запинаюсь, потому что взгляд Варламова тут же меняется, будто покрывается коркой льда. Секунду раздумываю, стоит ли вообще продолжать, и прихожу к крайне неверным выводам. – Это я попросила его ждать у входа тогда. Предполагаю, что он ничего не мог сделать, потому что тощий вынес меня через аварийный выход.
– Хочешь, чтобы я вернул его на работу? – его тон настолько без эмоциональный, что если бы я не видела перед собой человека, подумала бы что разговариваю с роботом.
– Да. – робко заявляю я.
Жалко мне просто этого чертового Костю. Да и совесть грызет, что он лишился из-за меня работы. Думаю, если бы мог, он бы сделал все возможное, чтобы не допустить того, что случилось. Почему-то мне хочется в это верить.
– Он тебе нравится, да? – с усмешкой спрашивает Варламов.
– Что? Нет! – Господи, неужели он и вправду так считает? Я думала, те слова в машине, насчет того, что я соскучилась по Косте, были всего лишь издевкой. Но теперь сильно в этом сомневаюсь.
Варламов одаряет меня ироничным взглядом, давая понять, что не верит.
Поджимаю губы и встаю с дивана. Не считаю нужным оправдываться и что-то ему доказывать.
Извини, Костя, я пыталась.
– Зря я спросила. – рассерженно бросила я и уже развернулась, чтобы уйти и оставить Варламова в гордом одиночестве дальше гонять свои супер – важные мысли в своей голове, но запястье неожиданно обжигает от прикосновения.
Хотя прикосновением это назвать сложно, скорее захват. Стальная хватка оплетает мою руку и дергает на себя. Я еле удерживаюсь, чтобы не вскрикнуть. Поддаюсь. Перестаю дышать.
Холодные глаза смотрят прямо на меня. Сердце начинает стучать как сумасшедшее.
Очень медленно, миллиметр за миллиметром мужчина притягивает меня к себе.
В один момент обстановка вокруг нас изменилась. Тишина стала слишком давящей, тусклое освещение слишком интимным.
Я чувствую его холодные пальцы на своем запястье и кожу в этом месте будто щиплет тысяча микро иголок.
Хочется гордо задрать подбородок. Сказать: «Немедленно отпусти!» Вырвать руку и убраться от него подальше, но… Я не могу. Потому что это желания разума. А вот тело требует совсем другого.
Поэтому я молчу, и лишь смотрю на него во все глаза. Мужчина выглядит сейчас как хищник, загнавший свою добычу в угол. Будто уже заранее знает, что у нее нет шансов на спасение и теперь просто играется, теша свои инстинкты охотника.
Еще один жесткий рывок и я не удерживаю равновесие. Сажусь ему на колени. Все тело будто обмякло, как у тряпичной куклы.
Он осторожно отпускает моё запястье, словно проверяя реакцию. Не сбегу ли? Но я сижу не шелохнувшись. Уже через секунду его ладони впиваются в мои бедра, сжимая их до боли. Я прикрываю глаза.
Наверное, в глубине души я уже знала, что рано или поздно это произойдёт, поэтому сейчас даже не думала сопротивляться. Не хотела сопротивляться. Отдавала себя в его руки.
Мужчина провел рукой по моей талии, очертил грудь сквозь тонкую ткань шелкового халата, прикоснулся к щеке и скользнул большим пальцем к губам, приоткрывая их.
Притянул ближе к себе.
Я закрыла глаза.
А в следующий миг ощутила его губы на своих.
Неужели это действительно происходит? Но анализировать что-то совсем не хочется. Хочется просто отдать себя в его сильные руки и утонуть в этих прикосновениях.
Запах его парфюма, который так сводит меня с ума, сейчас буквально осязаем. Он перемешался с нотками дорогого табака, алкоголя и жасминового кондиционера для белья, который использует экономка при стирке одежды.
Я чувствую легкое покалывание от щетины на своих губах, от чего они тут же становятся красными и немного припухшими.
Халат уже давно задрался почти до пояса, потому что я еложу на коленях мужчины оголенными ягодицами, прикрывает которые лишь ткань трусиков. Я чувствую его эрекцию. Такую сильную и отчетливо проступающую через плотную ткань брюк.
Выпускаю ему прямо в губы глухой стон, потому что в этот момент он запускает руку под ткань трусиков и стягивает их наполовину одним резким движением. Упирается ладонями в мои ягодицы, и вдавливает меня в себя. Чувствую, как между ног собирается влага. Господи, я никогда в жизни не возбуждалась так быстро. Неужели это гормоны беременности так влияют? Неужели они виной тому, что я послала здравый рассудок к чертовой матери и сейчас сижу верхом на мужчине, которого еще две недели назад боялась до ужаса в глазах?
Но его движения не дают мне думать. Они настойчивые, жадные и жесткие. Требующие полного подчинения.
Мужчина обхватывает мою талию. Его руки кажутся такими большими в сравнении с моим хрупким телом, что кажется если он приложит чуть больше усилий – просто сломает меня. И я понимаю, что в этот момент моё собственное тело не принадлежит мне. Им владеет он. Мое личное Чудовище. Мужчина, которого я так ненавижу. Мужчина, которого я так хочу.
Он немного приподнимает меня и укладывает на широкое кожаное кресло. Наваливается сверху. Мои широко распахнутые глаза говорят сами за себя. Наверное, в них сейчас миллиард различных эмоций, смешавшихся воедино.
Его зрачки расширены. Он блуждает взглядом по моему телу, пока развязывает халат. Распахивает его. Водит ладонью по ребрам. Снимает трусики, а потом впивается губами в мою грудь. Тело выгибается, каждая клеточка кожи пульсирует, отбивает в такт словам, стучащим в висках «Хочу. Хочу. Хочу.»
Перед глазами все меркнет. Очертания гостиной будто расплываются, и фокусе внимания остается только он. Его холодные ледяные глаза, которые сейчас пылают огнем. Черная дорогая рубашка, расстегнута наполовину. Господи, я даже не заметила, когда я успела ее расстегнуть. Лишь кончики пальцев до сих пор горят от прикосновения к его горячей коже на спине и груди.
Он приподнимается и снимает рубашку полностью. Расстегивает ремень на брюках.
Мужчина смотрит мне прямо в глаза.
– Ты уверена? – низкий, волнующий голос заставил по коже пробежать толпу мурашек.
Что? Он шутит? Я сейчас буквально взорвусь от желания, которое меня переполняет, а он спрашивает?
Но во рту пересохло от волнения, поэтому я просто киваю.
Варламов, получив моё прямое согласие, не мешкая, снимает брюки и черные боксеры. Мои щеки заливает пунцовая краска. Я тут же отвожу взгляд от его напряженного члена. Но мысли уже не остановить. Почему он такой большой? Как это вообще должно в меня поместиться? Господи, у Дениса был намного меньше. Тут же прикусываю язык, думать о Денисе в такой момент вообще не самая лучшая стратегия.