Чтение онлайн

– На «ты», курносая, – напомнил он. – Мне все нравится.

– Когда мы уйдем отсюда? – задала я главный вопрос. – Зачем вообще вам девушки на таких встречах? Просто украшение для стола?

– Без девчонок мы попереубиваем друг друга, – ответил Реван. – Как ты понимаешь я кручусь не в светском обществе. Да, обычно девушки на таких встречах чисто для эскорта. Предмет мебели. И на разговор они по логике вещей не влияют. Но их присутствие реально работает. Разговор проходит спокойнее, а итог достигается быстрее. К тому же каждый мужик хочет поскорее трахнуть свою спутницу, поэтому и договариваться получается побыстрее. Ну и после таких встреч всю невысказанную агрессию можно трансформировать в секс. Очень горячий и классный.

– Перестаньте, – я нахмурилась. – Я не стану с вами спать!

– На «ты», – рыкнул Реван. – Еще раз мне «выкнешь», я тебя реально отымею. Ясно?

Я уже приготовилась съязвить, но поймала себя на том, что моя реплика будет снова через «вы», поэтому я вовремя прикусила язык.

Тем временем мы подошли к туалету, и Реван кивнул мне на нужную дверь с женским силуэтом.

– Пожалуйста, зайди со мной, – попросила я. – Просто посмотри чтобы там никого не было.

– Курносая, иди, никто тебя не тронет... – начал он, но ему вдруг понравилась моя просьба и он передумал. – Хорошо, пойдем.

Реван повел меня, но уже к другой двери – с мужским силуэтом. Я не стала противиться. Главное, чтобы Реван был рядом, если ко мне опять кто-то пристанет.

В мужской уборной оказался один мужчина, и он оглядел меня так же сально, как и все смотрели в этом клубе. Я инстинктивно прижалась к Ревану, а он довел меня до кабинки. Затем проверил чтобы там никого не было, завел меня внутрь и закрыл дверь.

– Сосет нормально? – спросил тот самый мужчина, а я застыла в своей кабинке.

Как Реван не понимает, что опасность меня здесь подстерегает на каждом углу?! Или может быть ему самому нравится, что все местные мужики меня хотят? Он не понимает, что если эти озабоченные объединятся, то легко вырубят Ревана, а меня пустят по кругу?

– Расслабься, – ответил Реван тому мужчине, – не для тебя девочка.

Тот фыркнул и вышел, и на несколько секунду в туалете воцарилась тишина.

– Сладкая, все в порядке? – спросил Реван, и выдернул меня из задумчивости.

– Да, – ответила я. – А ты можешь закрыть уши?

Судя по звуку Реван стоял прямо возле моей кабинки и мог все услышать, а мне бы не хотелось падать настолько низко.

– Закрыл, – усмехнулся он.

Я не смогла бы это проверить, поэтому просто сделала все свои дела, и тихонько открыла дверь.

– Никого нет? – спросила я.

Реван загораживал мне весь обзор, так что я ничего не могла разглядеть за его широкой спиной.

– Никого, – произнес он и за талию прижал меня к себе.

– Пожалуйста, давай уйдем, – снова взмолилась я. – Мне так страшно. Прошу тебя!

– Мы уйдем когда я закончу с делами, – спокойно, но строго ответил он. – Иди мой руки.

Чуть ссутулившись от страха, я подошла к столешнице с раковинами и огромным зеркалом во всю стену.

Мысль, что нужно провести в этом месте еще сколько-то времени была невыносимой, и я решилась на сделку.

– Я поцелую тебя, – я взглянула на Ревана через зеркало. – И мы сразу уйдем?

– Нет, – он подошел ко мне вплотную и прижал к столешнице. – Мы уйдем когда я закончу с делами.

Он взял мои руки в свои и стал намыливать мне ладони, а затем себе.

В отчаянии я опустила голову. Я чувствовала себя сейчас еще более беспомощной, чем когда Реван пристает ко мне.

– Тебя никто не тронет, сладкая, – в очередной раз пообещал он, когда смыл мыло с наших рук. – Кроме меня. И сейчас ты подаришь мне свой поцелуй. Я выполнил условие и проводил тебя...

– Нет! – я попыталась вырваться, но Реван заблокировал мне все пути к отступлению. – Не смей!

– Посмею, – хищно улыбнулся он, сжал меня в своих объятьях-тисках и жадно припал к моим губам...

Я замычала, выражая свое возмущение, и уже хотела начать сопротивляться. Я занесла кулачки в воздух, чтобы как-то обрушить их на Ревана, но застыла на месте.

Сейчас я боялась ударить Ревана и остаться без его защиты. Без него мне, наверное, не покинуть этот притон.

Реван как будто понял мои мысли, поэтому на мгновенье разорвал поцелуй и не спеша развернул меня к себе лицом. Теперь он хотя бы не сворачивал мне шею, чтобы продолжать целовать дальше.

– Ну, сладкая, – шептал он мне в губы. – Не бойся. Поцелуй меня. Смотри я тебя ни к чему не принуждаю. Даже не тискаю, хотя мне этого очень хочется.

– Ты зажал меня со всех сторон, – воинственно прошептала я, а мужчина лишь довольно ухмыльнулся.

Сейчас я боялась совершить даже самую маленькую ошибку. А что если Реван захочет проучить меня и сделает что-нибудь ужасное? Хотя чтобы сделать что-то ужасное, тут достаточно просто «не сделать ничего». Оставить меня в этом туалете, и неизвестно доживу ли я до утра или нет.

– Мне страшно, – прошептала я.

– Я вижу, – его горячее дыхание жгло мне губы. – Просто поцелуй меня, и я заберу все твои страхи.

Я решительно мотнула головой.

– Поцелуй, сладкая, – он вдруг вполне бережно погладил меня по щеке костяшками пальцев.

Конечно, нежностью это было сложно назвать: его шершавые грубые руки никак не могли бы доставить ласку, но все же в этом движении была какая-то осторожность и даже забота.

Но все равно это не могло заставить меня поцеловать его. И как отказать, чтобы не нарваться на месть?

– Я поцелую, – решилась я, – но у тебя в машине.

– Нет, Анфиса, – он еще теснее сжал меня в объятьях, – ты мне условия ставить не будешь. Никогда. Я хочу здесь и сейчас.

Я сжала губы на его последние слова.

Ишь! Хочет он! Перехочет!

Но что же я могла сделать? Как поступить по-другому?

– Можно хотя бы не в туалете? – я схватилась за последнюю отмазку. – Тут ведь антисанитария...

– Поверь, лучше сделать это наедине, – он растоптал и эту надежду. – Если в коридоре нас кто-то увидит, то захочет тебя. Тогда без травм для этого урода не обойдется.

Я понимала что выхода нет.

– Реван, пожалуйста, – я жалобно взглянула на него.

– Нет, Анфиса, – он сжал меня за талию, и теперь я ощутила его страсть.

Похоже его заводят даже мои мольбы.

Вот ведь маньяк!

– Целуй, курносая, – он склонил голову. – Я едва держусь. Если ты меня промаринуешь еще хоть минуту, я просто усажу тебя на эту столешницу, задеру твою юбку и так отласкаю, что ты больше не сможешь думать ни о ком, кроме как обо мне.

Я еще жалобнее взглянула на него.