Чтение онлайн

Во время последней заупокойной литургии Федор, подобно каменной статуе, безмолвно стоял перед гробом своей усопшей жены, но с наступлением отпевания вдруг залился слезами и стал произносить свои немудреные, но сердечные причитания: "Ты, дорогая моя, неоцененное сокровище, данное мне от Бога, как дар, который я не оценил. Ты уходишь из этой жизни к вечному блаженству, как мученица от моих побоев. Прости меня!" После смерти жены Федор совершенно переменился. Вероятно, по ее молитвам он стал смиренным, кротким и совершенно трезвым человеком. Возвращаясь с рынка, он по пути всегда заезжал на могилу своей жены, буквально орошал ее слезами и при этом оглашал воздух громкими рыданиями. Все односельчане при звуках этого плача обычно сдержанно говорили друг другу: "Опять Федор Алексеевич плачет над могилой своей жены." Однажды Федор на могиле так рыдал, что не выдержало его сердце, и он предал здесь свою душу Богу. Его нашли мертвым, прислонившимся головой к могильной насыпи. Так смиренная жена, при жизни не приведшая своего мужа к покаянию, своим посмертным предстательством за него перед Богом исходатайствовала ему спасительный дар покаяния." (Троицкие листки с луга духовного. С. 126).

См. также: Супруги № 1121 ; Целомудрие № 1194 .

1124. Индийский царевич Иоасаф воспитывался в полном довольстве; но когда он узнал, что существуют болезни, старость и смерть, он понял, что нет истинного счастья на земле; преподобный Варлаам, обратив царевича ко Христу, доказал ему, что истинное счастье не на земле, а на Небе

Когда у индийского царя (в то время гонителя христиан) Авенира родился сын Иоасаф, то он, созвав мудрецов, стал спрашивать о судьбе своего сына. Старейший из них высказал такое мнение: "Сын твой наследует не твое царство, но другое, лучшее. И думаю, что он примет христианскую веру." Авенир опечалился и, желая предотвратить предсказание, велел устроить новый, прекрасный дом и в нем повелел жить своему сыну безвыходно. Вместе с тем он приставил к нему несколько пестунов и строго наказал им, чтобы они, когда сын его станет что-нибудь понимать, совсем не говорили бы ему ни о смерти, ни о старости, ни о болезни, ни о нищете, но сообщали бы только радостное и веселое, для того, чтобы он вовсе не знал печали. Прошло несколько лет, Иоасаф подрос и однажды ближайшему из своих пестунов сказал: "Ты мне будешь теперь истинным другом. Только скажи, почему отец держит меня в этой палате безвыходно?"

Тот подробно рассказал ему обо всем. Увидев вскоре после этого отца, Иоасаф сказал: "Знай, отец, что я нахожусь в великой скорби и печали из-за того, что ты не выпускаешь меня из дома." Авенир сжалился и позволил ему выезжать, но приставленным к нему людям снова наказал, чтобы сын его не видел ни стариков, ни нищих, ни глухих, ни слепых, чтобы все они непременно были прогоняемы от тех мест, где будет проезжать его сын. Повеление исполнялось. Но однажды, когда Иоасаф увидел, что окружавшие его гнали прокаженного и слепого, то с удивлением спросил: "Что это за люди?" Ему отвечали, что это несчастные, которых постигла болезнь. Иоасаф опечалился и грустный поехал домой. На пути ему еще пришлось встретить старца, хромого, седого, мрачного лицом и беззубого. "Это кто?" — спросил Иоасаф. "Это, — сказали ему, — человек престарелый, он постепенно изнемогает и ждет смерти." — "О горькая жизнь эта, — воскликнул тогда царевич, — горькая и исполненная всякой печали!" Теперь не покидала Иоасафа великая скорбь, и он спрашивал себя: "Где же истинное счастье?" Этот вопрос, однако, к его утешению, вскоре был для него разрешен. Посланный к нему по особенному откровению преподобный Варлаам доказал, что истинное счастье не на земле, а на Небе, и Иоасаф убедился в этом. Крестив свой народ, Иоасаф ушел к Варлааму в пустыню, провел в ней тридцать пять лет в посте, молитве и слезах и затем мирно почил о Господе. (Прот. В. Гурьев. Пролог. С. 193).

См. также: Вера № 122 ; Верность № 128 ; Воздержание № 158 ; Женщина мудрая № 269 ; Искусительница № 283 ; Клевета № 309 ; Кротость № 361 ; Любовь к Богу № 405 ; Мудрость №№ 543 , 560 ; Мужество № 564 ; Обет № 675 ; Отречение от Бога № 691 ; Помыслы № 822 ; Самоотвержение № 965 ; Целомудрие №№ 1190 , 1195 — 1196 .

1125. Преподобный Савва остался тверд и не склонился на просьбы родителей вступить на службу в отряд отца

См. также: Любовь к Богу .

Когда преподобный Савва пришел на послушание в Александрию, то мать его София и отец Иоанн, который начальствовал над отрядом исаврян, узнали его. Они убеждали его остаться в Александрии и поступить на воинскую службу так, чтобы быть первым в отряде. Но он отверг их уговоры и сказал: "Я поступил на военную службу к Царю всех — Богу и не могу оставить этой службы. Тех, которые хотят отвлечь меня от Него и всеми силами стараются принудить к этому, я не могу называть своими родителями. Я твердо намерен остаться с этими мыслями до последнего вздоха и надеюсь скончаться, ведя святую жизнь подвижника." При всем своем старании не сумев ослабить его твердости и удержать его у себя, родители стали давать ему двадцать монет на издержки, но он не принял их. Но потом, видя, что они этим очень опечалились, им в угоду взял только три монеты и поспешно вышел из Александрии вместе с Иоанном, с которым он пришел. Вернувшись в Киновию, три монеты он отдал в руки великого Феоктиста. (Палестинский патерик. Вып. 1. С. 11).

1126. Увидев свой монастырь разоренным злодеями, святой Евфимий не поколебался духом, но возблагодарил Бога и к тому же побуждал свою братию

См. также: Благодарение в скорбях ; Мужество

Однажды злодеи, явившись в монастырь святого Евфимия Афонского, расхитили священные сосуды в церкви и небольшой хозяйственный запас. Но не удовлетворился этим доброненавистник. Он возбудил свое орудие — сарацин — на крайнюю и бессмысленную ярость. Они разрушили до основания церковь и стены монастыря и, оставив после себя развалины, удалились. Возвратившись из леса со своей дружиной и увидев свой монастырь в таком жалком и достойном слез положении, святой понял, что злодеи простерли свою ярость на сами здания без всякой для них самих пользы, конечно же, по действию лукавого. Но малодушие и ропот были далеки от святого Евфимия. От всей души благодарил он Бога за посещение его и скорбью, и милостью. Скорбью потому, что злодеи лишили его имения, а милостью потому, что жизнь его и тех, кто был с ним, сохранилась. Воодушевлял он также и свое братство, вооружал их против малодушия, укрепляя своими отеческими и святыми наставлениями. (Афонский патерик. Ч. 1. С. 169).

См. также: Бесстрастие № 24 ; Благодарение в скорбях № 35 ; Блудная брань №№ 51 , 68 ; Болезни №№ 98 , 100 — 102 , 109 - 110 , 112 ; Вожделение № 146 ; Воздержание № 158 ; Гнев № 183 ; Грех № 195 ; Доброделание № 245 ; Келия № 305 ; Клевета № 308 ; Кротость № 367 ; Любовь к ближним №№ 393 , 397 ; Месть № 426 ; Мужество № 565 ; Незлобие №№ 622 , 627 ; Обида № 677 ; Осуждение № 688 ; Помощь Божия № 801 ; Помыслы № 818 ; Послушание № 840 ; Постоянство № 849 ; Праведник № 874 ; Святой № 998 ; Смирение №№ 1045 , 1055 ; Супруги №№ 1122 — 1123 ; Храм № 1183 ; Целомудрие № 1196 .

1127. Мужественное перенесение преподобным Антонием Новым испытаний в обители

Преподобный Антоний Новый за все годы своего пребывания в пустыне не носил обуви. Оказавшись в обители, он одежду и обувь износил. Между тем наступила зима, Антоний страдал от мороза. Игумен видел это, но не давал ему одежды, желая доставить ему духовную опытность и духовное преуспеяние. Особенно тягостно от мороза было ногам. Братия, видя его в такой нужде и в таком страдании, соболезновали ему: кто подстилал овечью кожу под ноги, кто подавал ему сандалии, чтоб он обулся в них. Но доблестный страдалец и гражданин Вышнего Иерусалима Антоний ничего не принимал. Он взирал на настоятеля и говорил братии: "Я точно знаю, что отец наш видит мою нужду, и на него возлагаю все мое попечение. Когда Бог возвестит ему, тогда он даст мне нужное за мое смирение." Миновала лютая зима, наступило и прошло лето, потом осень. Антоний оставался полуобнаженным. Игумен не обращал на его нужды никакого внимания. Видя себя в такой наготе и страдании, побежденный бесовскими помыслами Антоний пришел однажды к игумену и сказал ему: "Владыко! Если монастырь так беден, что не может снабдить меня необходимым, то позволь мне спросить нужное у моих знакомых." Блаженный пастырь, услышав это, отвечал: "Монастырь мой питает всю братию о Христе, неужели тебя одного не может пропитать и одеть? Сначала мы слышали о тебе, что ты подвижник и терпеливо переносишь телесные страдания, теперь же я не вижу в тебе ничего того, о чем все говорили. Ты расточил все свое имение ради Бога, вдался в подвиги и нищету, безмолвствовал в пустыне много лет, терпя доблестно наготу тела и всякую нужду. Придя же к нам, ты оказался малодушным и нетерпеливым. Подвергнувшись ничтожным лишениям с целью духовного образования, ты немедленно начал искать успокоения, подобно проводящим нерадивую жизнь, нисколько не имеющим в виду великое мздовоздаяние Христа, Бога нашего." Страдалец Христов Антоний, выслушивая эти жестокие слова игумена, стоял и молчал, подражая Христову смирению. Осыпав его всевозможными укоризнами и досаждениями, отец прогнал его. Антоний вышел от игумена молча и ежедневно умывал себя слезами, удручая тело различными подвигами. (Еп. Игнатий. Отечник. С. 76).

1128. Инок все случающиеся искушения переносил терпеливо и за все благодарил Бога

См. также: Благодарение ; Искушения

Сказал некий старец: "Когда попустится искушение человеку, то со всех сторон умножаются напасти." При этом старец рассказал следующую историю: "Некий брат безмолвствовал в келии, и нашло на него искушение: никто не хотел принимать его в своей келии. Если кто встречался с ним, то отворачивался и на приветствие не отвечал. Если он нуждался в хлебе, никто не давал ему. Когда возвращались братия с жатвы, никто не приглашал его, как это обычно бывало, к трапезе. Однажды он пришел с жатвы, и не было у него в келии ни кусочка хлеба. Но брат принес, как приносил и во всех подобных случаях, благодарение Богу. Бог, видя его терпение, отъял искушение, и кто-то постучался в двери. Это был неизвестный человек из Египта. Он привел верблюда, навьюченного хлебами. Брат, увидя это, заплакал и сказал: "Господи! Недостоин я потерпеть и малой напасти." По прошествии искушения братия сделались приветливыми и в келиях, и в церкви, начали его приглашать к себе для утешения пищей." (Еп. Игнатий. Отечник. С. 485. № 91).

1129. Пустынник не прогонял мальчиков, беспокоивших его, желая образовать в себе навык терпеливо переносить все случающееся

См. также: Ближний

Братия пришли к некоему святому старцу, безмолвствовавшему в пустынном месте, и увидели вне его монастыря мальчиков, пасущих скот и произносящих неприличные слова. Повидавшись со старцем, исповедав ему свои помышления и ощутив душевную пользу от его наставления, братия спросили: "Авва! Почему ты позволяешь этим мальчикам быть близ тебя и кричать непристойно?" Старец отвечал: "Поверьте мне, братия, бывают дни, что порываюсь запретить им, но останавливаю себя, говоря: "Если я не снесу этого малого беспокойства, то как снесу большее искушение, если попустит его Бог?" По этой причине ничего не говорю им, чтоб образовался во мне навык терпеливо переносить все происходящее." (Еп. Игнатий. Отечник. С. 516. № 139).