Чтение онлайн

— Зачем ты так? — Поинтересовалась «Жертва».

— Было видно, что он лжёт. А я не люблю, когда мне лгут.

— Ясно…

— Спорить не станешь? — Спросил я.

— Нет. Я понимаю. Думаю, ты прав. Я тоже не люблю, когда мне врут. Но без вранья не обойтись… — Ответила она.

— Раз ты понимаешь это, то ты должна понимать и то, что ему совершенно не было дело до тебя или меня. Его извинения пусты и бесполезны, как и он сам.

— Да… и я это я тоже понимаю…

— Тогда зачем приняла их? Теперь он от тебя не отвяжется.

— Зачем приняла? Ну… мне просто уже всё равно что он скажет или что скажет кто-то другой. Мне важно, что я знаю правду, что та девушка знает правду, и что ты её знаешь.

— Какую правду?

— Правду, что я просто жертва обстоятельств и ничего больше…

…

После того как ушёл «Сорняк» прошло примерно минут сорок и я начал собираться с мыслями перед походом в комнату казни и последующего зрелища в ней. Конечно, к этому ментально полностью подготовиться невозможно, но это всё же зависит от человека и не только от того кто смотрит на эту казнь, но и от того кого казнят, кто казнит и кто смотрит на это так же как и ты сам.

— Ну что, идём? — Спросил я «Жертву» поднимаясь с кресла.

— Куда? — Недоумевала она.

— Чем ты слушала? На казнь. Время подходит.

— А…ну…я не пойду… — Ответила она.

— И почему же? — Поинтересовался я.

— Не хочу смотреть на такое. Мне было достаточно видеть одну смерть. Не хочу видеть и другую тоже. Тем более видеть смерть человека, которого я знала. Видеть его тело…и…мне не очень хочется наблюдать это снова.

— Снова? — Перебил её я.

— Эм…ну… снова видеть всё это…кровь…тело… — Сказала она.

— Понятно. Но…

— Но?

— Я думаю не нужно объяснять, что это ничего не изменит. То, что тебя там не будет, ещё не значит, что он не умрёт или что его тело не лишиться пары литров крови. Это ничего не меняет. Просто ты не увидишь это воочию. Пока. Ведь, скорее всего, в конце концов, ты всё равно увидишь его тело, рано или поздно узришь, в той или иной ситуации, тем или иным образом.

— Тавтология? — На сей раз, она прервала меня.

— Нет. Просто разглагольствую. Но сути это не меняет. От того что ты не придёшь ты не спасёшь ни его от смерти, ни себя от осознания того что он будет убит.

— Но разве это не относится ко всему? Ну, я имею в виду, что все мы когда-нибудь умрём. Тогда, получается, по твоей логике стоит и по этому поводу «загонятся»?

— И, да и нет. Да все мы умрём, и нет, по этому поводу загонятся не стоит. Есть отличие между этой ситуацией и самой смертью в целом.

— И какая же разница? — Спросила «Жертва».

— В неожиданности. А здесь, ты точно знаешь, что человек умрёт, и ничего с этим поделать ты не можешь.

— …-Не смогла и слова вымолвить она.

— В общем, ты не идёшь, так? — Вернулся к изначальной теме я.

— Да… но постой, зачем ты идёшь? — Попыталась узнать она.

— Что бы проследить. — Сократил ответ я.

— Что бы проследить за чем? — Переспросила она.

— За тем как всё пройдёт и за тем, что бы всё прошло «гладко».

— Это как то не так звучит по отношении к казни… «что бы всё прошло гладко»… это же чьё то убийство, здесь не может идти всё «гладко».

— Ну. Мне нет до этого сейчас никакого дела.

— «Никакого дела»… — Повторила она.

— Именно, никакого дела. Как я и сказал.

— А может, всё-таки не пойдёшь? — Снова заладила она.

— Даже не упрашивай. Я иду в любом случае. А ты тогда сиди здесь и не выходи, раз не хочешь идти.

— Я…хорошо…

— Вот и договорились. — Закончил я и уже стоя около двери открыл её и начал выходить за порог.

— Всё же ты не умеешь врать~~

— Что? — Спросил я.

— Ничего. Всё хорошо.

— Ага. — Под конец согласился я.

— Надеюсь, всё будет хорошо…. Удачи~~

Этот шёпот я проигнорировал…

Как обычно происходили казни.… Был палач, был обвинённый и были наблюдатели. Обычная такая расстановка. Даже сейчас в такое время, когда казни дело редкое, они всё равно остаются частью этого мира. Его историей. Палач это само собой разумеющееся. Он неизменен. Он всегда есть в независимости от того каким способом будет кто-то казнён и где. Обвинённый тоже никуда не делся. Всегда есть тот, кто принимает эту казнь. Даже если не хочет умирать, даже если эта казнь и не нужна была вовсе, он всё равно обвинённый и он всё равно получит свою «награду». Палач и обвинённый это два связанных между собой объекта. В момент казни, это самые близкие люди. Настолько близкие, что обвинённый это и есть палач. Ведь совершая тяжкое преступление, такое как убийство, мы становимся палачом не только для цели этого убийства, но и для себя самого, в конечном итоге исполняя для себя свой собственный приговор.

Но обращал ли кто внимания на ту толпу стоящую поодаль? На тех людей, что глазеют на это действо? Кто эти люди? По какой причине они здесь? Что им нужно? За исключением близких людей, которые пришли «проводить в последний путь» там есть и незнакомые лица. Кто же это? Ответ: Это люди что пришли посмотреть не на то кто умирает и как, а на то насколько правильна его казнь, насколько она справедлива, насколько она уродливо-красива. Это обычные люди. Они такие же, как и все. Они такие же, как тот, чью жизнь оборвут. Они такие же, как ты. Они это твоё искажённое отражение. И единственное отличие между тобой и ими, это то, что на их «казни», ты не сможешь присутствовать.

…

И вот оно. Место казни. Все уже собрались. Кроме разве что тех, кто не пришёл. Не было «Жертвы» что отказалась идти. Не было доктора, который наверняка где то снова лежал в припадке. И не было девушки, что так мне и не ответила. Я пытался докричаться до неё. Напомнил ей, что казнь скоро начнётся, думая, что ей не сказали, попытался разговорить, но безуспешно. В ответ на мои слова была ли пустота. Абсолютное ничто. Сначала я, конечно, подумал, что она уже там, и я даже надеялся что она там, хоть это бы и значило, что я просто кричал на дверь, но когда спустился вниз и дошёл до комнаты, здесь её тоже не было. Может ей тоже не хотелось видеть как кто-то умирает подобным образом, а может она просто не хотела видеть меня из-за того что случилось. Причина могла быть любой.

Кроме не пришедших все уже были на месте. Здесь и судья «Сорняк» и оклемавшийся после падения с лестницы «Принц», который изредка косо на меня поглядывал и сжимал кулаки. А также констебль «Муха» и даже горничная «Недотрога» с дворецким «Шестёркой». Ну и само собой «виновник торжества» сам палач во всех смыслах этого слова «Бульдозер». Он не изменился с того самого момента когда я видел его в последний раз, всё тот же пустой опущенный взгляд и всё те же дрожащие руки. Синяки после ударов от «Сорняка» тоже остались. Хотя говорить что он сейчас здесь не корректно. Сейчас он совершенно в другом месте и времени.