Чтение онлайн

Резко встаю с кресла, подхватывая Монику. Её платье скользит по телу и падает на пол. Она абсолютно нагая в моих руках. Дрожит и рвано дышит. От возбуждения, стеснения или страха? Не могу сейчас анализировать! К чёрту всё!

Опрокидываю её на кровать, нависая сверху. Она тянется за поцелуем. Выполняю её желание. Любой каприз. А сам рукой в её влажность ныряю. Течёт, как Ниагарский водопад. Чувственный, страстный цветок.

Припадаю к её безупречной груди раз за разом, уже не в силах контролировать себя. Она выгибается, стонет, запускает тонкие пальчики мне в волосы.

Путешествую губами ниже. Хватаю крепко ноги и развожу максимально широко. Она пытается протестовать. Что-то мычит нечленораздельное, пока я вожу языком по её разгорячённой плоти. Весь в её соках. Вижу, что она этого стесняется, когда поднимаю взгляд к её лицу. Закрыла глаза руками, а сама дышит часто-часто и непроизвольно содрогается от каждого касания. Улыбаюсь похотливо. Жаль, она этого не видит.

Чувствую, что до оргазма ей ещё далеко. Ласки пальцами, видимо, для неё не так постыдны. А тут приятно, но психологически некомфортно.

– Ты прекрасна, девочка, - шепчу, оторвавшись от её губок. Такие красивые… набухли, раскрылись. Как бутон цветка. Какое-то время просто созерцаю эту красоту, не в силах отвести взгляд, а потом рывком поднимаюсь выше и пристраиваюсь к её входу.

Погружаюсь в неё медленно, смакуя каждый сантиметр. Крышу сносит окончательно. В голове взрыв, когда вхожу до упора. Такая узкая, горячая, мокрая и всё это для меня.

Совершаю первые толчки, подхватывая Монику под поясницу. Она обхватывает меня ногами, тесно телом прижимается, стонет в губы. Глубоко её целую, одновременно входя до упора. Ей нравится, но сущность инкуба подсказывает, что до оргазма далеко. Ласкаю пальцами возбуждённый бугорок, в попытке довести до взрыва, но нет. Она закрылась. Рано, бл*дь! Повёлся на свою похоть. Утыкаюсь в её шею носом, вдыхая дурманящий аромат кожи. Какое-то время просто ритмично работаю бёдрами, ловя вспышки перед глазами.

– Что сделать, девочка? Как ты хочешь? – замедляюсь и смотрю ей в глаза, которые она тут же пытается отвести. То ли сконфужено, то ли виновато. Только этого мне не хватало! – Моника… - в таком состоянии мне очень тяжело соображать. Нахожу в себе силы выйти из неё, хотя сам почти на грани пребываю.

Глажу её по лицу, волосам, мягко целую всё тело. Не хочу, чтобы из-за моей спешки она чувствовала себя виновато. Значит, сидит в её голове ещё заноза, которая не даёт расслабиться и получить удовольствие по полной программе.

– Ты ни в чём не виновата. Слышишь, Ник? Мне хорошо с тобой. Ты чувственная, отзывчивая, прекрасная женщина.

– Марк… - жмётся ко мне, щекоча дыханием щёку. – Я не знаю, почему… - выдавливает еле слышно. – Ты мне нравишься, возбуждаешь… и ты такой чуткий в постели. Ещё никто так не ласкал меня…

Её лицо заливает краска смущения. Вижу, что тяжело говорить, особенно сейчас, но она пытается. А я впервые начинаю сомневаться в себе как в специалисте. Хреново, блин.

– Я хочу, чтобы тебе со мной было хорошо, - выдаёт она и непроизвольно судорожно всхлипывает. Нет, не плачет, но я вижу, что подавляет в себе это желание, чтобы ещё больше не расстроить меня.

– Мне хорошо с тобой. Ты даже не представляешь насколько, - шепчу ей в губы, понимая, что дальше не стоит продолжать. Хотя хочу её безумно. Яйца разрывает от желания, но не сейчас. Надо понять, почему всё так… Клиторальный оргазм же ей… нам покорился, а что с этим видом?..

Целую её жадно в губы, показывая, что она не должна переживать. Хочу её успокоить, взбодрить. Блин! Знал бы, что так выйдет, не пошёл бы на этот шаг. Отложил.

– Я знаю, что тебе хочется… - тянется ладошкой к всё ещё возбуждённому члену. – Иди ко мне, - обнимает ногами, притягивая мои бёдра, но я отстраняюсь. Моника снова всхлипывает.

– Ник, я виноват. Поторопился. Не смог сдержаться. Хреновый из меня врач… Повёлся на мужскую природу, не доведя терапию до нужной точки. Твоей вины здесь нет, - мягко целую её в висок и прижимаю к себе, обхватывая руками. – Поняла, маленькая? Мой косяк. Всё будет, вот увидишь. Веришь мне?

– Верю… - тихо шепчет, прижимаясь теснее спиной к моей груди.

Глажу её по плечу, шее, волосам. Наслаждаюсь тем, что она просто в моих объятиях. Моя маленькая нежная дикарка.

Будем пробовать. Я расколю этот орешек. Решу уравнение и выведу идеальную формулу. Ты будешь стонать в моих руках, девочка. Обещаю.

Утром просыпаюсь рано, но Моники рядом не обнаруживаю. Тихо встаю, одеваюсь и бесшумно иду по коридору. Слышу, что она на кухне еле слышно с кем-то разговаривает. Замираю, обращаясь в слух.

– Лялечка моя. Девочка, - сюсюкает с кошкой. – Я так тебя люблю… - замолкает и всхлипывает, а у меня на душе так тоскливо становится. Хочется от неё услышать те слова, которые она с такой нежностью говорит кошке. И энергетику любви хорошо улавливаю. Сильную, болезненную, всепоглощающую. Ревную к комку шерсти! – Живи долго-долго. Слышишь? – продолжает она тихим надтреснутым шёпотом.
– Я без тебя не смогу, - голос приглушается. Видимо лицом в животину уткнулась. Чего это она? Лялька её заболела что ли?

Выхожу из-за угла и вижу растрёпанную, заплаканную Монику.

Моника

Неожиданно на кухне появляется Марк. Абсолютно бесшумно. Он застыл в проёме, встревоженно глядя на меня. А смутилась от того, что он застал меня в такой интимный момент. Да, Марк по-прежнему мой врач и копаться в моей голове его работа, но… иногда хочется остаться при своём интимном. Иметь право на личное пространство. Я по своей сути интроверт. Для меня это важно, как ни для кого другого.

Марк молчит и рассматривает меня странным взглядом. Опять анализирует? Или просто жалость ко мне накрыла? Поспешно вытерла заплаканное лицо и рванула к плите, выдавая искусственную бурную деятельность.

– Чай, кофе? – стараюсь придать голосу беззаботности.

– С твоей Лялькой что-то случилось? – вместо ответа выдаёт Марк.

– Нееет, - тяну, соображая, что сказать.

– Почему тогда такое настроение?

– Не знаю, - буркаю, понимая, что не в состоянии сейчас копаться во всём этом. Я всё ещё расстроена по поводу вчерашнего. Снова не смогла мужика удовлетворить. А самое обидное, что я этого по-настоящему хотела. Меня буквально лихорадит от близости с ним. Искры из глаз и волосы по всему телу дыбом. А он, наверное, думает, что недостаточно хорош. Даже прощения просил, хотя в постели был словно бог. Прислушивался к малейшему моему вздоху. – Чай или кофе? – повторяю вопрос и застываю, ощутив прикосновение к моей руке, а затем лёгкий поцелуй в плечо.

– Кофе, - шепчет хрипло в шею, вызывая у меня мурашки по всему телу.

Разворачивает лицом к себе, прижимая к оголённому торсу. Меня тут же бросает в жар от его запаха и ощущения горячей бархатистой кожи под пальцами.

Наклоняется и медленно целует, заставляя пол под ногами идти ходуном.

– Крепкий. И две ложечки сахара, - отстраняется и тепло улыбается.

Напряжение как будто спадает. Вроде бы он не собирается выворачивать мне душу наизнанку. По крайней мере, сейчас.