Чтение онлайн

— Жалкие смерды! Я обращу вас всех в кровавую гниль! — Заверещал какой-то худой и бледный как глиста тип, от которого Стефан даже особо не принюхиваясь улавливал въевшиеся в одежду, кожу и волосы ароматы мертвечины и формалина. Причиной его плохого настроения являлся, очевидно, расквашенный кем-то нос, а также вилка, воткнутая в левое полушарие задницы по самый кончик рукоятки. Явный темный маг сорвал с пояса костяной жезл, увенчанный тремя сросшимися воедино маленькими черепами, окружил себя сизой дымкой, от которой дружно отшатнулись даже те участники драки, что оживленно лупили друг друга секунду назад и…Взорвался, разбросав в разные стороны свои пылающие ошметки, когда внезапно ударивший прямо из старых палубных досок огромный водяной клинок, лишь слегка не доставший своим кончиком до потолочных балок, даже не разрезал его, а разорвал на части, словно крупнокалиберная пулеметная пуля попавшегося ей на пути хомячка.

— Леди и джентльмены! Соблюдаем рамки приличий! — Раздался громкий бас со стороны носа линкора, где оборудовал себе личный кабинет хозяин этого места, когда-то и перевернувший сей английский корабль вверх тормашками. Даже несмотря на то, что сам являлся британцем, вернее британским пиратом. Только в отличии от большинства подобных джентльменов удачи на зарплате у королевы прямо или косвенно он не состоял, более того, её величество очень хорошо бы заплатила, чтобы увидеть голову этого младшего магистра. Можно отдельно от туловища, а лучше в комплекте со всем остальным организмом и в руках её наиболее квалифицированных палачей. Когда-то давно, в молодости, когда её власть над Туманным Альбионом ещё не являлась столь всеобъемлющей и незыблемой, против юной ещё королевы вовсю плели заговоры придворные, надеющиеся её подчинить себе или сместить, отправив в гроб и заменив кем-нибудь более удобным…И сын одного из них, в отличии от родителей, братьев и сестер сумевший бежать из ставшей вдруг смертельно опасной отчизны, ныне заведовал в Париже баром, где собирались более-менее состоятельные наемники и прочие сомнительные личности, несмотря на свою сомнительность располагающие неплохие деньгами. Ибо входная плата в двадцать пять золотых экю с носа надежно отсекала большинство только-только взявших в руки новичков, праздношатающихся гуляк и прочих неудачников. — Мордобой и подручные предметы допускаются, простое холодное оружие не одобряется, а вот зачарованные клинки, огнестрел и боевая магия строго запрещены!

К словам старого пирата, подкрепленным столь убедительным аргументом, как слепое и мгновенное применение чар пятого ранга, присутствующие прислушались. Только бить друг другу морды, а также прочие попавшие под удар части тел, даже и не подумали прекращать. Нельзя сказать, будто в брюхе перевернутого линкора сражались все против всех…Но несколько отдельных фракций, не питающих особо теплых чувств ко всем остальным или же сознательно на кого-то нацелившихся, присутствовали. Как и одиночки, либо старающиеся устоять на ногах, либо пытающиеся под шумок подрезать чужой кошелек, либо просто получающие удовольствие от происходящего и наслаждающиеся на всю катушку.

— Вааа! — Попытался налететь на Стефана какой-то рыжеволосый полудурок, сжимающий в каждой руке по подсвечнику и видимо вообразивший себя былинным богатырем. И пролетел мимо, поскольку один из сопровождающих сибирского татарина бойцов пинком отправил ему в ноги табуретку. К сожалению, сразу же после этого своего подвига на голову бывалого абордажника приземлился массивный обломок кирпича, и как бы не был тот опытен и хорош в схватках, но против обрушившегося на маковку тяжелого тупого предмета мастерство и наработанный авторитет помогают плохо. А в доспехах внутрь «Перевернутого линкора» могли бы зайти лишь те, кто нарывается на проблемы с его владельцем…Ну или высшие маги, с которыми из-за такой малости никто ссориться не будет, а кто будет — тот сам и виноват.

— Нафига тут вообще эти балки под потолком?! — Возмутился Полозьев, одной рукой подхватывая впавшего в состояние нокаута соратника, а другой хватая с ближайшего стола какое-то блюдо, чтобы запулить им по прыгающему в высоте силуэту. И попал…В того самого невидимку, который удирал по воздуху от полыхающей пламенем праведного гнева и просто полыхающей гарпии. Тот видимо не очень смотрел куда летит, вот и оказался на траектории броска. И оказался самой настоящей феей, которых потомок Чингисхана видел первый раз в жизни, и возможно, в последний. Представители этой расы и так-то были редки, а этой конкретной спикировавшая следом за ней птицеженища, у которой теперь была обнажена не только грудь, но и на удивление симпатичная по мнению Стефана попка, лишь частично прикрытая обугленными перьями, громко обещала крылья вырвать и в глотку запихнуть. Причем обещала она это, вероятнее всего, отнюдь не в переносном смысле. — И откуда у этой мартышки столько кирпичей, если потолки и стены тут деревянные? Телегу со стройматериалами этот уродец на стропилах припарковал, что ли?!

— Сам ты уродец, жиртрест лысый! — Донесся с высоты обиженный вопль метателя, который видимо обладал не только неплохой меткостью, но и довольно неплохим слухом. — А я кар…Бургх!

Булькающий всхлип резко выбывшего из диалога собеседника был вызванным тем фактом, что в него откуда-то со стороны барной стойки запустили бочонком. Или не в него. Но зато попали, ну почти. Емкость на пару десятков литров разбилась в щепки прямо над головой вооруженного колотыми кирпичами снайпера и внезапно обрушившийся прямо на него душ некой высокоградусной жидкости заставил этого типа потерять равновесие, а может поперхнуться, да и в глаза ему наверняка попало…Как бы то ни было, но он со своего удобного насеста навернулся вниз и канул в бушующую толпу как камень в омут. И мгновенно ушел на дно, то есть под ноги куда более крупных и сильных людей, а также нелюдей, где его вполне могли чисто случайно мимоходом затоптать.

В районе кормовых иллюминаторов было относительно людно, но вместе с тем и относительно спокойно. Четыре отдельных группы наемников, разбавленные парочкой заметно более нервных людей, видимо нанимателей, внимательно следили друг за другом и окружающими. Представители разных народов и рас, среди которых Стефан углядел даже краснокожего соотечественника одной из своих супруг, сжимали в руках кто бутылки, кто ножи, но размахивать этим добром не спешили. Еще человек пять и один кентавр, видимо оказавшиеся не такими понятливыми и проигнорировавшими молчаливый нейтралитет собравшихся, мирно лежали на полу с травмами разной степени тяжести, но без сознания. Кошельки у них тоже кто-то из победителей позаимствовал, судя по груде рассыпанной по полу медной мелочи с парой серебряных вкраплений, за которой никто здесь и сейчас наклоняться не собирался.

— Господа, мне кажется, этому месту не помешала бы порция свежего воздуха. — Как бы в никуда заметил Стефан, уверенной походкой направляясь к ближайшему иллюминатору, что был хоть и прикрыт, но не задраен. И, судя по отпечатку пахнущей вином грязи в качестве запасного выхода кем-то уже использовался. Впрочем, в этом не было ничего удивительного. Удовольствие от мордобоя с использованием случайных предметов и отнюдь не иллюзорной возможностью получить ножом в живот могли получать далеко не все, а добраться до главного выхода миновав эпицентр побоища почти не представлялось возможным. Как и найти какой-нибудь альтернативный маршрут. Зачарованные на совесть доски корпуса линкора за века эксплуатации хоть немного и обветшали, но по-прежнему могли бы выдержать небольшую бомбардировку, выдох драконьего пламени или пару-тройку плечистых мужиков с большими топорами, которые попробуют быстренько их на дрова разрубить. — Надеюсь, с этим не будет проблем?

— Ни малейших, месье… — С вежливой улыбкой сообщил ему обильно покрытый шрамами и татуировками детина, у которого вдобавок на лбу еще и красовались пятна, подозрительно похожие на небрежно сведенное клеймо. Именно столь живописного вида детина и перекрывал кратчайший выход из паба, неожиданно ставшего местом масштабной драки, причем рядом с ним терся десяток обладателей примерно столь же «миролюбивого» облика, по сравнению с которыми большинство встречавшихся сибирскому татарину пиратов казались просто невинными овечками. — Парни, три шага назад.

— Свежий воздух тут плат…Кгх! — Начавший было выдвигать какие-то требования наемник резко замолк, когда лидер этой группы наступил ему на ногу, заодно впечатывая локоть в живот своего подчиненного с такой силой, что тот бы назад обязательно отлетел на пару метров, не окажись там стены бара-корабля.

— Заткнись, дебил! — Шикнул на этого типа то ли главарь, то ли командир, впрочем, среди солдат удачи эти два понятия нередко сливались воедино. — Это истинный, и если он захочет, то вывернет тебя наизнанку, а после купит у старого пирата бутылку его лучшего пойла, которую они вместе разопьют и забудут об этом инциденте.

Стефан несколько сомневался в своей возможности вывернуть человека наизнанку, особенно если использовать для этого магию, а не собственные руки и какой-нибудь фиксирующий станок, но заострять свое внимание на этом не стал. Не то время, не то место, не та публика…Хотя и имелась у сибирского татарина изрядная уверенность в том, что в отличии от чернокнижника с разбитым носом применение боевой магии ему бы простили. Младший магистр действительно не стал бы связываться с одаренным четвертого ранга, тем более имеющему неплохую свиту, без очень весомой причины из боязни попортить себе не здоровье, так свой любимый бар, которому после подобной драки может понадобиться то ли ремонт, то ли ещё один перевернутый линкор на запчасти. Тем более с таким истинным, за которым стоит парочка русских бояр, без сомнения способных кишки одаренного пятого ранга на свои руки намотать, если только старому пирату не повезет бежать или отбиться. Ну а уж в способности этого бывшего морского разбойника держать нос по ветру и знать более-менее точный расклад сил в Париже, причем с учетом наиболее опасных его гостей, Стефан даже не сомневался. Окажись тот тупым, и никогда не дожил бы до своих лет, а единственными его карьерными перспективами стало бы заслужить благосклонный взгляд своей королевы, если бы та соизволила им наградить отрубленную голову.