Чтение онлайн

Поэтому надо благодарить мировой кризис, который остановил вакханалию внешних заимствований, бесконтрольное привлечение зарубежных кредитов всевозможными частными компаниями, банками, фирмами и т.п., очистил банковскую систему от финансового мусора, обеспечил «дехалявизацию» страны (выражение профессора Александра Лившица). России еще очень сильно повезло, что кризис произошел в 2008 году, а не в 2012-2013 годах. Потому что, если бы этот кризис случился двумя-тремя годами позже, никаких стабилизационных фондов не хватило для нивелирования его последствий. Страна попала бы в тяжелейшую, безвыходную ситуацию.

Россия основательно подсела на западную кредитную иглу и незаметно для самого себя превратилась в финансовую колонию Запада, как когда-то СССР в свои лучшие годы. Интересно, куда могли деваться эти деньги и почему их теперь не могут вернуть без помощи государства? Хотя долги делало не само государство, а крупные корпорации с его участием (объем прямого и косвенного государственного участия в экономике России составляет от 45 до 50 % – один из самых высоких показателей в мире). Доля же самих госкомпаний в общем долге страны – от 70 до 80 %.

А также олигархи, фирмы и компании которые de jure не являются российскими, так как зарегистрированы вне налоговой территории России, а в разных оффшорах и Кипрах. Резервный фонд (1,8 трлн.рублей) может быть полностью исчерпан уже в середине 2010 г., и тогда придется экономить на всем. А ведь по оценке Министерства регионального –азвития РФ, в 2009 г. 33 субъекта федерации имели дефицитный бюджет, 38 свели баланс, сократив капитальные вложения, и лишь 11 регионов сумели выполнить свои плановые обязательства.

Что ждет Россию в 2011-2012 и, особенно, в 2013 послевыборных годах, трудно даже спрогнозировать и представить. Как образно сказал известный российский политик Борис Немцов, «предсказывать судьбу России более чем на год вперед, может только придурок. Предсказать судьбу России – то же самое, что предсказать цену на нефть». От которой, кстати, в большей степени зависит и политическая конъюнктура, и экономическая стабильность, и выполнение социальных программ и обязательств, чем от политики властей.

Нефть – это судьба России, а цены на нее – электрокардиограмма ее экономического и политического самочувствия. Падение цен на нефть в период кризиса наглядно показало, что амплитуду хозяйственного развития вместе с суверенитетом страны определяет отнюдь не ее правительство. А только цены на нефть, газ и другое сырье на мировых рынках.

А современная ситуация в стране, как говорится, хуже губернаторского. Так как бюджетный дефицит в 2010 г. составил 2,3 – 3 трлн. рублей: от 5,8 % до 6,8 % ВВП, хотя Минфин надеется, что к концу года дыра в казне не превысит 5,4 %, правительство предполагает, что дефицит по итогам года будет даже меньше, чем 5 %. В первом полугодии 2010 г. доходы составили 4 трлн. 659 млрд. рублей, расходы – 5 трлн. 198 млрд. рублей, то есть половину прописанного в бюджете на этот год суммы. Дефицит бюджета превысил 1,5 трлн. рублей и составил 2,2 % ВВП.

В 2011 г. дефицит бюджета вырастет до 1,8 трлн. рублей (60 млрд. долл. или 3,6 % ВВП) – неподъемный дефицит для экономики страны (а бездефицитным бюджет может стать только при цене нефти свыше 100 долларов). В Резервном фонде осталось «всего» 40 млрд. долларов, а привлекать ежегодно 60 млрд. долларов для его покрытия невозможно ни на внутреннем, ни на внешнем рынках.

У многих российских компаний все ближе сроки выплаты по кредитам (только в декабре 2010 г. предстоит выплатить максимальную с начала года сумму в 15,8 млрд. долларов по долгам правительства, банков и компаний. Не только Москва, но и Америка с Европой «слезам не верят». А сегодня российские корпорации должны иностранным кредиторам, по данным Минфина, 426,4 млрд. долларов. В первом квартале 2010 г. задолженность возросла еще на 700 млн. долларов. И эксперты предрекают неизбежную девальвацию и падение курса рубля на 20 % в связи с наступлением очередного пика выплаты внешних долгов отечественными корпорациями. В итоге цена доллара к Новому 2011 году может вырасти и до 36 рублей (Итоги, 20 сентября 2010 года, с.8).

Остаются три выхода: во-первых, включить свой родной, рублевый печатный станок, при этом постоянно оглядываясь на капризную нефть с ее непостоянной ценой; во-вторых, занять у кого-нибудь денег и, в-третьих, масштабная распродажа госимущества. В том числе и ряда госкорпораций (авиапредприятий, судостроительных, машиностроительных заводов и других).

Правительство в 2010 г. планировало в пять раз сократить перечень стратегических объектов и приватизировать 250 федеральных государственных унитарных предприятий, распродать госпакеты акций еще 449 акционерных обществ. Затем последует приватизация таких гигантов как «Роснефть», «Транснефть», «Аэрофлот», Сбербанк, «Совкомфлот», «Связьинвест», Россельхозбанк, ВТБ и других. Их собираются выставить на торги через Лондонскую фондовую биржу. Правительство планирует за ближайшие пять лет продать акции крупнейших компаний и банков на сумму 50 млрд. долларов. Частично это необходимо для покрытия дефицита бюджета 2011-2013 гг. А также для привлечения т.н. «умных инвестиций», то есть вложениях, сопровождающихся передачей технологий с созданием новых высокотехнологичных и хорошо оплачиваемых рабочих мест. Минфин склонен ко второму варианту, так как у него нет печатного станка для выпуска мировой резервной валюты (он, как известно, находится по другому адресу). Фактически это последняя крупная распродажа государственного имущества.

Поэтому в 2010 г. предполагается вновь вернуться к практике внешних заимствований (Россия занимает деньги на Западе аж с 1769 г.) и попросить за рубежом 18-20 млрд. долларов в долг ввиду дефицита бюджета (см.выше). То есть опять влезать в долговую кабалу к иностранным заемщикам. А у своих олигархов – еще около 30 млрд., чтобы поддержать побитые кризисом расходные статьи бюджета.

Всего в ближайшие три года Россия планирует занять на Западе около 60 млрд. долларов, что еще больше усилит зависимость России от Запада и внешних рисков, усугубит финансовую ситуацию в стране. Финансовая политика России не совсем самостоятельна, так как Центробанк РФ осуществляет рублевую эмиссию в строгом согласии с той долларовой массой, которая поступает в страну. Фактически тем самым фиксируется отказ от финансового суверенитета России.

Хотя еще Уинстон Черчилль предупреждал: «Репутация державы точнее всего определяется той суммой, которую она способна взять в долг». От себя добавим: «И вернуть в срок долг с набежавшими процентами». Для России важнее всего все-таки не деньги, а инновационная политика, модернизационные реформы, импортные ноу-хау, западные промышленные технологии, чтобы разорвать порочный круг сугубо нефте-газовой экономики. В стране постепенно формируется понимание исчерпанности долларово зависимой экспортно-сырьевой экономики и ставится задача ее диверсификации.

И тем не менее Всемирный банк с оптимизмом прогнозирует темпы экономического роста России в 2010 г. в 3,2 %, МВФ в 3,6 %, прогноз ЕБРР равен 3 %, правительства РФ – в 3,6 %. С учетом улучшения мировой конъюнктуры Минэкономики РФ планирует повысить эту цифру до 4-4,5 % роста. А крупнейший инвестиционный банк США Bank of America считает, что в 2010 г. ВВП России вырастет на целых 7 %, и причина этого в постепенном подъеме после кризиса, увеличении спроса на нефть, газ и металлы, росте производства в мире, торговли, объемов кредитования и уменьшении инфляции.

А валовой внешний долг Казахстана на конец 2008 г., по данным Нацио-нального банка, составлял 107,8 млрд. долларов, что эквивалентно почти 100 процентам нашего ВВП (абсолютный объем ВВП Казахстана находится на уровне примерно в 107-110 миллиардов долларов). По оценкам экспертов, это был один из самых высоких долговых показателей в мире (принятый в мировой практике уровень безопасности госдолга – 60 % национального ВВП). А в 2009 г. он уже превышал объем ВВП страны. Заметим, что госдолг Греции, оказавшейся на грани банкротства, составил по прогнозам Еврокомиссии, в 2010 г. 400 млрд. долларов, или 124,9 % от ВВП. А дефицит бюджета страны один из самых высоких в еврозоне – 13,6 % ВВП.