Чтение онлайн

Или ещё пример: глядя на учебный код, отображённый на экране, я мог отследить, как именно его писали. Но когда передо мной был лишь результат работы этого кода — интерфейс программы — я не мог проникнуть сквозь эту оболочку к исходному коду. Я не знал, где искать суть, идею, породившую увиденное.

В мире, где всё больше и больше информации существует исключительно в цифровом виде, эти ограничения могли значительно снизить эффективность моих способностей. Между мной и информацией стоял барьер из интерфейсов, протоколов, алгоритмов. И чтобы преодолеть его, мне необходимо было изучить их все. Я бы вообще поставил освоение ясновидения в наивысший приоритет, если бы имелся хоть малейший смысл заниматься этим, пока я не освоил то же программирование.

Впрочем, на самом деле всё не ограничивается только лишь информационными технологиями. Взять, к примеру, непосредственно компьютер. В своей прежней жизни я мог проанализировать состав вещества, взглянув на него и сосредоточившись на его структуре. Здесь же, чтобы узнать, как работает конкретная микросхема, мне нужно было понимать принципы её функционирования, иметь хотя бы базовое представление о том, что я ищу.

Судя по всему, даже без учёта языков, овладение нужными навыками займёт немало времени — работы там на долгие месяцы. Но результат того стоил. Я буду работать значительно эффективнее, если буду понимать, как устроены системы, с которыми взаимодействую.

Я сосредоточился на учебных материалах. Вместо типичного для человека подхода к изучению, когда материал осваивается постепенно, курс за курсом, я непрерывно переключал вкладки — фиксировал информацию в эфирном теле. Глядя на текст, я старался уловить не просто буквы и слова, а стоящие за ними идеи и концепции. Не самая простая задача, но ведь у меня всё равно был план заняться тренировками ясновидения.

Процесс был знакомым, но в то же время непривычным. Обычно я применял эту технику к менее загруженным идеями областям. За каждым термином скрывалась целая система взаимосвязанных понятий, и приходилось фиксировать не только идею, но и структуру логических связей между идеями. Часто, изучая материал, я понимал, что мне нужно переключиться на другой курс, чтобы получить нужную мне толику информации. Вот и приходилось метаться между вкладками. До сего момента я вообще не представлял, насколько сложную задачу на самом деле себе поставил.

Я начал с основ — архитектуры компьютеров, принципов работы операционных систем, базовых концепций программирования. Переходя от страницы к странице, я буквально впечатывал информацию в свою сущность, создавая структуры знаний, к которым мог бы обратиться позже. Сейчас я не ставил цель усвоить, этим я займусь попозже, нужно просто зафиксировать как можно больше.

Через час такой работы я почувствовал лёгкое покалывание по всему телу. Сначала оно было едва заметным, но постепенно усиливалось. Это было похоже на лёгкий озноб, только приятный — я физически чувствовал, как эфирное тело наполняется энергией. Оно словно пробуждалось от долгого сна, вибрируя на одной частоте.

Ощущение было таким знакомым и в то же время почти забытым. В последний раз я испытывал нечто подобное за много лет до своей смерти, когда достиг наивысшей точки духовного развития, доступной человеку. Это был признак приближающегося прорыва — момента, когда способности мага лавинообразно расширяются. Часто именно прорыв являлся границей между рангами, но на самом деле далеко не всегда.

Я окончательно отложил ноутбук и закрыл глаза, полностью сосредотачиваясь на себе. Странно. Обычно прорыв требует гораздо более длительной работы, неужели за прошедшую неделю я успел вплотную подойти к границе? Нет, я точно не мог затронуть достаточное количество судеб, чтобы прийти к такому результату. Ну не могло этого произойти, никак. Хм-м… Может, за время своей жизни Мёнджин успел подойти к границе? Нет, даже рассматривать эту возможность нет смысла. Ни за что не поверю, не деградировал — уже достижение.

Мёнджин никогда не менял судьбы людей в достаточной мере, чтобы это привело к прогрессу. В теории, разумеется, прогрессировать можно и без взаимодействия с людьми, но развитие зазеркальщика всегда требует влияния на реальность. Если изложить метод на пальцах, то это будет выглядеть так: для развития дара необходимо искать ситуации, где действия мага приводят к маловероятным цепочкам событий. Чем длиннее и серьёзнее изменения — тем лучше.

Хорошим примером нетрадиционного пути развития было бы озеленение пустыни. Без зазеркальщика, который захочет всё изменить, пустыня останется пустыней на долгие тысячелетия. После вмешательства мага на месте фактически предопределённого статичного будущего прорастает объёмное дерево событий и вероятностей. Этот путь не самый простой, но мне приходилось встречаться с магами, исповедующими его.

Мой путь — изменять судьбы людей к лучшему. Просто подкинь миллион фунтов бездомному, и это поменяет судьбу не только этого человека, но и многих тех, с кем он будет взаимодействовать. Возникнет множество событий, которые не могли произойти, и они так или иначе приведут к другим событиям. Цепная реакция, которую так легко запустить. И как бы дальше ни сложилась судьба этого человека, дар в любом случае получит подпитку.

Да… в любом случае. Даже если этот самый миллион приведёт к смерти человека в самое ближайшее время. Убийство вообще очень эффективный способ повлиять на судьбы.

Мерзость.

Хорошо, возвращаясь к теме… Может быть, суть не в том, что совершил Мёнджин за время жизни, и даже не в том, что происходило именно сейчас? Это было похоже на ситуацию, когда все признаки указывают на дождь, но на небе ни облачка. Что-то не складывалось.

И тут я осознал. Причина действительно не связана с прошлым или настоящим. Дело было в будущем, которое вот-вот станет реальностью. Скоро что-то произойдёт, какое-то событие. В самое ближайшее время. Это настолько сильно повлияет на моё развитие, что я уже сейчас, ещё только на пороге событий, чувствую резонанс. Невероятная редкость — почувствовать приближающийся прорыв до начала каких-либо действий.

Стоило об этом подумать, взглянуть в Зазеркалье — и всё стало понятно. Сейчас мне позвонят. Это Чхве Минхо.

Вчера, когда он вернулся за стол, я успел заглянуть в прошлое, чтобы узнать, что же такое заставило его совершить глупость и заложить кольцо.

Всё было довольно смутно, в тот момент я действительно пробежался исключительно по верхам. На самом деле Чхве Минхо был совсем не простым человеком. В его прошлом я почти сразу натолкнулся на образ большого производственного цеха. У Минхо был просторный рабочий кабинет, очевидно, что он занимал высокую должность в компании. В сознании мелькали отзвуки какого-то конфликта, а также смутные образы официально выглядящих бумаг…

Мои размышления прервал телефонный звонок.

Я не спешил отвечать. Вместо этого сосредоточился и погрузился в развилки. Чхве Минхо был максимально открыт к диалогу, поэтому картина быстро прояснилась, обрастая деталями.

Ситуация с компанией Минхо была даже хуже, чем я предполагал. «МоноТекстиль» — семейное предприятие, которым владеет уже третье поколение Чхве и которое специализируется на производстве высококачественных тканей для модных домов. Всё время своего существования компания держалась за традиции, но в последние годы столкнулась с жёсткой конкуренцией со стороны дешёвых китайских производителей.

Минхо, консервативный по натуре, долго сопротивлялся изменениям, но в итоге решился на крупную модернизацию, вложив в неё все сбережения и взяв кредит под гарантии будущих контрактов. Через посредника он закупил новейшие ткацкие станки из Европы. Разумеется, посредник гарантировал наличие всех необходимых сертификатов.

Оборудование было установлено, компания начала выполнять заказы с его использованием. Производительность выросла на сорок процентов, качество улучшилось, и Минхо даже заключил несколько перспективных контрактов. Естественно, что изначально, до получения первых результатов, был какой-то переходной период, когда в цеху находилось как новое оборудование, так и то, на котором работали раньше. Но в какой-то момент всё производство было модернизировано, а старое оборудование списано.