Чтение онлайн

– А где ты будешь работать?

– Пока не знаю.

– А где будешь жить?

– Не знаю.

– А есть что будешь?

– Не имею представления! – радостно отозвался Ким.

– Класс! – с чувством произнёс Ерик. – Отлично устроился! Можно с тобой?

– Магнитка чем плоха? Налетает жуть как быстро. Пыльник хоть за пару минут, да заметишь: видно, как оно всё с земли поднимается и идёт словно стеной. А посреди Магнитки можно спокойненько себе шагать и ушами хлопать, а потом – оп– па! И всё…

Ким мог слушать рассказы об Открытой земле часами, даже притом что дикарь по сто раз повторялся, и сюжет был всегда один – превосходство сверхлюдей-старообрядцев над жестокой стихией. Но накануне отъезда ему по понятным причинам было немного не до того, так что Ерику пришлось найти другую аудиторию.

– И никакой защиты от неё? – спросил Лех, сидя напротив Гриши за «камнями» в Общей. Оба уже минут десять как начисто забыли про бедственное положение Леховых чёрных в углу поля.

– Да какое там! Знай, ноги делай, если успеваешь.

– А если не успеваешь?

– Ну тогда закапывайся. Голову поглубже, и всех делов, – нос у Ерика, по-королевски развалившегося на мягком треугольнике, был задран выше небес– Если хорошо зарыться, так помытарит час-другой да отпустит. Ходишь потом, правда, как стукнутый, и мерещится всякое, а так ничего.

– Тебя послушать, так вы там только и делаете, что бегаете да от бури прячетесь посреди степи, – Гриша вытащил изо рта и теперь обстоятельно обтирал о футболку белый камешек, который перед тем уронил в кисель. – А зачем?

Ерик выпрямился и внушительно упёр руки в бёдра:

– Так вот чтоб ты понимал – посреди степи мы охотимся. Или по делам ходим. Мало ли у кого какие дела?

– А живёте тогда где? В юртах?

– Сам ты юрта! – на всякий случай огрызнулся дикарь, которому последнее слово показалось обидным в силу незнакомости. – А живём все по-разному. Если холодно, то в бункерах, с курами, – вот вроде как вы здесь. С овощишками возимся наверху, им там посветлее. Ну или если рыба идёт… Она, правда, ходит через пень-колоду, но, если уж пошла – это дней на пять точно. Тогда у реки крутимся.

– Я не понял, мужик, – Лех потешно подёргал кончиком носа. – У вас все всё подряд делают, что ли? Нет профессий?

Дикарь вытаращил глаза:

– А на фига?! Я и то в толк не возьму, за каким лешим они вам-то нужны?

Лех так и сел с открытым ртом:

– Да как же… Вот у тебя, предположим, способности…

– Наш гость из иного мира пытается нам сказать, что круг повседневных занятий у старообрядцев настолько ограничен, а сами занятия так примитивны, что ни способностей, ни обучения навыкам им попросту не требуется, – Индра облокотился сзади на спинку Лехова стула.

– Примитивны?! – Ерик засверкал разноцветными глазами. – Посмотрел бы я на тебя…

– Да смотри, смотри, я не возражаю, – милостиво согласился Индра, отходя. – Тоже способ познавать мир.

– Ужас, конечно, как у вас всё там тяжело, – торопливо проговорила Лена, которая тоже подошла послушать и теперь пыталась вернуть взбешённому дикарю повествовательный настрой. – По сравнению с Городом…

– Да что вы с этим Городом, как с писаной торбой?! – Ерик по инерции обрушил на Лену обвиняющий взгляд, но вид её полосок, сегодня – цвета мха, в который раз его сбил. – Что там делать-то, взаперти? Тощища же. Я бы уже через денька два на стенку полез.

– Это ты зря, мужик, – Лех с важностью покачал головой. – По незнанию говоришь. В Городе, знаешь, кино, корнбир продаётся везде и сойбургеры объеденские, группы живые выступают, шоу – вон один Лексус…

– У нас охота, у нас рыба, мясо; а мясцо-то сочное, с дымком да с зажарочкой, и картоха печёная…

– …все новинки, приложения там или игры, новости, научные достижения самые современные, изобретения, гаджеты последнейшие; и медицина первоклассная, и общественное устройство – для талантливых все карьерные возможности. Цивилизация, одним словом, прогресс…

– …солнце вечером, как плошка икры огромедная, и воздух чистый, речкой пахнет, не то что у вас тут – сушь какая-то, и небо по ночам чернущее, и огонь – я у вас тут ещё ни разу огня не видел живого, не умеете разводить, что ли? И мужики нормальные, умелые, в жизни понимают; дядья у меня, между прочим, могут рысь в одиночку…

Ким тихонько улыбнулся сам себе. Дикарь так яро отстаивал прелести Открытой земли, что нельзя было не заподозрить подвоха. Похоже, кое-кому просто не очень приятно оставаться с малышнёй, когда кое-кто другой уезжает во взрослый мир.

И как он будет тут справляться без Кима, интересно?

Ерунда, прекрасно справится. Он уже и так в старшей группе почти звезда: небось в два счёта займёт Индрино место. И кто бы поверил, что он так быстро освоится? Вон кисель трескает, как заправский горожанин, и не жужжит. А всё он, Ким: наставил непутёвого, никаких сил не пожалел.

– Ладно, народ, пойдёмте на обед, что ли, – Лех играючи перескочил через стул. – Юи будет речь толкать, но, может, чего повкуснее наготовили. Вы же завтра сваливаете – большой праздник.

По всем правилам очередное обращение старшего супервизора должно было прозвучать с экрана видеона. Но почему-то вышло опять не по правилам.

– Надо же, повадился, – шепнул Гриша, глядя, как Юи входит в Центральную. – За душевного теперь решил канать, не иначе.

Вместе с остальными Ким стал перетаскивать стулья поближе к супервизору. Юи его немного напрягал – как и всех; но Ким ещё вдобавок не мог ему простить, что он не остановил тогда, на показательных выступлениях, тёмного типа из комиссии.

Пока Юи нудел очередную официальщину, остальные терпеливо дожидались, когда можно будет приступать к угощению. Задние хоть перешёптываться могли, но Киму не повезло – он оказался вместе с Ериком в первом ряду и теперь рассеянно обводил глазами Центральную. В последний раз, надо же… Когда-то должен был настать этот день, но просто не верится, что уже сегодня.

Его взгляд задержался на эмиттере. Интересно: Юи здесь самолично, а видеон включён. Так-то и не скажешь, но Ким недавно заметил, что у их эмиттера сколот маленький кусочек корпуса. Если знать, где именно, то видно, как внутри отсвечивает диод. И сейчас отсвечивает, а раз картинка не выводится – значит, это работает встроенный ресивер.