Чтение онлайн

— Игорь — представился я, пожимая его руку.

Мы вместе пошли по улице, перпендикулярной той, по которой я поднимался к проспекту.

— А ты с какой сторонки? — жизнерадостно поинтересовался у меня Георгий

— Да я не отсюда — тут же отозвался я — вчера только приехал погостить к родственникам они на Турхане живут.

— Далековато ты забрался — мой собеседник почесал подбородок на котором пробивались несколько черных волосков — на такси в центр приехал?

— Да нет, на трамвае, родственники живут неподалеку от конечной остановки, на Павлика Морозова. — пояснил я, называя приблизительное место жизни настоящего Игоря, моего соседа по домику.

— А я с Владимировки, живу тут и учусь в педучилище.

За разговором мы все дальше удалялись от центральных улиц, по пути сделав несколько поворотов. Я приблизительно понимал направление, куда меня ведет Георгий, или как его там. Мы шли по безлюдной улочке со старыми кирпичными домам и вниз к Тереку. Освещение здесь было совсем плохенькое, свет лился в основном из окон одноэтажных и двухэтажных домов по бокам улочки. Впереди я увидел две тени, жавшиеся к одному из домов. Георгий всячески отвлекал меня разговором, рассказывая что-то о своей учебе, и о симпатичных девчонках из своей группы. Я хорошо понимал, что скоро эта прелюдия закончится, и меня будут банально ставить на гоп-стоп. Сосредоточившись на отслеживании движений моего спутника, и на тенях спереди, я пропустил внезапно появившегося позади противника, который, обеими руками крепко схватил меня сзади за рукава куртки. В тот же момент, Георгий оказался спереди, и схватил меня за рукава у самых кистей спереди. Я оказался скованным между противниками и они начали совместными усилиями раскачивать меня пытаясь повалить на асфальт. Две тени у дома метнулись к нам, и они спешили на помощь явно не мне.

— Гони сюда бабки сука! — бешенно глядя мне в глаза, прошипел Георгий, пытаясь вместе со своим подельником уронить меня вниз.

Да, лопухнулся я знатно. И ведь знал же, что сейчас что-то будет. Мои руки скованы, ударить ногой тоже затруднительно, потому что эти два козла, схватив меня, грамотно рывками дергают в разные стороны, не давая возможности ударить ни ногой ни рукой. Попытайся я пнуть Жору ногой, меня моментом свалят вниз и пойдут окучивать лежащего ногами. Те двое все ближе, я скован, еще чуть, и их будет уже четверо. Я все таки рискнул, и пнул Жорика в пах. Как и ожидалось из-за рывков мой удар вышел смазанным и Георгий только утробно хекнул, а я шлепнулся вниз, оказываясь на спине. Те двое уже рядом, и вся четверка дружно начала вытанцовывать джигу, увлеченно окучивая меня ногами. Э нет ребята, так дело не пойдет. Я хорошо знаю, что делать в такой ситуации. Оказавшись свободным и на земле, я сразу же поджал ноги и руки приняв позу жука, оказавшегося на спинке и беспорядочно сучащего лапками. Только в отличии от жука, я своими конечностями не сучил беспорядочно, а вполне осмысленно скруглил спину, прижал подбородок к груди, подтянул чуть расставленные ноги к животу, колени к локтям, закрывая свои ребра и живот. Сжатые кулаки прикрывают голову методично сбивая летящие в нее удары, ногами. Я кручусь спиной на асфальте, играю корпусом, ставлю жесткие блоки локтями и ступнями и время от времени, выстреливаю то одну, то другую ногу в подставившегося противника.

— Ай сука, я себе ногу об него отбил!

— Аца, бля! Бей ему по тыкве!

— Колено, бл-я-я-дь!

— Сзади, сзади заходи!

Что твари не нравится? Дайте мне только встать, вам пидорам еще больше не понравится. Лежащий на спине боец, который еще и умеет защищаться, это не такая уж и легкая цель. Он уже лежит, у него устойчивая позиция, спина прикрыта, ниже ему падать уже некуда. У него четыре конечности, которые могут и закрывать его от ударов и бить в ответ. У его врагов, конечно, конечностей побольше, но у них положение не такое устойчивое, и они, в жажде пнуть меня посильнее, толкаясь, часто мешают друг другу. Если избиваемый не сопротивляется, а сжимается в позу эмбриона, как советуют некоторые «спецы», то его легко могут забить и на смерть, спина и затылок-то открыты. Несколько мощных ударов по затылку, позвоночнику или почкам и до свиданья мама, здравствуй травматология, а то и морг. Да, мне прилетало конечно, но все больше вскользь не фатально, это можно терпеть. В граде ударов вокруг меня стали появляться дыры, у кого то уже болела отбитая об локоть нога, кого-то я удачно пнул в голень или коленку сам. Один вообще улетел куда то назад от моего удачного удара в пах, правда вместе с моей туфлей. Ничего. Я ее потом найду. Улучив момент, я рывком сделал кувырок назад с выходом на ноги. Получилось! Я сразу пробиваю двоечку прямых в бороду ближайшего противника, того сносит, и я тоже падаю от прохода в ноги другого противника. Я снова на земле, но ситуация теперь хуже первоначальной. Эта падла, сковывает мои ноги и лезет выше, пытаясь прихватить еще и руки. Если ему это удастся, то остальные меня просто забьют ногами по голове, пока этот гад вяжет меня внизу. На улице делать свипы, болячки или удушки, как на борцовском ковре, это совсем плохая идея. Друзья вашего оппонента мигом сделают из вас тушку для битья, дружно отпинав ногами везде куда достанут. Я, не мудрствуя лукаво, просто прихватил одной рукой противника за голову, и вбил большой палец левой руки ему в глаз, делая вычерпывающее движение. Раздался дикий вопль

— Гла-а-а-з!!! Сука-а-а! Он выбил мне глаз!!!

Мой противник скатился с меня, и подвывая стоял на коленях. Из его правой глазницы свисало вывалившееся глазное яблоко, державшееся на каких то белесых ошметках. Он схватился обеими руками за лицо закрывая эту неаппетитную картину. А я, поджав обе ноги к груди, мощно пнул его в голову, отшвыривая от себя подальше. Отвлекся и тут же был наказан. Мне, прямо по ребрам, ощутимо прилетел жесткий носок чьей то туфли. Больно, блин! Второй удар, я ему нанести не дал. Извернулся, заблокировал ногу левым предплечьем ближе к колену, и прихватив за пятку правой рукой навалился всем корпусом, опрокидывая вниз. На получи!!! Я с боку, от всей души, приложил подъемом стопы по голове упавшего противника и качнувшись вперед, не опираясь руками вскочил на ноги. Осмотрелся. А у меня то остался всего один оппонент. Тот, которого я приголубил двоечкой в бороду, так и лежал на газоне под деревом, одноглазый стонал, грязной кучей копошась от меня неподалеку. Пнувший меня по ребрам и получивший ответочку тоже лежал без движения.

— Ну здравствуй Жора!

— Уйди! Не трогай меня!

Тонко, по заячьи заверещал Жора, в отчаянии вытягивая обе руки по направлению ко мне, но я уже взлетел вверх и прихватив его голову нанес ему удар коленом в лицо, потом еще и еще, пока Жора не обмяк. Я отшвырнул его в сторону, поискал улетевшую туфлю, натянул ее и, немного прихрамывая, торопливо пошел вниз по улице, стремясь побыстрее уйти подальше. Куртку, которая была вся изгваздана в пыли, я с себя снял. На кистях рук были многочисленные ссадины, брюки порваны. Ну и видок. В довершении, в боку, куда прилетел самый мощный пинок, при вдохе ощутимо колет. Наверное трещина в ребрах, лишь бы не перелом. Если я сейчас сунусь на вокзал в таком виде меня сразу прихватят. А там и привяжут к этой драке. Я конечно защищался, но оно мне надо, отвечать за увечья которые нанес своим противникам? Советское правосудие не любит подобных мне народных борцов с преступностью. Лучше быть избитой и ограбленной жертвой, чем причинить нападающим непоправимый ущерб. Тогда бы правосудие было бы полностью на моей стороне, а сейчас…. Превышение допустимой самообороны, это самое мягкое, что могут мне припаять.

Я увидел телефонную будку на углу и поспешил к ней. Алан мне оставил свой телефон на всякий случай и я его помнил наизусть. Хорошо, что телефоны здесь пятизначные, не то, что в наше время. У меня в кармане среди мелочи нашлась двушка. Я кинул ее в прорезь автомата и набрал номер Алана. Ответил женский голос. Я попросил позвать приятеля, и когда он взял трубку, коротко объяснил ситуацию. К чести Алана, он не стал рассусоливать, а только спросил где я нахожусь. Я посмотрел на вывеску на доме рядом с будкой и ответил

— Жди скоро буду, — подтвердил Алан. — белая шестерка 67–83

— Понял

Я отошел от телефонной будки в тень от дома, прижался к стене и стал ждать. Вскоре показалась белая шестерка с номерами 67–83 сея. Она, не глуша двигатель, остановилась у телефонной будки. Внутри машины спереди находились два человека, их лиц не было видно. Из двери пассажира вылез Алан и стал оглядываться по сторонам, ища меня взглядом. Я вышел из тени и похромал по направлению к машине. Алан глазами указал мне на заднюю дверь и я тяжело сел внутрь.

— Здравствуйте! Меня зовут Юра!

Вежливо поздоровался я с водителем, крупным мужчиной с блестящей лысой головой. Тот повернулся, осмотрел меня и, протягивая руку, с улыбкой сказал

— Досталось тебе однако. Я отец Алана, меня зовут Олег Сосланович. Сын говорил о тебе много хорошего.

Спасибо! Очень приятно — я пожал руку.

Пап, поехали быстрее — поторопил нас Алан, садясь рядом со мной — не надо тут отсвечивать.

Отец Алана, переключил скорость и медленно тронулся с места. Мы ехали вечерним улицам минут пятнадцать. Я по дороге вкратце пересказал свою историю, не упоминая о том, что вышел на охоту специально. Просто сказал, что не сумел взять билеты на вечерний поезд, поэтому взял только на утренний, и чтобы не скучать на вокзале, вернулся в город. Приехав решил ознакомиться самостоятельно с его центром, а потом вернуться на последней электричке. Мой приятель и его отец только качали головами, сокрушаясь сколько развелось вокруг хулиганья.

— С милицией лишний раз лучше не связываться — одобрительно кивнул отец Алана, не отворачиваясь от дороги — там ты сам не поймешь, как окажешься виноватым.

Я, не зная города, почти сразу потерял направление, но все равно с любопытством вращал головой рассматривая, проплывающие за окном дома.

— Этот район называется Осетинка. — Пояснил мне Алан перехватив мой взгляд. — Мы живем тут неподалеку, в районе завода Бином.

Мы заехали внутрь двора который ограничивался двумя пятиэтажками. Отец Алана загнал машину в карман и мы вместе вышли из нее. Во дворе почти никого не было. Мы вошли в ближайший подъезд и поднялись на третий этаж. Дверь была открыта. Олег Сосланович зашел первым, А Алан пропустил меня вперед, замыкая нашу процессию. Мой приятель жил в приличного размера трешке, правда кухня была маловата, метров шесть, зато зал, в котором уже стоял накрытый белой скатертью стол, был весьма приличным по размерам. Я познакомился с мамой Алана. Индирой Александровной и его младшим братом Сергеем, шустрым мелким мальчишкой лет восьми. Мать моего приятеля, была высокой, статной женщиной, по виду за сорок. Его отец был явно лет на десять ее постарше, примерно мой ровесник, если брать меня нездешнего. Алан внешне больше походил на мать чем на отца.