Чтение онлайн

Тем временем, я уже добрался до своей полянки. За время моего отсутствия, ничего здесь не изменилось, только сухих листьев нападало больше. Сегодня я работал по облегченной программе. Сделал разминку, растяжку, раскидал в ударах руки и ноги. Боль в боку не давала возможности себя нагружать в полную силу, но полегоньку без фанатизма работать было можно, главное не делать очень резких движений и не нагружать левую сторону. Самое-то было поработать на этом занятии бой с тенью. Я легко двигался по кругу, мысленно представляя перед собой противника и кидая время от времени джебы, чтобы держать его на дистанции. В кокой-то момент, «прикормив» воображаемого противника однообразными ударами, я, сразу после джеба, быстро выполнил внутреннюю подсечку левой ногой, под впереди стоящую ногу противника. Такая ударная подсечка, наносится внутренней частью подошвы по щиколотке и даже если не уронит вашего визави, то вызовет довольно болезненные ощущения, и на мгновение, у него появится момент нестабильности в стойке. Воспользовавшись заминкой своего виртуального противника я, сразу после подсечки, нанес кросс правой рукой ему в челюсть, мгновенно добавил левый боковой с другой стороны. Завершил комбинацию мощный лоукик по многострадальной впереди стоящей ноге противника. Лоукик, я выполнил по тайски, с мощным проносом, так, что меня аж закрутило. Сразу, чтобы остановить возможную контратаку, я продолжая вращение, кинул бэкфист левой рукой и после него, добавил еще один прямой правой. Неплохая получилась серия, надо бы ее хорошенько отработать. Таким образом, я позанимался еще минут сорок. В конце тренировки я немного порастягивался и, с чувством выполненного долга, побежал обратно. В процессе тренировки я хорошо разогрелся и теперь почти совсем не чувствовал болезненных ощущений в боку и ноге. Сейчас кровь активно циркулирует по всему телу, оказывая тонизирующий обезболивающий эффект и помогая организму залечивать повреждения. После трех месяцев проведенных в горах, ноги просто сами несли меня вперед. Бежать было очень приятно. Казалось, что, несмотря на полуторачасовую тренировку за плечами, я сейчас легко пробегу даже марафон.

В этот же день, ближе к вечеру, набегавшись с матерью по магазинам и спекулянтам, я переодевшись дома в обновки, решил зайти в опорный пункт к Рамазанову. Я без стука вошел внутрь и сразу увидел инспектора. Он сидел у себя за столом и мирно дремал, откинувшись на спинку стула. От стука закрывшейся двери, он вскинулся и посмотрел на меня. В затуманенных от сна глазах на миг мелькнула озадаченное выражение. Я вежливо поздоровался с ним прямо от двери.

— Здравствуйте, Руслан Харитонович.

— Юра? Костылев, ты что ли? — Рамазанов удивленно смотрел на меня — Ну ты и вымахал за лето. Уезжал ты дохлым и тощим как палка, а вернулся высокий румяный здоровяк. Тебя чем там кормили? И я так хочу.

— У вас так не получится Руслан Харитонович, возраст у вас не тот, что бы так расти — улыбнувшись во весь рот, хитро сказал я

Инспектор вышел и за стола, и за руку, как с равным, поздоровался со мной.

— Ну, рассказывай, как ты там, в горах время провел?

— Отлично провел — с оптимизмом начал я. — Я там работал, бегал по горам, ходил в походы, общался со студентами и студентками. В общем, как будто то побывал в пионерлагере, но только для взрослых.

— Со студентками это хорошо, — похвалил меня Руслан Харитонович, и тут же подмигнул — надеюсь, с ними ты общался не совсем по взрослому? Отметины на лице, это тебе, наверное, кавалеры тех студенток, с которыми ты общался, поставили?

— Да нет, — отмахнулся я — я со студентками только на общие темы общался, никаких вольностей, я же еще маленький. А эти ссадины, то я упал, когда бегал в горах. Поскользнулся, прокатился по склону, руки вот поцарапал, ногу чуть подвернул и на лице пара отметин осталась.

— Понятно. Осторожней надо бегать, так и без глаз можно остаться — засмеялся инспектор.

— Так я же теперь не в горах, здесь буду бегать по улицам и в парке, так что не упаду.

— Спортом стал заниматься? Молодец! Я, почему твоей матери звонил, вспомнил, что ты скоро должен приехать, и что обещал тебя к хорошему тренеру устроить, чтобы ты мог хулиганам отпор давать. Я на счет тебя уже договорился.

— Здорово! — восхитился я. — А с кем? Какой вид спорта и куда мне приходить?

— Есть у меня хороший знакомый, он на стадионе «Динамо» оперов и группу захвата тренирует. Заслуженный мастер спорта по самбо, между прочим. Чемпион! Он еще секцию для обычных ребят ведет, там же в борцовском зале на Динамо. У него и дети занимаются и ребята постарше, студенты и старшеклассники.

— Класс!

— Зовут его Федор Степанович, мужик он строгий, но справедливый. Тренировки, для ребят твоего возраста проходят по расписанию понедельник, среда, пятница. Начало в семь вечера, но надо прийти минут за пятнадцать, чтобы переодеться. Но смотри, я за тебя перед ним поручился. Сказал, что ты основательный парень и будешь заниматься серьезно. Ты уж меня не подведи.

— Спасибо Руслан Харитонович. — Я с благодарностью приложил руку к сердцу — Я вас не подведу. Заниматься буду со всем усердием.

— Пожалуйста. — Кивнул Рамазанов и добавил после паузы — И еще. С твоими недругами, я серьезно поговорил. Селиверстову тогда пятнадцать суток дали, а с остальными провели разъяснительную работу. Думаю, что они меня поняли. Но, на всякий случай, если возникнут какие-то проблемы, сразу обращайся ко мне, не надо их палками по голове бить. К тому же, и у них может оказаться что-то посерьезнее палок.

— Хорошо Руслан Харитонович я вас понял.

Еще немного пообщавшись с инспектором, я с хорошим настроением вышел из опорного пункта, буквально натолкнувшись на Шило, который с ненавистью посмотрел на меня, но ничего не сказал и зашел в подъезд, где был расположен опорный пункт. «Наверное, его опять на проработку вызвали», подумал я и пошел по направлению к дому. Все складывалось как нельзя лучше. Сегодня я уже успел в спорттоварах купить красную куртку для занятий самбо, спортивные шорты и самбовки, купил также себе боксерские перчатки, легкие перчатки — «блинчики» для работы по груше, эспандеры, всякую мелочевку и обязательно парочку кап. Без капы, я не то, что спарринговать, а даже бороться не хочу. Импланты здесь еще не ставят, а беззубым ходить ой как не хочется. Да и постоянные сечки внутренней поверхности щеки, то еще удовольствие. Я от этого страдал в горах, ругая себя, что не купил себе капу заранее. Даже в борьбе, частенько, невзначай от товарища может прилететь плюха, или локоть в голову, и потом плюйся кровью, и думай, какой ты лопух, потому что не надел перед схваткой капу.

Толян с компанией, как обычно, сидел на трубах за гаражами. Лето подходило к концу, но еще было достаточно тепло. Парни пили пиво из пол-литровых банок, и лопали сушеную тарань. Пиво наливали из трехлитрового баллона, а тараньку брали с газетки, которая лежала на пустом деревянном ящике. Мусор, как водится, они бросали себе под ноги, поэтому все вокруг было загажено, но это никого не смущало. Вокруг стоял веселый гогот — маленький конопатый парняга, в ярких красках, описывал, как они с приятелем вчера щемили лоха. Шило возник как тень за спиной у Толяна.

— Толик, на пару слов можно тебя?

Толик допил пиво, поставил пустую банку на ящик, и встал из-за импровизированного стола

— Ну, давай пойдем. Перетрем.

Они отошли метров пять от продолжающих гоготать парней.

— Ну чего там у тебя? — недовольно спросил Толян.

— Я сегодня в ментуру ходил, по повестке вызывали, и прямо на входе встретил Юрку Штангиста. Он прямо от Харитона выходил. Весь прикинутый такой, в новых джинсах и в кроссах фирменных.

— Появился, значит, сука — задумчиво потер небритый подбородок Толян — надо бы его как-то наказать, только чтобы Харитон не узнал. Он меня закрыть надолго грозился, если я Штангиста трону. Все грехи обещал припомнить, падла. И с Харитоном не хочется ссориться, и Штангиста так отпускать не хочется.

— Да и не надо отпускать, надо просто не самим это сделать — вкрадчиво сказал Шило — давай с пацанами с Заводского договоримся. Их здесь никто не знает. Они Штангиста по-тихому отработают, а мы тут не причем будем