Чтение онлайн

— Интересно, — хмыкнул я, — давно не пил.

— Попробуй, — предложил Толя и налил стакан.

Жидкость была пенистая и шипучая, цвет у напитка прозрачно-желтый. По старой памяти я понял, что брага выдержанная.

— Месяц стояла, — подтвердил Толя.

— Начинать надо с дам, — плавным движением забрала Лариса у меня стакан. — Ядреная! — крякнула она, приложившись к стакану, и выпила половину. Остальное допил я.

— Тогда пустим по кругу кружку дружбы, — предложил Мати-Миша, — дай большую! — обратился он к Толе.

К большой кружке по очереди приложились все, даже Костя нюхнул.

День стоял теплый, солнечный, на рябинах у забора весело чирикали воробьи.

Поспели шашлыки, Толя сложил их с шампурами на поднос и зарядил новую партию. Шашлыки оказались из молодого барашка, у нас их делали только из свинины, эти были вкуснее.

Миша разлил коньяк по стаканчикам.

— Спасибо, Толя, — сказал он, — постарался для старого друга. Сейчас будет тост.

Кавказец поднялся с бревнышка и обвел всех взглядом. Мне показалось, что он задержался на Ларисе, однако это меня не удивило, на нее все таращились, видя впервые.

— Высоко в горах жил орел. Он не летал к людям, ему хватало пищи вокруг в ущельях, по которым скакали горные козлы, а на камнях грелись ленивые змеи. Но однажды он из любопытства спустился в долину, где пастух пас стадо баранов.

В стороне паслась красивая кудрявая овца, которая забрела попробовать сочной зеленой травы в тени скалы.

«Вот ее я и ухвачу, — решил орел. — Она вкуснее моих козликов». И набросился на красивую ярочку. Вцепился когтями в шкуру и взлетел. Ярка испуганно заблеяла.

— Что ты блеешь? — сказал ей орел. — Без меня никогда бы ты не поднялась ввысь и не увидела, как прекрасен мир сверху.

— Но ты съешь меня! — заревела ярочка.

— Тебя все равно съедят люди, но ты познаешь то, что не дано познать другим баранам. К тому же ты мне нравишься, у тебя такая мягкая шерсть, что, пожалуй, я оставлю тебя в живых, мне скучно жить одному.

Однако тут пастух выстрелил из ружья в огромную птицу, и орел выпустил овцу из когтей, а сам, обливаясь кровью, еле скрылся за ближайшим утесом.

А овца сломала о землю ноги и не могла подняться.

«Зачем стрелял пастух, сейчас бы парила в воздухе и насыщалась красотой мира с высоты, кто знает, может быть, орел пощадил бы меня», — подумала она.

Давайте выпьем за то, чтобы бараны не боялись высоты, если уж взлетели к небу, и не превращались бы в руках людей в шашлыки, которые мы сейчас кушаем.

Я пытался понять смысл притчи, окружающие же уловили только то, что она связана с вкусными шашлыками, и с гиканьем подняли стаканчики.

Лариса с улыбкой смотрела на кавказца. Я что-то скис.

— Умеют говорить цветистые тосты жители гор, — наклонилась она ко мне.

— Я тоже умею, пей!

Все выпили.

— Разрешите произнести продолжение тоста, — поднялся я с табуретки.

— Пастух подбежал к разбившейся ярочке и сказал ей: «Сколько раз просил я тебя не отходить от стада. Но ты скрылась с моих глаз, я заметил только, как орел уже поднял тебя высоко в воздух, ты упала и сломала ноги».

Выпьем за то, чтобы овцы слушались своих пастухов, если не хотят попасть в когти орлов.

Мати-Миша внимательно посмотрел на меня.

— Какой у вас умный муж, Лариса.

Титул мужа в его устах не удивил меня и польстил мне. На Кавказе большая разница в возрасте между супругами в порядке вещей.

Все выпили за бедную ярочку. Я закурил.

Темноволосая девушка, которая так и не представилась, подсела ко мне, передвинувшись со своей табуреткой, и сказала:

— У вас хорошие сигареты, «Данхил», угостите меня.

Я подставил ей пачку, она внимательно посмотрела мне в глаза и достала одну.

— У вас красивая борода, даже лучше, чем носят наши мужчины.

— А у вас красивые волосы, — подарил я черноволосой южанке встречный комплимент и зажег спичку.

Миша встал, подошел к нам и обнял одной рукой смуглянку, другой меня.

— Нравится тебе Зара, Вадим?

— Красивая девушка.

Наверно, с браги, я пошел отлить в сарай. Голова гудела от смешивания напитков. Только собрался выйти, в сарай заскочила Надя и зашептала:

— Хватай Ларису, и быстро уезжайте с Костей!

— А что? — пьяно осклабился я.

— Надя, ты где? — раздался Толин голос. — Когда вино принесешь?

Надя метнулась из сарая.

Возвращаясь на место, я увидел, как Мати тащит Ларису в дом. Она вырвала руку, подбежала ко мне и сказала:

— Возвращайся домой, Костя отвезет.

— Ты что?

Я вцепился в подругу, прижав ее к себе обеими руками.

Но тут почувствовал резкий удар сзади по голове и потерял сознание.

Очнулся я в автомобиле, который остановился перед моим домом.

Костя совал мне в карман пропуск через зону.

«Предъявил на КП за меня», — догадался я, медленно приходя в себя.

— Где Лариса? — прохрипел мой голос.

— Ничего с ней не будет, приедет завтра, — проскрипел Костя ехидным фальцетом.

— Это ты заманил нас! — схватил я его за грудки и вдарил калганом в ненавистную рожу.

Из носа «друга» хлынула кровь.

— Дурак! — выругался он, сморкаясь. — Ларка сама захотела поехать к Рустаму, я только сказал ей вчера, что он приедет.

— Какому Рустаму?

— Мати — это Рустам, бывший Ларкин друг. — Костя лег спиной на капот машины. Жена подбежала к нему и стала обтирать лицо носовым платком.

Я понял наконец все. Объявился Ларисин уголовник! Мне расхотелось бить поверженного провокатора, шатаясь, добрел я до квартиры и рухнул на тахту.