Чтение онлайн

— Ясное дело, нет! Кабинет сразу опечатали, вот только труп убрали.

— А кроме ножевых ран. никаких больше следов на теле не нашли?

— Пока что - ничего. Может, экспертиза покажет.

На некоторое время оба замолчали.

— Не понимаю, - внезапно посетовал Птучка, - и как это ваш нож оказался там?! Я ведь тоже видел вас по телевизору. Так складно говорили.

Через полчаса в гостиницу прибыл посыльный и передал, что майор Афонов срочно вызывает Невского к себе.

Машина ждала внизу, у подъезда.

Они быстро промчались по кривым нешироким улочкам, и Невский с огорчением отметил, что города он опять толком и не разглядел.

Ничего, утешил он себя, когда-нибудь и я здесь погуляю. Свободный и ни в чем не виноватый.

С Афоновым, которого сопровождали еще трое сотрудников, они столкнулись в коридоре, у дверей кабинета.

— Давайте проходите, - деловито пригласил майор, пропуская вперед посетителей, и, выложив на стол папку из толстого картона, сразу сообщил: Дела идут, Михаил Викторович. Даже бегут, я бы сказал. Обнаружены следы преступника. Видите, как это важно - сразу взяться за дело и ни на шаг не отступать. Да, можете полюбоваться. Никаких идей нет?

И не понятно было, шутит он или и вправду приглашает Невского немедля подключиться к следствию.

Да нет уж, если бы шутил, не стал бы звать - вот так-то, запросто, подумал Невский. Но зачем ему я как помощник? Что могу? Формально ведь я не имею права. Он не верит в свои силы? Не исключено. Однако почему он думает, что в качестве советчика, пускай и добровольного, я буду здесь полезен? Или, вовлекая меня в это разбирательство, он попросту преследует какие-то свои, не относящиеся к делу цели? То есть косвенно они пересекаются, конечно, но. А, ладно, что сейчас гадать! Надеюсь, многое довольно скоро прояснится. Мне предложено - и глупо в этой ситуации качать какие-то права, в бутылку лезть. Я тоже нынче заинтересован.

— Можете полюбоваться, - повторил Афонов.

Он распахнул папку и показал свежие, даже еще чуть влажноватые на ощупь фотографии.

И Невский вновь увидал уже знакомый рисунок, от которого у него чуть екнуло в груди: редкая сетка из правильных ромбов, с небольшими кружками на пересечении линий.

— Откуда?

— На полу в прихожей. Совсем недалеко от двери в спальню. Думаю, насчет планировки - а она достаточно простая - мы еще успеем с вами побеседовать.

— Конечно. Будет очень интересно. А еще. остались следы?
– спросил Невский, с трудом подавляя волнение.

— Самых разных - полно. Но таких вот маловато, - майор дольше обычного задержал взгляд на Невском.
– Видно, действовал сметливый преступник.

— Или группа.

— Или группа, - в тон ему согласился майор.

— Отпечатки обуви брали только в доме?

— Вы же помните: шел очень сильный дождь. Даже если и были следы снаружи - а они, конечно, были!
– их давно уже смыло.

— Нет, я имею в виду гараж, флигель.

— О, как вы хорошо ориентируетесь!..
– недобро хмыкнул Афонов.
– Вы что же - там бывали, да? Или подробно все выспросили у Лидии Степановны, когда провожали ее?

— Нет, - нахмурился Невский.
– Просто мы немного побеседовали с лейтенантом.

— Зачем вы с ним об этом говорили?
– Афонов грозно повернулся к Птучке.
– Я же вас оставил для чего?!.

— Так получилось, - быстро отозвался Птучка и независимо уставился в окно.

— Получилось!.. Очень вовремя.
– вздохнул майор.
– Ну, ладно. Но учтите, если что-нибудь потом!..

— Так я не понял, вы смотрели в гараже, во флигеле?
– напомнил Невский.

— Да. Там - ничего.

— А что с собакой?

— Стало быть, и это знаете. Чего же зря расспрашивать?! Вестимо отравили.

— Чем же?

— Ртуть.

— Хм. в наши дни - не слишком популярный яд, - заметил Невский, задвигая бороду привычным жестом набок и тотчас начиная машинально расправлять ее.
– Вот это уже любопытно. Кстати, как вы полагаете, где может находиться наш убийца?
– Он нарочно сделал ударение на слове "наш".

— Да где угодно!
– с неудовольствием пожал плечами Афонов.
– Даже странно слышать. Сейчас мы просто этого не можем знать. Рано.

— Не совсем так, - возразил Невский.

Он прекрасно понимал, что дальнейшим ходом своих рассуждений способен поставить под очередной удар не только Куплетова, но в равной степени и себя.

Однако же теперь он чересчур втянулся в это дело, и в нем слишком разгорелся давний исследовательский зуд, чтобы идти, как говорится, на попятный.

Поэтому он вкрадчиво, стараясь выглядеть уверенно-спокойным, начал:

— Вы правы, сейчас мы многого не можем знать наверняка. Но если будем действовать прямолинейно, в лоб, тогда тем паче вряд ли быстро подберемся к цели.

— О, у вас уже есть план?
– язвительно откликнулся майор.
– Я верно понял?

— Ну, не то чтоб план. Но попробуем подойти к этому вопросу так. Невский с непринужденным видом уселся в кресло у раскрытого окна и достал пачку сигарет.
– Я закурю, не возражаете?

— Сколько угодно! Сам не балуюсь, но все кругом дымят - уже привык, пренебрежительно махнул рукой майор.
– Если это поможет вам излагать факты.

— Факты?
– изумился Невский.

— Ну да. Ведь вы же собираетесь нам кое-что поведать. Я вас верно понял?

— Простите, это что - допрос?
– напрягся Невский.

— Да помилуйте, избави бог! Какой допрос?! Но вы буквально только что. По собственному, так сказать, желанью. Разве нет? Мы это всячески приветствуем.

Афонов, чуть склонивши голову, с язвительной усмешкой посмотрел на Невского: мол, кто тебя, балбеса, за язык тянул, теперь давай, выкладывай начистоту.

— Вы что-то путаете, Анатолий Аверьянович, какие еще факты?!
– начиная не на шутку злиться, но стараясь выдержать однажды взятый тон, воскликнул Невский.
– Это - всего-навсего мои предположения, и только!

— Ну, предположения, - согласно покивал майор, тихонько барабаня пальцами по папке на столе.
– Мне главное - услышать правду.

Было ясно: для него нет ни малейшей разницы, как все это называть, поскольку суть - одна. И если Невский так настаивает. Ради бога!

В прошлом, когда Невский только начинал печататься, у главного редактора в одном из уважаемых журналов была похожая причуда. И не важно, что ложилось на большой начальский стол - рассказ ли, очерк ли, эссе или простое интервью. Все это называлось коротко: "статья". И спорить, что-либо доказывать - как пальцем в пустоту.