Чтение онлайн

Майор аккуратно водрузил трубку на место.

— Опять - сенсация?
– не выдержал Невский.

— Ну, может, не такая и сенсация.
– Афонов пригладил ладонью блокнотные листы.
– А Мордянский - просто молодчина! Зверская пытливость. Он сейчас мне сообщил. Короче, этот черт Бутусов раскололся - там же, на заводе, по второму разу. С летчиком, ну то есть Ломтевым, его знакомил Звязгин. Лихо?

— Почему-то именно такая мысль и пришла мне в голову. Буквально только что.

— Провидец вы наш несравненный!
– без особого восторга заключил Афонов.
– Все-то вам известно, все-то вы предвидите! Мы тут - корячимся, по крохам собираем информацию, а вы - в один момент.

— Благодаря вам, Анатолий Аверьянович! И только-то!..
– ответил Невский с напускной любезностью.
– Вы это постоянно упускаете из виду!

Афонов чуть растерянно и вместе с тем устало посмотрел в окно: на мокрые крыши домов, на серые густые облака, клубящиеся низко над землей.

— Так кто же все-таки убил старушку?
– после долгого молчания с недоумением спросил он.

— Кажется, я начинаю понимать. Неужто вам и самому не хочется связать - одно с другим?! Ах, Анатолий Аверьянович, какой вы, право, нерешительный! Нельзя же так!
– развел руками Невский.

Странное дело: он с Лидочкой не виделся практически два дня, если не считать случайно-мимолетных и, по сути, ни о чем не говорящих встреч, и тем не менее в нем нарастало чувство, будто эта разлука лишь сблизила их - да, вопреки всему, по-хорошему сроднила.

Теперь, когда почти все стало ясно, он с немалым удивлением вдруг обнаружил, что не испытывает к ней ни малейшей неприязни.

Больше того, в нем зародилось непонятное, наивно-трогательное сострадание, какое-то отеческое беспокойство за нее, желание утешить и быть рядом.

Влюбиться в убийцу? Ну, не абсурд ли?!

Невский старался не думать об этом.

До последней секунды он тайно, нелепо надеялся, что Лидочку минет чаша зла и судьба окажется хотя бы в этом благосклонна.

Он жестоко просчитался. И вот это угнетало как ни что другое.

— Вы, наверное, поедете с нами?
– спросил Птучка, когда закончилось совещание, на котором майор оперативно подвел первые итоги.

— Ну, если только вы направляетесь в санаторий.
– сообразив, о чем речь, кивнул Невский.
– Мне тут, в городе - вернее, в вашем расчудесном отделении - порядком надоело. Хочу все-таки спокойно отдохнуть.

— Не нравится проводить отпуск рядышком с убийцей?!
– хохотнул Афонов.
– Ничего, Михаил Викторович, привыкайте. То ли еще в жизни может быть!

Ордера на арест Лидочки, Ломтева и Звязгина были наконец-то получены.

Что же касается Бутусова, то его без лишних проволочек уже доставили в участок.

Дело вступало в завершающую фазу.

— Дергун, Птучка, Мордянский и Гугулидзе - в санаторий!
– распорядился майор.
– Чикин. пока останется здесь. Будете нам обеспечивать тылы.

Чикин сидел в углу очень бледный, понурый и на вид - совершенно больной.

Затем Афонов отправил троих к дому летчика и, кроме того, выделил специальную оперативно-связующую группу, которую возглавил сам.

— Если Ломтев начнет отстреливаться, - предупредил он, - тоже бейте на поражение. Никакой жалости к нему. Но взять надо живым!

— Что он, дурак - стрелять-то?
– усомнился Птучка.

— Дурак не дурак, а в тюрьму кому охота?
– резонно возразил майор. Главное - не упустить. Ударится в бега, хлопот потом не оберешься!..

— Кстати, не худо бы все же позвонить в санаторий, - заметил Невский.
– Выяснить обстановку, и вообще. Ни к чему нам лишние конфликты. Там ведь тоже могут к нашему приезду подготовиться.

— Дергун, свяжитесь с санаторием - спросите, как у них обстановка! приказал майор.

Сержант принялся нудно названивать - на том конце провода упрямо не желали снимать трубку.

— А Куплетова вы отпустить поторопились.
– неодобрительно, как бы между прочим, сказал Невский.

— Почему?
– удивился Птучка.
– Пускай свои фокусы показывает. Вы же сами настаивали!

— Да, я предлагал его отпустить. Но загвоздка в другом: ситуация переменилась, теперь все иначе. Он ведь торчал в городе по подозрению в убийстве. И об этом в санатории, уж смею вас уверить, знали решительно все. Понимаете? И тут - сюрприз: возвращается, как снег на голову, ни с того ни с сего. Что должен подумать убийца?

— Что?
– с готовностью переспросил Птучка.

— Невиновного вернули. Значит, дело нечисто. Надо удирать, покуда время есть. Ведь так?

— Так.
– неуверенно пробормотал Птучка, заражаясь беспокойством Невского.
– Действительно, сидел бы себе в камере. И нам спокойней, и ему. на пользу!.. Я всегда считал, что суток на пятнадцать каждого четвертого сажать не грех. А то и каждого второго! Для мозгов хорошая подпитка. Дурь, как пробку, вышибает!

— Нечего!
– вдруг взъерепенился майор.
– Я знаю наперед все ваши мысли. Размечтались!.. Вон - теснота какая! В камере и без того не продохнуть. Один ушел, а уже трое - так и норовят на его место. Кабы нам расшириться, тогда другое дело. На хрен невиновному сидеть?!

Тут Дергун, наконец, дозвонился.

— Алле!
– гаркнул он в трубку, важно надувая щеки.
– И кто у телефона? Ах, товарищ Подкосыжнев, Бонифатий Павлиныч, сам директор!.. Исключительно приятно! Вам из угрозыска звонят. Нет, дяденька, я не шучу. Узнали? Молодец! Тогда слушайте внимательно. Нет, карандашика не надо, все запоминайте! К вам срочно выезжает оперативная группа. Что? В санатории тихий час? Вот и скажите, чтобы все сидели тихо! А иначе будет громко, очень громко! Да! Где Звязгин, ваш санитар? Не знаете? Ну так проверьте! Вы ж пока директор. Ах, вот так. Я подожду. Что, прояснилось? Ну, и?.. Как ушел? Куда ушел?! Вы не темните! А когда? Хм, с полчаса. Вы точно знаете? А Лидия Степановна? На месте. Ладно, ждите. И - чтоб никому ни слова!
– Он раздраженно швырнул трубку и, раскрасневшись, с шумом выпустил воздух. Прямо наказание какое-то.
– пожаловался он.
– Ни черта не понимает. Знай бубнит свое. И где такого откопали?

— Придурковат, - согласился Афонов.
– Но зато - ветеран. С большим прошлым человек.

— Его бы этим прошлым - да по одному месту!
– огрызнулся Дергун. Может, поумнел бы тогда.

Невский грустно покивал Птучке.

— Вот видите, - проговорил он с нескрываемой досадой.
– Я как в воду глядел.

— Мда, плохо, - согласился майор.
– Придется оцеплять район. Попробуем пока своими силами, конечно. Вряд ли преступник далеко ушел. Вот разве только где-то затаился. Чикин, кончили сидеть в тылу! Вы и Мордянский присоединитесь к оцеплению. И Гугулидзе - тоже. Птучка и Дергун - на санаторий. И двоих покуда хватит.

— Почему же именно двоих?
– возразил Невский.
– Я поеду с ними.

— А стоит ли теперь?
– усомнился майор.
– Сейчас-то - самый гон пойдет. И мало ли что. Вы - человек гражданский, видный, пользы от вас в серьезной обстановке, скажем так, немного.

— Вы это серьезно?
– испытующе посмотрел на него Невский.

— Почти не сомневаюсь. Одно дело - рассуждать в тихом кабинете, и совсем другое. Уж не обижайтесь! Я ведь, Михаил Викторович, за вашу безопасность ручаться не могу. Кто его знает, какой еще фортель выкинет преступник?! Он же преступник, правда?