Чтение онлайн

Даша вздрагивает, будто от тока, и тут же тянется сама. Ее пальцы цепляются за мои плечи, за шею. Теплая кожа. Горячее дыхание. Все сводит с ума.

Я наклоняюсь и целую сладкие губы. Уже не осторожно. Глубоко. С тем самым голодом, который сдерживал весь вечер. Даша отвечает отчаянно, с тихими стонами, от которых сносит крышу.

— Рома, — шепчет она, чуть ли не всхлипывая. — Ромочка.

Я подхватываю ее на руки, вынуждаю обхватить мою талию ногами, целую нежную кожу ее шеи оставляя не только горячие следы, но и отметины. При свете дня все будут знать, что она моя. Ее голова запрокидывается, пальцы сильнее впиваются мне в плечи.

Я на грани.

Она дрожит в моих руках от желания. Волк внутри беснуется. Ему плевать на границы. Он требует свою пару. Я замедляюсь намеренно.

— Посмотри на меня, — прошу хрипло и утопаю в ее взгляде. Меня словно затягивает на дно. Я ничего не слышу, кроме ее вздохов, не вижу, кроме широко распахнутых светлых глаз. Я тону и не сопротивляюсь. Отчаянно хочу погибнуть в этом водовороте.

Я выхожу из воды, держа ее на руках, напоминая себе ледокол, что прет буром и его невозможно остановить.

Теплая вода еще держит за щиколотки, скользит по коже, а потом исчезает, оставляя после себя мурашки. Прохлада ночи сразу чувствуется на разгоряченном теле, как резкое прикосновение.

Я сажусь на траву, утягивая Дашу за собой и сразу же накрываю ее плечи и спину полотенцем. Она льнет ко мне, хочет согреться, прижимается доверчиво, утыкается в шею, а потом я чувствую несмелые поцелуи. Нежные, но разгоняющие мою кровь по венам.

— Мы так совсем замерзнем, — шепчет она и пытается снять топ.

Я ловлю ее движение раньше, чем она успевает договорить.

— Подожди, — выдыхаю ей в губы.

Мои руки скользят к ее бокам. Когти выходят бесшумно, ровно настолько, насколько это нужно. Я аккуратно вспарываю ткань по шву, не задевая кожу, стягиваю с нее топ двумя кусками ткани и отбрасываю в сторону.

Даша замирает, не спешит прижаться или спрятаться под полотенцем, дает рассмотреть себя, чуть откидывается, открывая шею и смотря на меня из-под опущенных ресниц с молчаливым вызовом. Прикусывает губу, хмурится, часто-часто моргает, и я отвисаю. Она понимает мое промедление неправильно. Думает, что не нравится мне.

— Тише-тише, — шепчу, не сдержав смеха, смешанного с рычанием. — Не убегай, — ловлю ее и вновь усаживаю на бедра. — Ты очень красивая. Очень! — красноречие явно бьет в барабаны отступления, потому что на языке только пошлая дрянь. Кладу руки ей на талию и притягиваю, упираясь каменным стояком между женских ног. — Теперь веришь?

Я откидываюсь на спину, увлекая ее за собой и приминая лопатками холодную траву. Да плевать, будь там хоть ледяные глыбы.

Даша оказывается у меня на груди, упирается ладонями в плечи, смотрит, покусывая нижнюю губу. На лице настоящая война эмоций.

— Я никогда так не делала, — шепчет она, срывающимся голосом.

— Как? — выходит у меня спросить.

— Чтобы с мужчиной… чужим мужчиной…

О боги! Это какая-то пытка за мое терпение!

Зверь беснуется, услышав про других мужчин, человеческая часть захлебывается горечью.

— Я тебе верю, — проталкиваю, чувствуя злость на самого себя. Точно не на девочку, что смотрит и у меня плавится все внутри. — Как бы я хотел встретить тебя раньше, — сказал я, приподнимаясь и впиваясь в ее губы. Я больше не хотел слышать о страхах. Не хотел слышать невнятные и ненужные оправдания — я хотел только свою женщину.

Мужчина подо мной напряжен и превратился камень. Каждое его движение отзывается во мне дрожью. Его кожа горячая, словно под ней течет не кровь, а огонь. Он больше не говорит, не пытается меня успокоить, и это пугает. Только дыхание, сорванное и неровное. Только губы, которые находят мои снова и снова, жадно-жадно, словно Рома боится отпустить меня хотя бы на секунду.

Его тело вибрирует. Я чувствую это бедрами, животом, грудью. Чувствую, как он сдерживается, и это знание заставляет меня трепетать, задыхаться желанием.

Мои пальцы обнимают его плечи, путаются в мокрых волосах. Он целует меня, и одновременно его руки освобождают нас от лишнего. Я не успеваю осознать, когда именно это происходит. Прихожу в себя, лишь понимая, что на мне больше ничего нет. Я лежу на спине. Подо мной полотенце, а мужчина нависает, упершись двумя руками по разным сторонам от головы. В свете луны его тело выглядит нереальным. Капли воды блестят на коже, подчеркивают напряжение мышц, линии плеч, груди. Он словно вырезан из влажного камня. Мне кажется, что от него поднимается пар или это просто взгляд плывет от жара.

И этот жар лишает мыслей. Лишает осторожности. Терпение исчезает, растворяется, как дыхание между поцелуями. Я тянусь к Роме сама, не думая, не сдерживаясь. Все мое существо требует именно этого мужчину. Это так отчетливо звучит в моей голове, что нет никаких сомнений.

— Моя Дар-р-рья, — произносит он, и глухое рычание, вырывающееся из мужской груди, разливается по телу жаром. Я забыла, насколько это приятно, когда тебя желают, когда тобой наслаждаются. А Роман мной именно наслаждался. Он не пропускал ни сантиметра моей кожи, оставляя влажные следы после поцелуев. Касался губами, прикусывал, тут же зализывал укус, урча, как огромный зверь. Я плавилась, растекалась в его руках, впервые чувствуя что-то подобное. От возбуждения перед глазами плыли темные пятна, а в голове пульсировало с силой, заглушая окружающий мир. Сомневаюсь, что сейчас я бы заметила кого-то, если бы он вышел на маленькую полянку.

Я растворяюсь в этом ощущении полностью, без остатка. Мир сужается до его дыхания, до тяжести его тела, до горячих ладоней, которые знают, где задержаться дольше, а где лишь коснуться, обещая больше. Роман движется так, словно слышит каждую мою мысль раньше, чем я успеваю ее осознать. Словно читает меня по напряжению мышц, по сбившемуся дыханию, по тому, как я выгибаюсь ему навстречу.

Его поцелуи становятся медленнее, глубже, словно он намеренно растягивает этот момент, не позволяя ни мне, ни себе сорваться слишком быстро. Я чувствую, как он наслаждается моей реакцией, как смакует каждое движение, каждый тихий звук, который я не в силах сдержать. И от этого во мне поднимается что-то новое: не только желание, но и странное, пьянящее чувство нужности.

Я цепляюсь за его плечи, зарываюсь лицом в его шею, вдыхаю этот дикий, терпкий запах, от которого превращаюсь в желе. Сердце бьется так громко, что, кажется, заглушает стрекот сверчков.

Я тянусь к Роме снова, шепчу его имя, почти теряя голос. Его ответ — низкий, вибрирующий выдох, от которого внутри все сжимается и тут же разливается сладким теплом.

Нежные ласки прекращаются, мужчина становится грубее и требовательнее, а я готова отдавать. Стеснение давно пропало. Исчезло, уступив место первобытному чувству. Я хочу Рому. Хочу гладить его обалденное тело, хочу целовать его губы, хочу ощутить, как он войдет в меня. Запомнить первый толчок. Впитать мужской хриплый стон. Это так приятно знать, что у партнера от тебя сносит голову. Что он не может контролировать себя.