Чтение онлайн

Я мягко коснулся губами ее виска.

— Тс-с-с.

Но она все равно продолжала:

— Я была грубой. Я сказала такие вещи… Рома, мне так стыдно.

В ее глазах еще больше слез.

— А я ничего не помню, — сказал я.

— Ром…

Я пожал плечами, делая вид, что пытаюсь вспомнить.

— Честно. Полный провал.

— Ну, Ром…

Я снова поцеловал припухшие губы, гася ненужные мне оправдания.

— Правда, — пробормотал я. — Совершенно ничего, — и крепче прижал Дашу к себе.

Счастье пришло, как теплый ветер, который вдруг касается лица, когда открываешь окно ранним утром. И ты не сразу понимаешь, что это оно. Просто в какой-то момент замечаешь, что дышать стало легче.

Мне определенно стало легче дышать.

В Лозовицах время текло иначе. Оно не подгоняло, не требовало бежать и успевать все сразу. Оно шло спокойно и размеренно, как вода в старом ручье за огородами. Здесь утро начиналось медленно. Меня будил мягкий солнечный свет, пробирающийся сквозь занавески, и негромкое ворчание деда на кухне. Он мог ругаться на чайник, на старую кофемолку или на скрипучий шкаф. Дед шел на поправку. Медленно, но уверенно.

Он начинал с того, что просто выходил из комнаты и садился за стол, наблюдая, как я готовлю завтрак. Потом начал сам наливать себе чай. А через несколько дней уже выглядывал в окно и командовал, что именно нужно делать во дворе.

— Помидоры не переливай, — говорил он с важным видом. — Они воду не любят.

Сейчас я любила это ворчание. Дед снова становился собой, наполняя дом спокойным счастьем.

После завтрака мы выходили во двор. Я занималась огородом: поливала грядки, пропалывала траву, собирала огурцы или зелень. Земля была теплой, руки пахли укропом и влажной почвой, солнце медленно поднималось над крышами, а над огородом лениво жужжали пчелы. И я больше не чувствовала усталости. Не чувствовала тяжести, которая раньше ложилась на плечи с самого утра, напряжения, которое не отпускало даже во сне.

Я просто жила.

Иногда ловила себя на странной мелочи: стою посреди грядок с лейкой в руках и улыбаюсь без всякой причины. После обеда дед обычно отправлял меня “не путаться под ногами”. Он уже уверенно передвигался по дому, мог сам разогреть еду, а иногда даже брался за какие-то мелкие дела во дворе, ворча, что руки у него еще не из ваты.

И тогда я садилась в машину. Дорога к дому Ромы занимала всего несколько минут. Но каждый раз сердце почему-то начинало биться быстрее. Будто я ехала не по знакомой деревенской улице, а на настоящее свидание. Наверное, так оно и было. Я уже знала, как все будет. Он услышит машину раньше, чем увидит ее. Выйдет на крыльцо. Обопрется плечом и будет ждать меня. Я парковалась у ворот, глушила двигатель и задерживалась за рулем, просто наблюдая за мужчиной. И каждый раз, когда наши взгляды встречались, внутри становилось тепло и правильно. Именно так все и должно быть.

Рома встречал меня объятиями. Горячими и теплыми. Он словно пеленал, вжимал в себя и не мог надышаться.

— Как прошел день? — поинтересовался он.

— Как обычно, хорошо. Осталось только немного поработать. А как твой день? — спросила я, задрав голову и всматриваясь в янтарные глаза. Почему я сразу не догадалась, что у простого человека не может быть таких красивых глаз. Невероятный цвет.

— Занимался ремонтом. Перевез вещи.

— М-м-м, поздравляю с новосельем.

Он улыбается, глядя на меня, гладит по волосам.

— Останешься сегодня у меня?

— На ночь?

— На ночь. Я очень соскучился, — он закапывается носом в волосы на макушке и шепчет: — Хочу спать с тобой в одной постели.

— Я не могу, — отвечаю, чувствуя, как по телу разливается предательский жар смущения.

— Почему? Из-за деда?

— Угу.

— А мы можем немного соврать? — умоляет меня. — Сказать, что ты едешь в город.

— Ну нет… — произнесла я без особой уверенности.

Рома усмехнулся.

— Ты так говоришь, будто сама себе не веришь, — пробормотал он.

Его ладони все еще лежали на моей спине, теплые и тяжелые. Я опустила взгляд, стараясь спрятать смущение, но Рома тут же поймал меня за подбородок и мягко поднял лицо.

— Даш…

Его голос стал ниже, приобрел бархатное рычание.

— Я правда соскучился.

Сердце предательски ускорилось. В мужских янтарных глазах не было ни давления, ни требовательности. Одно лишь голодное, теплое ожидание. Он медленно пропустил сквозь пальцы мои волосы.

— Я хочу, чтобы ты проснулась рядом, — тихо сказал он. — Чтобы утром ты была здесь. Со мной.

Я сглотнула.

— Рома…

Он склонился, и его лоб коснулся моего. Теплое дыхание скользнуло по коже.

— Мы просто будем спать, — добавил он почти невинно. — Обещаю.

Я тихо фыркнула.

— Не верю.

— Обидно, между прочим.

Он говорил серьезно, но уголки губ уже предательски тянулись вверх. Я уперлась ладонями в его грудь, чувствуя под пальцами твердость мышц и спокойное, сильное биение сердца.

— Дед не поймет, — сказала я.

— Твой дед очень умный человек, — спокойно согласился Рома. — Но иногда людям полезно не знать лишнего.

Я покачала головой, но улыбка все равно пробилась. Мужские губы коснулись моих. По телу прошла теплая волна. Я сама не заметила, как пальцы скользнули вверх по его шее, цепляясь за ворот рубашки. И я вдруг поймала себя на том, что смеюсь прямо ему в губы.

— Ты же понимаешь, что это нечестно? — прошептала я.

— Что именно?

— Сначала так смотреть, потом так целовать… — я выдохнула, чувствуя, как щеки снова начинают гореть. — У меня нет шансов.

— Так оставайся, — прошептал он у самого уха.

Его дыхание щекотало кожу, и по спине пробежали мурашки.

— Один вечер.

Я закрыла глаза, чувствуя, что с первой фразы была готова сдаться. Когда Рома только попросил остаться. Рядом с ним было мало шансов оставаться разумной.

— Дед будет ворчать, что я на ночь глядя куда-то еду, — пробормотала я.

Рома сразу оживился.

— Я возьму все на себя.

— Очень благородно.

— Я вообще герой, если ты не заметила.

Я подняла голову, глядя на него с притворной строгостью.

— Посмотрим.

Он улыбнулся той самой улыбкой, от которой внутри все таяло. Потом легко коснулся губами моего лба и отступил на шаг.

— Пойдем, — сказал он.

Я вопросительно подняла брови.

— Куда?

— В дом. Я тебе кое-что покажу.

— И что там? — поинтересовалась, идя за мужчиной.

— Ну вот, — сказал Рома, отпуская мою ладонь и обводя рукой пространство. — Кухню я наконец закончил.

Я огляделась. Новая светлая столешница, новая плита, аккуратные шкафчики, блестящий холодильник, посудомоечная машина, кофемашина — да все что угодно для комфортной жизни.