Чтение онлайн

«Мне жаль, что он причинил тебе боль?»

Какого чёрта со мной не так?

Я разворачиваюсь и иду обратно к своему пикапу. Не могу поверить, что Шелби всё ещё здесь, после, возможно, самого худшего свидания в её жизни. Удивительно, что она вообще не пошла домой пешком.

Даже до того, как я увидел прядь её волос из окна «Дольчетто», вечер был унылым, но как только я заметил, как этот кусок дерьма схватил Сиси, я сорвался с места, злость застилала мне глаза, пока я спешил на тротуар.

Всё, что произошло потом, признаю, я абсолютно не контролировал, но я не жалею ни о чём. И плевать, что мне придётся сделать, Сиси больше никогда не будет стоять перед Эндрю одна.

Я сажусь в машину и поворачиваюсь к Шелби.

— Хотел бы я перемотать этот вечер назад. Прости.

— Ужин был приятным, — улыбается она и похлопывает меня по руке, — и ты был не таким уж плохим собеседником.

Шелби — симпатичная тридцатитрёхлетняя женщина, недавно разведённая, преподаёт в начальной школе. Мы с Уэйдом учились с ней вместе.

Коул уже сто лет пытается меня с ней свести, так что он был в восторге, когда я попросил её номер. Она дружит с Джеммой, и Коул всё время удивляется, почему говорит, что она слишком хороша, чтобы быть подругой его бывшей. Сегодня она была просто милашкой — весёлая, добрая, терпеливая, даже после моей звериной сцены с Сиси. Я должен бы быть ею заинтересован. Я должен бы сейчас ехать с ней к ней домой и делать то, что планировал с начала вечера — отлично провести время и, возможно, хотя бы временно выбросить Сиси Эшби из головы. Но где-то между закуской и основным блюдом я просто почувствовал… вину. Будто бы, если я пересплю с Шелби, это будет неправильно. Она меня прямо об этом спросила за ужином, и я решил быть с ней честным.

— Похоже, ты не до конца на этом свидании, Нэш. Хотя я не жалуюсь. Никогда не откажусь от ужина в «Дольчетто», — улыбается она, и я замечаю, какая у неё красивая улыбка.

Но она не сбивает меня с ног, как улыбка другой блондинки.

— Ты права, наверное, не стоило меня тебя звать. У меня слишком много в голове. Прости. Я не в лучшей форме.

— Или можешь признать, что в голове у тебя другая женщина, — замечает она.

— Настолько очевидно?

— Я умею слушать. Без обязательств, — говорит она, и я усмехаюсь, потому что это «без обязательств» не то, что я имел в виду, но я ей благодарен за понимание.

— Уф… ты права. Есть женщина, которая не выходит из головы, как бы я ни старался. Это пиздец как раздражает, — усмехаюсь я.

— Такие самые ужасные, — смеётся Шелби, и отправляет в рот кусочек пасты.

— Я подумал, может, если выйду с тобой и хорошо проведу время, это докажет, что всё ерунда, и между нами с тобой возникнет связь. Но, похоже, я просто врал себе. Прости. Ты потрясающая.

— Нэш, сколько мы с тобой знакомы? — спрашивает она, потягивая вино.

— Давно. Средняя школа?

— Вот именно, — кивает она. — Не переживай. Я просто рада, что выбралась куда-то, кроме как сидеть у телика с кулинарными шоу и проверять тетради. Дружеский ужин — весело, всё нормально.

— Так та женщина, о которой ты не можешь перестать думать… была она? — спрашивает Шелби, когда мы подъезжаем к её дому.

Я поворачиваюсь к ней. Единственный звук — стеклоочистители на лобовом стекле.

— Да.

— Не понимаю. Сиси Эшби всегда была хорошей девочкой, насколько я помню, она не замужем. Так в чём же проблема?

Конечно, она знает, кто такая Сиси.

— Всё очень сложно. Она работает на меня. Я почти часть её семьи, я близок с её братьями. И она намного моложе меня. Уверен, парни бы набили мне морду, если бы узнали, что я вообще о ней думаю.

Шелби хихикает и, кажется, задумывается, пока я паркуюсь у её дома.

— У тебя не так много кругов вокруг солнца, Нэш. Никогда не знаешь, когда шанс сделать что-то исчезнет. Поверь мне. А по её взгляду сегодня, могу сказать — чувство не одностороннее, — отстёгивает ремень, снова улыбается. — Но мне всё равно понравился вечер. Думаю, ещё увидимся. Спасибо за ужин, милый.

Она подмигивает и выходит из моей машины, пока я желаю ей спокойной ночи.

Нэш из прошлого ударил бы себя по затылку за то, что отпустил хорошую и красивую женщину, как Шелби, но Нэш из настоящего может думать только об одном. И только об одной.

Я выхожу из самого долгого и жаркого душа в своей жизни, обдумывая ярость в глазах Нэша, когда он схватил Эндрю. И выражение лица его девушки, когда он оставил её у дверей ресторана. Я рада, что мы так и не поцеловались той ночью на кухне, когда я вернулась из Сиэтла. Интересно, каково это — целовать Нэша… я думаю об этом по нескольку раз в день. Последние недели у меня даже возникали моменты, когда казалось, что он тоже что-то чувствует, но, увидев его с Шелби, я поняла, как сильно я заблуждалась.

Моя личная жизнь и так достаточно запутанная. Каким бы привлекательным он ни был, каким бы хорошим он ни был, и сколько бы покоя я ни чувствовала, просто услышав его голос — Нэш под запретом. Это в моём стиле — фантазировать о мужчине, которого не должна хотеть, и которого никогда не смогу иметь.

Резкий, настойчивый стук в дверь моей хижины разносится по дому, даже прежде чем я успеваю толком вытереться.

— Детка, я знаю, что ты там. Открой, — доносится голос.

Я закутываюсь в халат, чтобы быть прилично одетой, выхожу в гостиную, включаю свет на крыльце и открываю дверь. На пороге стоит моя мама в пижаме с леопардами, просто кипит от ярости.

— Этот мелкий говнюк думает, что может приехать в наш город и неуважительно относиться к моей семье?

— Мам…

— Почему ты мне не сказала, что он приехал? Почему ты пошла с ним встречаться, Сиси Рэй? Он никогда не станет тем, кто тебе нужен.

— Мама! — выкрикиваю я, чтобы она, наконец, услышала. — Я знаю.

Это немного её успокаивает, и в этот момент в дом заходит Уэйд.

— Что, чёрт возьми, тут происходит? — его грубый голос эхом разносится по моему маленькому дому. — Я слышал, как ты кричала на Сиси прямо из «Ледженд», — говорит он маме.

Я поднимаю руки.

— Разве девушка не может просто принять душ и лечь спать? — спрашиваю я.

Сейчас только половина девятого, но мне уже всё надоело.

— Эндрю здесь, и он домогался до Сиси в «Сладком прянике», — говорит мама.

— Как ты уже и это знаешь? — спрашиваю я в ужасе.